Архив
Курси валют
Погода
      youtube @24
      Loading...
      google @24
      RSS ЛЕНТА
      Общий RSS

      Топ новости

      Видео новости

      Письмо из Луганска: что думают друг о друге местные и выехавшие

      -
      Поезд "Лугань" в Киев уже не ездит...

      Эти два лагеря – как параллельные линии, которые уже никогда не сойдутся вместе.

      Мама сказала как-то: "Больше всего я жалею о том времени, которое жила вдали от своих родителей. Столько еще можно было успеть сказать им и услышать от них". Действительно, лучшие годы и тех, и других они провели врозь, а встретившись вновь, встреча эта была какой-то очень недолгой, потому что и бабушка, и дедушка ушли друг за другом очень быстро, как будто убедившись, что их дети прочно стоят на ногах...

      Вопрос ребром: Есть ли украинцы на оккупированном Донбассе?

      Рядом со мной в трех домах живут только старики. Все типично – дети выехали с войной. Конечно, будущее за молодыми, а старики остались там, где без них не обойтись – кто-то же должен присматривать за оставленными домами. Да и куда ехать? В чужие комнаты-квартиры чужих городов да на старости лет, чтобы мешать там жить собственным детям? Нет уж, лучше так. Порознь, но чтобы детям там было лучше.

      Занятная ситуация – одинокая старость при живых детях. В этих трех соседских домах ситуация как под копирку – дети уехали искать лучшей жизни. Худо-бедно устроились там, нашли работу, обосновались. Чем больше приезжают сюда, тем сильнее кривят носом – здесь жить нельзя ни при каких обстоятельствах: и людей нет, и работы нет, и перспектив тоже нет... А вы же знаете этот принцип, что мы частенько подтасовываем обстоятельства под свое желание или нежелание. Вот они и не видят вокруг ни жизни, ни работы, когда приезжают сюда.

      Со стороны их приезды тоже похожие. Ни о какой физической помощи родителям вроде вымыть окна или пополоть траву и речи нет – они здесь в отпуске. Они там за год наработались, а сюда приехали отоспаться. И они вроде свои здесь, но уже и чужие. Остерегаются говорить с соседями о своих планах, осторожны в оценках, чураются незнакомцев и неохотно выходят за ворота. А еще в каждом новшестве здесь они видят то, что жизни в родном городе уже не будет. И люди другие, и все другое вокруг.

      Моя соседка удивила – даже дети на нашей улице стали плохими, с которыми она не разрешает общаться своему ребенку. И видя мои удивленные глаза, пояснила: "Понимаешь, они все говорят о смерти, играют в зомби, а у нас во Львове играют в Буратино". Я, конечно, слабо верю в Буратино, поэтому молчу, а она продолжает о том, что все дети здесь озабочены войной, поэтому лучше держаться от них подальше. И я понимаю, что слышу только какую-то часть ее размышлений, и вероятно в этой философии есть место оценке взрослых, оставшихся на нашей улице, чего, вероятно, я не узнаю, потому что являюсь представителем этих оставшихся здесь.

      Соседский мальчик, приехавший на каникулы к бабушке, говорит о том, что на все каникулы летает из Киева на отдых за границу. На фоне местной голоногой детворы эта фраза – как разрыв гранаты. Все, чем могут похвастать местные, это поездка к бабушке в соседнюю Михайловку. Ребенок простодушен – говорит, что думает, пока этого не слышат его родители. Здесь не принято кичиться благополучием и достатком.

      А я, который раз, испытываю смесь чувств во время этих встреч – как будто меня оценивают. Как будто потому, что я здесь, я заодно со всеми. Я как все. И эти два лагеря выехавших-оценивающих и оставшихся местных как параллельные линии, которые уже никогда не сойдутся вместе.

      Вести из окупации: В  Луганске война стала частью жизни

      powered by lun.ua
      Если Вы обнаружили ошибку на этой странице, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter
      Комментарии
      Больше новостей

      Читай новости даже без интернета

      Скачать
      • 1 Нажміть на у своєму браузері
      • 2 Після цього

        “На Початковий екран

      Читай новини на 24 навіть без інтернету!

      Залиште відгук