Боксер Сергей Богачук: об "Украинских атаманах", переходе в профи и тренировках с Головкиным

Сергей Богачук
Сергей Богачук

Недавно Сергей Богачук одержал свою 15 победу подряд нокаутом в профессиональной карьере. В разговоре с молодой надеждой украинского бокса поговорили о вехах его карьеры, бое с кубинцем Сатолонго, провале на олимпийском квалификационном турнире, разнице в профи и любителях, боксерских предрассудках, тренерских методах Абеля Санчеса, возможной смене весовой категории и его дальнейших планах.

– Как вы попали в бокс?

– Я с детства мечтал заниматься каким-то видом спорта, чтобы уметь постоять за себя. Однако как-то не было финансовой возможности этим заниматься и ездить что-то искать. В классе 4-5 к нам в школу пришел тренер по боксу Виталий Николаевич Хрусталь. Он набирал группу и предложил в ней заниматься. Сказал, что это бесплатно, а на то время это была очень важная составляющая. Я так занимался года 2-3. Он сам только начал тренировать, когда с нами занимался. Потренировал нас года 3, ему не понравилось и он ушел из бокса. До сих пор не знаю где он и чем занимается.

Поэтому я сменил тренера и перешел в другой зал к Маньковскому Николаю Андреевичу, с которым я быстро начал показывать результаты. Уже где-то через год-полтора я поехал на чемпионат Украины среди юниоров, где стал пятым. Еще через год я выиграл чемпионат Украины среди молодежи во Львове. Это были одни из важнейших соревнований в моей жизни. Будучи перворазрядником я до финала провел 5 боев, в которых прошел четырех мастеров спорта. В финале я победил тогдашнего чемпиона Европы львовянина Ивана Романова. На том чемпионате я выполнил норматив и стал мастером спорта. С тех пор все понемногу и закрутилось.

– Как попали в "Украинские атаманы"?

– На тот момент я был чемпионом Украины среди молодежи и призером среди взрослых, а на Кубке Украины стал третьим. Победил Мгера Оганисяна в четвертьфинале, а в полуфинале провел хороший плотный бой с Денисом Беринчиком, но проиграл. Так я себя зарекомендовал и меня понемногу начали вызывать на сборы. После этого продолжал "катать" бои с серьезными соперниками.

Читайте также: В Украине невозможно организовать топ-поединок, здесь смотрят телевизор бесплатно, – Беринчик

На тот момент в команде в моем весе было не много людей. Разделили на "сборников", тех, кто в серии APB боксировал, а это был Вячеслав Кислицын и еще кто-то, а в "Украинских атаманах" тогда боксировали Олег Зубенко и еще кто-то. Тогда кто-то травмировался, а другой боксер только проводил бой и не мог поехать, поэтому взяли меня. Где-то за неделю-две позвонили и предложили боксировать. Я всегда был в форме, потому что постоянно тренировался в зале и согласился. Меня сразу повезли в Мексику боксировать с Гектором Рейесом. Я тогда провел хороший бой и многие говорили, что выиграл, но победу присудили местному боксеру.

Поэтому меня пригласили в "Украинские атаманы" на следующий сезон. Сначала я победил китайца, а потом меня повезли в Харьков на олимпийского чемпиона кубинца Рониэля Иглесиаса Сатолонго. Что-то никто не хотел с ним боксировать. Если честно, на меня не надеялись и ставили просто отбоксировать. Никто не думал не то, что я бы мог выиграть, а вообще, что продержусь 5 раундов. После того боя все пошло по восходящей. Именно тот бой, по моему мнению, дал существенный толчок в моей дальнейшей профессиональной карьере.

– У вас в тот период все складывалось довольно хорошо, но в том же 2016 году в Олимпийском отборочном турнире вы проиграли испанцу Юби Сиссоко. Это самое неприятное воспоминание в карьере?

– Не то, чтобы оно неприятное, но я мог выиграть. Сиссоко – простой, просто немного неудобный боксер. Я на тот момент был не в нужной физической форме. Постоянно происходили какие-то соревнования. В WSB я победил Сатолонго и через неделю улетел на турнир в Азербайджане, потому что в случае победы был вариант получить мастера спорта международного класса. С кубинцем был сложный бой и в Баку я еще два нормальных боя провел. Тогда я себя "загнал" и организм не выдержал. Из-за этого на олимпийский квалификационный турнир уехал выжатый как лимон. В том бою я был уже не тот. Соперник был проходной – высокий и корявый. Значит судьба так распорядилась.

