НЕПОБЕДИМЫЕ. Пауэрлифтер София Беруашвили о шахматах, почему готова бить в нос и диете из булок

"Не хочу быть супер героиней! Я все делаю и могу сделать сама"

София Беруашвили родилась 9 января 1996 года. Коммуникабельная, жизнерадостная и настойчивая пауэрлифтер. Впервые приняла участие в мировом первенстве по пауэрлифтингу среди спортсменов с недостатками зрения в ноябре 2018 года. Стала лучшей как среди взрослых, так и среди юниоров, и сделала свой вклад в триумф женской сборной Украины, которая завоевала золото в командном зачете.

Читайте также: НЕПОБЕДИМЫЕ. Фехтовальщица Наталья Морквич о мечтах, заработках, фотосессиях и любви к золоту

Пауэрлифтингом занимается два года. Не любит бегать. Выполнила мастера спорта на первом же чемпионате Украины. Сразу же поехали на сборы и почти выполнила мастера спорта международного уровня. Училась в КЗ ЛОР "Львовская специальная общеобразовательная средняя школа-интернат № 100". Любит смотреть сериалы "Доктор Хаус" и "Думать как преступник". Любимые книги: произведения Джека Лондона, приключенческий исторический роман Вальтера Скотта "Айвенго" и о Гарри Поттере. Раньше плела из бисера, занималась сальсой и бачата, но бросила из-за нехватки времени и отсутствия хороших партнеров. Любит футбол, болеет за "Реал" Мадрид.

О болезни

Моя болезнь врожденная. Я очень хорошо вижу перед собой, грубо говоря – перед самым носом. Но проблем передвижения по городу нет, хорошо ориентируюсь. Я учусь и постоянно общаюсь со здоровыми людьми. Никто даже не замечает, что у меня какие-то проблемы со зрением, пока я не скажу, или не начинаю читать очень близко. Иногда здоровые друзья мне говорят "смотри, смотри, вон там, видишь" забывая, что не могу увидеть. Я отвечаю "Да, да классно" (смеется – Авт.).

Я уже есть такой и большой трагедии из этого не делаю. Мы такие же, как другие люди, а кое в чем и лучше. Здоровые люди бывают ленивыми, и когда что-то болит, начинают себя жалеть. А тут если что-то болит, то не обращаешь внимание. Иногда с температурой 39 работаешь.

Читайте также: Паралимпийцы. Антон Дацко

Мы с друзьями, с которыми учились в школе, положительно относимся к проблемам со зрением. Постоянно шутим друг над другом. Но если кто-то другой начинает над нами шутить, то могу и в нос дать.

Другие люди жалеют, пытаются помочь, кто-то наоборот убегает, потому что не знает, что делать. Как только я поступила в Университет физической культуры, то другие не знали, как я хожу, как читаю, как пишу. Складывалось впечатление, что никогда не видели человека с инвалидностью. Теперь привыклось. У меня нет проблем с писанием или чтением. Есть много книг в электронном виде, где можно изменить масштаб.

Я не стесняюсь своей болезни. Для меня главное – чтобы другие меня воспринимали такой, какая я есть.

О Грузии

Я родилась в Грузии, но сразу после рождения родители переехали во Львов. У меня дед и папа грузины, бабушка украинка, мама на половину грузинка/украинка. В бабке была ностальгия по Украине, поэтому и вернулись. Дед возможно и жалеет в каких-то моментах, хочет на Родину. Но уже держимся Львова и никуда не переедем. После рождения в Грузии не была. У нас есть там родственники, можно ехать. Однако как-то не выходит.

Читайте также: Яркие украинки, у которых не было времени на страдания

Лично у меня знакомых грузин во Львове нет, но мама, дед имеют много знакомых, постоянно общаются, знают язык. Даже когда дома не хотят, чтобы кто-то понимал – то переходят на грузинский. Я не знаю языка, возможно несколько слов, но не больше. Однако если вслушаться, то суть разговора пойму.

