Нападение Третьего Рейха на Польшу, которым 1 сентября 1939 года началась Вторая мировая война, все еще лежит уродливым пятном на германо-польских отношениях. Несмотря на десятки лет послевоенной (если понимать под этим термином и период "холодной войны") дружбы, несмотря на то, что именно Германия стала своеобразным "ментором", который привел Польшу в Евросоюз, призрак нацистского нашествия повторяется. Вот и сейчас министр иностранных дел Польши Витольд Ващиковский, выступая на радио RFM FM, заявил: "Мы должны серьезно поговорить с немцами и вместе придумать, как решить проблему с репарациями".

Читайте также: СССР проводил Вторую мировую войну в собственных интересах, – Ващиковский

"Мы еще точно не посчитали"

Его коллега, польский министр внутренних дел Мариуш Блашчак, даже не поленился уточнить, сколько именно Германия должна его стране. А именно – не больше и меньше, чем триллион долларов или примерно 840 миллиардов евро. Правда, Ващиковский с этой суммой не согласен. Он считает:

На самом деле, размер репараций должен быть даже больше. Точные подсчеты не велись уже более 70 лет.

Впрочем, следует отметить: пока эти требования не являются официальной позицией польского правительства. Но и на прихоти отдельных министров эти заявления списать не получится: в конце концов, руководитель внешнеполитического ведомства просто так слова на ветер не бросает. "Решение об официальном требовании я не могу принять сам", – заявил Ващиковский, однако немцы не могут отрицать легитимность этих требований по моральным основаниям. По правовых – возможно, а по моральным – никак. То есть, по закону немцы якобы ничего полякам уже и не должны, но все равно – должны. Потому что немцы.


Ващиковский считает, что новых репараций от Германии в размере триллион долларов слишком мало, сумма должна быть большей

На самом деле, разговоры о репарациях идут в Польше не один год, а наибольшей интенсивности они достигли в последние месяцы благодаря усилиям целого ряда консервативных политиков из рядов правящей партии "Право и Справедливость" (PiS). Различные выступающие называют разные суммы, а так называемая "научная служба" польского парламента уже вполне официально проверяет правовую возможность выдвинуть новые требования к ФРГ.

Читайте также: Между Украиной и Польшей назревает новый скандал из-за попытки Варшавы манипулировать историей

Закон как дышло

Польские лидеры исходят из представления, что подписанный Польшей в 1953 году отказ от репараций со стороны Восточной Германии не имеет силы, потому что это был не добровольный отказ, он появился под давлением СССР. Таким образом, ГДР не принимала участия в выплатах. Но теперь, когда Германия объединилась снова, необходимо, чтобы и немецкие "восточники" отдали свою долю за нацистское наступление.

Немецкие же парламентские ученые (потому что и у Бундестага ФРГ есть своя научная служба) придерживаются другой точки зрения: любые дополнительные требования, связанные с преступлениями нацизма, совершенными во время Второй мировой войны, потеряли свою законную силу после подписания в 1990 году так называемого Договора "два плюс четыре", который предусматривает, что Германии были назначены окончательные суммы репараций всем пострадавшим – и, поскольку Польша не заявила тогда какого-либо протеста, она с этим согласилась.

Читайте также: Макрон намекает, что Польше сейчас не место в Евросоюзе

Тот факт, что политики из "Права и справедливости" снова подняли эту тему, на самом деле связан с текущим внутриполитическим состоянием Польши. После массовых демонстраций протеста против юридической реформы, которую ввела правящая партия, Польша оказалась под большим давлением как со стороны оппозиции, так и со стороны Евросоюза. Брюссель уже успел начать правовое расследование против Польши относительно возможных нарушений европейских демократических принципов. А немецкое правительство несколько раз требовало от польского соблюдения демократических принципов, на которых базируется ЕС.


Польша оказалась под давлением со стороны оппозиции и Евросоюза

"А вы – фашисты!"