– Почему вы так рано пошли в профи? Не приняли участие в чемпионате мира, не попытались отобраться на следующую Олимпиаду.

– Я давно мечтал боксировать среди профессионалов. Для меня три раунда всегда было мало. По любителям бывало такое, что я первый и второй раунд проводил вяло, а в третьем мог дать такой темп, что просто явно забивал соперников. Мой тренер всегда шутил, что перед боем мне нужно провести еще пару раундов, чтобы разогреться. Мне надо больше времени для раскачки и я только во втором-третьем раунде начинал нормально включаться. У меня такой стиль, что я беру темпом, постоянно прессингую и бью.

С тем самым Сатолонго я проиграл первые два раунда, а в трех последующих за счет темпа и физической силы вырвал тот бой. У нас с моим тренером Николаем Маньковским был такой план на бой, чтобы в первых раундах дать кубинцу вымахаться. Мы знали, что он примет бой, а Иглесиас так и сделал. Вышел непонятно кто и начал его бить с двух рук, вот Иглесиас и включил мужика и начал биться. Он не выдержал темп и я его сломал, как физически, так и морально. Ребята потом рассказывали, что он сидел и плакал после боя. Он же был звездой – чемпион мира 2009 года, бронзовый призер Олимпиады 2008 года и олимпийский чемпион 2012 года, а его избил неизвестно кто. После этого боя обо мне многие узнали.

– Что вас больше всего поразило при переходе в профессиональный бокс из любительского?

Профи есть профи – все совсем по-другому. Раньше я не понимал этого слова, а когда перешел понял всю суть. Уже нет такого, как в аматорах, где за тобой бегают тренеры и все за тобой проверяют, контролируют твой вес, дают готовую еду и т.п. В профессионалах если что-то запорол, то отвечаешь за это сам. Например, если не влез в вес, то тебя штрафуют и ты платишь из собственного кармана. Так же съел или выпил что-то не то и на следующий день на тренировке так огребешь, что и думать о таком не захочешь. Здесь ты работаешь сам над собой. Я сам все контролирую и стараюсь есть здоровую пищу, правильно разминаться, кушать и спать по расписанию. На этом уровне уже нельзя допускать ошибок. В профессионалах гораздо сложнее.

Так же и в плане бокса. По аматорам тренировочные и боевые перчатки немного мягче и не такие. А в профи боевые и тренировочные перчатки очень жесткие. Надо стараться меньше принимать в голову. Когда проводил свой первый бой на профуровне, тренер перед боем одел на меня перчатки. Пару раз ударил по лапам и первым ощущением было как в этих рукавицах не сломать руки. Это было для меня дико. Хорошо, что мой тренер Абель Санчес классно тейпирует руки и сильно их зажимает – какие-то ушибы можно получить, конечно, но сломать почти нереально. Я сначала не понял зачем он так руки пережимает, но когда побоксировал, почувствовал как это спасает. Ты выполняешь совсем другой объем работы, по-другому спаррингуешь.

Читайте также: Промоутер Ломаченко рассказал о следующих соперниках украинца и "франчайзингового" чемпиона

Со стороны кажется, что и то бокс, и то бокс. Люди думают, что профессиональный и аматорский бокс отличаются только количеством раундов, но это совсем не так.

– Как на вас вышел Том Леффлер?

– У меня сейчас контракт 50 на 50 – половина в компании "Ural Boxing Promotion", а другая половина у Тома Леффлера. Сначала меня хотел подписать только "Ural Boxing Promotion". Они меня уговорили, что все оплачивают и я лечу к Санчесу. У Абеля я должен был потренироваться 1,5-2 месяца и провести бой. Если бы все сложилось нормально, то только после этого подписали контракт. Получилось, что я приехал и провел 5 месяцев у Санчеса на базе. То есть 3 месяца тренировался, а в следующие 2 месяца начал проводить бои. Даже никуда оттуда не выезжал. Я ему понравился как боксер. Был случай, когда он против меня выставил трех бойцов. Они менялись, а я нет, то есть я провел с первыми двумя по 3 раунда и еще столько же должен был провести с третьим, но я его во втором раунде "посадил" по животу и его сняли.