О школе и учебе

Это моя бабушка где-то услышала, что есть школа для детей с нарушениями зрения и отвела туда. У меня была очень хорошая первая учительница. Она всегда искала детей. Не было такого – привели и привели. Она постоянно давала рекламу. У нас есть садик "Львенок" и сразу школа для тех, кто плохо слышит. Но я сразу пошла в первый класс, отучилась 12 лет и даже успешно. Учитывая, что это школа-интернат, то все, кто не из Львова, имели возможность проживать здесь. Мои одноклассники из сел и других областей жили в интернате и оставались на выходные. Я, как львовская, не имела права жить, но постоянно оставалась, а иногда и целую неделю была в интернате. У нас были хорошие условия, и сейчас с каждым годом становится все лучше.

Мы до сих пор дружим с одноклассниками, постоянно поддерживаем друг друга и шутим над собой, даже "стибемся". В школе никогда не было конфликтов. У нас даже был проект, в котором учились вместе с ровесниками из других школ, где были все здоровы. С ними тоже не было конфликтов, со многими до сих пор дружим. Хотя было немножко так называемой "дедовщины" , когда приезжали новенькие, то немного над ними шутили, но это не переходило черту.

Об инклюзивных классах в школах

Я не поддерживаю. Дети жестокие. Когда в класс попадают дети с инвалидностью, то всегда есть какие-то проблемы, которые отражаются на их детях. Пусть лучше будут отдельно. А инклюзия все равно будет в университете. Тогда уже мы все становимся сознательнее и по-другому воспринимаем ситуацию.

Читайте также: Как побороть травлю детей в школах: интервью с психологом

О защите прав людей с инвалидностью

Готова защищать, но меня надо "пинать". Не стесняюсь того, что имею недостаток зрения. Хочу, чтобы другие понимали нас... Потому что люди думают, что у нас проблемы и мы профнепригодные. Никуда нас не берут. Не все образования нам разрешены. Мы не можем поступить туда, куда хотим. Раньше было принято считать, что незрячий человек идет на массаж и филологию. Сейчас уже начали идти на психологию и журналистику. Нас и в Инфиз не хотели брать, потому что боялись ответственности.

О спорте, как психологической реабилитации

Когда сижу на парах, то думаю о том, чтобы быстрее пойти в зал. После пятой пары меня аж "гонит" туда. Хочу больше времени в зале проводить. Сейчас мне спорт в удовольствие. Я только попала в сборную, энергии много, поэтому пока только в "кайф".

Читайте также: Паралимпийцы. Оксана Зубковская


София Беруашвили

Кем мечтала стать

В школе хотела быть милиционером. Потом думала учить иностранные языки. Но поняла, что это не мое, и с 9-го класса четко знала, что пойду в Институт физической культуры. Я много видов спорта поменяла. Но точно знала, что пойду на реабилитацию и Инфиз. Сначала поступила туда, а потом решила еще идти на массаж (сестринское дело) и поступила в ВНКЗ ЛОР "Львовский институт медсестринства и лабораторной медицины им. Андрея Крупинского". Но у меня не допросишься массажа. Мама уже три года просит, чтобы я ей массаж сделала. Говорит знакомая, что это беда всех семей, где есть массажисты.

Об обучении

Тяжело учиться, потому что много сборов и выездов. Порой идут на уступки. Последний раз как приехали, то не знала за что браться. У нас спецгруппа по зрению – группа массажистов 13 человек. У нас все это аудио лекции. Даже если их нет, то разрешены диктофоны, преподаватель начитывает, а мы записываем. Но это так тяжело, потому что ты приходишь и куняешь. Есть возможность на собрании слушать лекции, но не получается.