Именно поэтому, по мнению многих комментаторов, и всплыла снова на поверхность тема немецких репараций. Сначала, в первых числах июня, о ней вспомнил лидер PiS Ярослав Качиньский – вспомнил между прочим, не акцентируя. Просто заявил во время конгресса своей партии:

Польша никогда не отказывалась от репараций. Те, кто думает иначе, – заблуждаются.

Эту фразу большинство польских СМИ тогда даже не процитировали.

А около двух месяцев назад премьер-министр Беата Шидло вдруг заявила, что вопрос немецких репараций является ключевым для Польши: несмотря на то, что польское правительство еще не решило ничего официально, речь идет о "вопросе элементарной справедливости и самостоятельности Польши на международной арене". Об этом она рассказала в интервью еженедельному изданию Gazeta Polska.

Если мы сами себя не уважаем – другие нас тоже уважать не будут,
– подчеркнула она.

И с этого момента шум не утихал: в течение всего июня немецкие репарации были центральной темой польской политики, затмив в газетах и на телевидении тему законодательной реформы, против которой протестовала и продолжает выступать польская оппозиция, выводя миллионы поляков на демонстрации. Напомним, что волна протестов, которая прокатилась практически по всем крупным городам Польши, в конце концов заставила президента Анджея Дуду наложить вето на два ключевых закона этой реформы. Так как Дуда – тоже представитель PiS, в этой партии начались дебаты, которые могут привести к расколу правых консерваторов.

Читайте также: Возможен ли "польский Майдан": что вывело Варшаву на протесты?

Неудивительно, что через несколько дней после того президентского вето, Ярослав Качиньский нашел на кого "перевести стрелки": он заявил в интервью ультраконсервативному польскому "Радио Мария", что "польское правительство готовится к "исторической контратаке". Речь идет о "гигантских суммах", а также о том, что "Германия много лет открещивается от ответственности за Вторую мировую войну". Это стало сигналом для огромной кампании, направленной как против Германии, так и против либеральной оппозиции в самой Польше: с какого-то перепугу ее приплели к теме репараций.


Ярослав Качиньский заявляет о подготовке Польщи к "исторической контратаке" на Германию

Мальчик для битья

"Показательно, что польские противники требований о репарациях в большинстве являются бывшими деятелями коммунистических спецслужб, получивших стипендии на Западе", – написал в своем Твиттере депутат польского Сейма от правящей партии Аркадиуш Муларчук, который и дал задание парламентской научной службе проверить правовые возможности для требования репараций.

А тот же министр иностранных дел Витольд Ващиковский, известный своими не очень дипломатическими речами, заявил:

Сложно начинать переговоры с немцами, когда в собственной стране такая оппозиция,
– потому что, мол, немцы могут использовать оппозиционеров "для собственной игры".

Конечно же, эти требования к "фашистам" были хорошо восприняты поляками: опросы показывают, что в начале августа их поддерживали 63% жителей Польши. Правда, и время для этого опроса было выбрано очень удачное: годовщина Варшавского восстания 1944 года – восстания, которое стало одновременно символом героизма жителей польской столицы и ужасов немецких преступлений, совершенных в Польше. Во время этого восстания погибли более 200 тысяч человек, подавляющее большинство – гражданские. Варшава превратилась в сплошные руины.

Польская оппозиция, которая еще месяц назад мобилизовала миллионы людей на протест, оказалась в незавидном положении – теперь она вынуждена защищаться и оправдываться. Бывший министр иностранных дел Польши Влодимеж Симошевич заявил в интервью газете Rzeczpospolita, что "жажда приключений нынешнего правительства является доказательством страшной тупости, которая будет иметь огромные последствия как для германо-польских, так и для польско-европейских отношений". Однако, пока получилось так, что немцы вынуждены отбиваться не столько за то, что что-то не доплатили, а и за то, что партии Качиньского срочно понадобился "мальчик для битья", чтобы избежать проблем в собственной стране.

Читайте также: Без адвоката в Европе: как меняются отношения Польши и Украины