На то время с нами тренировался Геннадий Головкин, а его промоутер был именно Том Леффлер. Он часто приезжал в зал и заметил как я работаю, также он тесно общается с Санчесом и тот меня порекомендовал. Таким образом, на половину контракт я подписал с Леффлером, который мне сейчас устраивает бои. Он мной доволен, но они все подчеркивают, чтобы я учил английский. Первое время очень тяжело было с языком, потому что когда приехал совсем ничего не понимал. Сейчас он легче пошел и продолжаю учить.

Читайте также: Альварес второй боксер, которого лишили титула через Деревянченко: все детали судьбы пояса IBF

А вообще, что очень важно, в своем становлении как боксера, человека, за подписание дальнейших контрактов в профессионалах я благодарен президенту Федерации бокса Винницкой области Олегу Алексе. Он действительно дал мне шанс и возможность, а я теперь делаю все возможное, чтобы использовать этот шанс сполна. Всегда после боев общаемся, делимся мнениями. Я действительно благодарен ему за все, что он сделал для меня и в целом развития бокса в Винницкой области в целом. Нашему региону действительно повезло, что у руководства бокса области есть такие люди как Алекса, Ревунов Александр и др.

– Эти 5 месяцев вам оплачивали только перелет?

– Нет, мы договорились, что все оплачивают они. Меня должен был посмотреть Абель Санчес и если бы я ему понравился, то остался, а в другом случае возвращался бы домой и занимался дальше сам в Украине.

– На сколько у вас рассчитан контракт с промоутерами?

– Еще 3,5 года.

– Довольны условиями сотрудничества?

– Да, все нормально.

– Откуда вообще появилось ваше прозвище "El Flaco" и как вы к нему относитесь? Это Санчес придумал?

– Сейчас я боксирую с весом 69,9 кг, а когда приехал, весил 66,7 кг со своим ростом 183 сантиметра. Как только приехал, то Санчес сразу спросил буду ли я боксировать в категории до 74 кг. Однако я ему рассказал сколько вешу и что это нормальный для меня вес, хотя он очень удивился. Затем он спросил имею ли я какое-то прозвище. Ничего такого не было и Санчес, или Головкин назвали меня "El Flaco". Так оно ко мне и приклеилось. Ну "El Flaco", ну "худой" – я и сейчас не очень большой. Сильно об этом не задумывался – пусть будет.

– У вас очень энергозатратный стиль боксирования, но вы начали профкарьеру по графику один бой в три недели. Как удавалось восстанавливаться?

– Сейчас меня Санчес немного жалеет и дает отдыхать после боев. До этого провел один бой и поехал домой, а в этот раз провел три боя и вернулся сюда, потому что он дал мне неделю на отдых. Раньше у него было мнение, что молодой не может утомляться. Менеджер подходил и говорил, что может витамины ребятам дадим, а он парировал, мол какие витамины – они молодые и не могут уставать.

Я тогда приехал и даже не отдыхал, проводил бой за боем. Я тогда просидел на базе 3 месяца, хотя должно быть 1,5-2. Он говорил: "Ты не готов и в таком состоянии я тебя выставлять не буду. Выставлю только когда ты будешь готов на 100%. А если тебе что-то не нравится – ищи другого тренера. Я работаю только так. Если ты выиграешь – это победа всех, а если проиграешь, то "виноват тренер". Он меня промаринувал 3 месяца и когда увидел, что я готов, мне начали делать бои каждые три недели. Первые бои были не очень длинные – по 4 раунда. Поэтому их делали так часто, но все равно надо вес держать. Мне не так тяжело в бою, как подойти к нему.

– Вы тренировались в одном зале с Муратом Гассиевым. Время не пришло с ним стоять в паре?

– У нас с ним хорошие отношения, но в паре мы не стояли. Он говорит, что я слишком сильно бью. Боится (улыбается). Он значительно больше и может меня травмировать. Некоторые тренеры так экспериментируют, но не Абель Санчес.

Вскоре читайте продолжение интервью с Сергеем Богачуком на сайте Спорт24.

Теги: Спорт Бокс
powered by lun.ua
Если Вы обнаружили ошибку на этой странице, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
Залиште відгук