Читайте также: Паралимпийцы. Илья Яременко

О занятиях спортом

В шестом классе начала заниматься шахматами. Чего меня туда "понесло" – не знаю. Я одну партию сыграю, а вторую уже отдаю, чтобы по быстрее закончить. Далее была на голдболе, где-то три года. Есть мужская и женская команды. Сейчас я бы под мяч не стала. Эти вечные синяки…

А с девятого класса пошла на легкую атлетику – толкала ядро и бросала диск. Это очень спонтанно получилось, стоял тренер Михаил Степанович, смотрит на меня и говорит: "Ядро по тебе плачет". И так я шесть лет была на ядре. А последние два года занимаюсь пауэрлифтингом. Не знаю почему "не пошло" в легкой атлетике. Во время тренировочного периода все было супер, а на соревнованиях "зажималась", волновалась и никогда хорошо не выступала (может 2-3 раза было неплохо).

Сначала все нравится. Я когда пришла на атлетику, то раньше всех приходила, последняя уходила. А потом потихоньку начало что-то болеть, где-то придумала, хотелось отдохнуть. Неделю дома сидела и снова шла тренироваться. Помню, как Евгений Федорович говорил: "Чего ты халявиш", вот скажи, что сегодня не можешь – и все. Скажи, что не идет и будем что-то другое делать". А "халявить" очень легко. Должна 10 раз толкнуть, а ты 6 сделала, и доказываешь, что десять.

Читайте также: Паралимпийцы. Дмитрий Щебетюк

Если бы сейчас спросили, каким спортом заниматься девушкам, то я бы рекомендовала плавание, единоборства, каратэ, а не железо таскать.

С меня тренер в зале всегда смеялся, что буду по жиму выступать. Я отвечала, что "легко". А однажды решила, а почему бы и нет. Сила у меня есть, только техники не хватало. Поставили технику, и пошло – мне железо легче таскать, чем толкать ядро и диск. Раньше я всегда любила больше ходить в зал, чем на стадион с ядром "волочиться".

Когда приехала с Чемпионата мира, то через два дня уже тренировалась. Потому что если долго не заниматься, то потом такая крепатура. Мне хорошо от тренировок. Если бы я сказала, что хочу отдохнуть, то меня бы отпустили. А так сама звоню и спрашиваю, когда можно прийти и заниматься.

О выступлениях

Свое первое выступление помню, это было с ядром. 7,2 метра, на которые я его бросила, были хорошим показателем для меня. Это было в Запорожье во время зимнего чемпионата Украины. А с пауэрлифтинга – это было в 2017 году на чемпионате Украины. Я тогда выполнила норматив мастера спорта Украины. Было очень много эмоций. Все поддерживали, приветствовали, обнимали. За меня больше переживали тренеры других спортсменок, чем я сама. Была очень добрая атмосфера, всех хорошо принимали, и "новеньких" и "стареньких". Хотя до сих пор страшно делать первый подход. Он самый важный, надо его хорошо выполнить, потому как не зачислят, то дальше труднее будет.

Читайте также: Как выйти замуж за принца и не испортить себе жизнь: интервью с психологом

У мамы сердце болело, когда мама моей одноклассницы, которая была на первых соревнованиях по пауэрлифтингу в Ровно, писала ей о каждом подходе, что я делаю. И когда у меня был последний подход на 150 кг, то хорошо, что ее дома не было, потому наверное бы инфаркт случился. А когда ехала на первый международный выезд в ноябре 2018 года, то очень переживали, потому что раньше на самолете я не летала, плюс чужая страна. Контакт постоянно поддерживала с мамой. Хотя, наверное, больше меня переживал тренер, ибо первые международные соревнования, чтобы показала хороший результат.

На чемпионате мира выступалось спокойнее, чем в Ровно. Потому что тут еще смотрят, выбирают, поедешь – не поедешь. А на свете если ты уже есть, то уже хорошо.

Когда ехала на чемпионат, то даже не знала, кто мои соперницы и с кем соревнуюсь. У меня была цель хорошо выступить, улучшить свои рекорды и насобирать на международного мастера. А когда награждали, то оказалось, что еще россиянка соревновалась. Было приятно ее победить.

Продолжение интервью о тренере и условиях тренировки, мечте, рекордах и курьезах – во второй части интервью.

Публикация подготовлена при содействии ОО "Образовательный центр по правам человека во Львове"

powered by lun.ua
Если Вы обнаружили ошибку на этой странице, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
Залиште відгук