Столица Европы без младенцев: жуткая правда о Париже XVIII века, откуда вывозили детей

Из примерно 21 тысячи детей, которые ежегодно рождались в Париже, родные матери вскармливали менее тысячи. Около 15 тысяч младенцев отправляли далеко за пределы столицы – к чужим крестьянкам в глухую провинцию. И речь шла не о беспризорниках или сиротах, а о детях из полноценных семей, рассказывает praetorians_oblitus_legionis в Threads.

Индустрия на государственном уровне: "Mise en nourrice"

Практика передачи младенцев наемным кормилицам не была прихотью только богачей. Ею пользовались абсолютно все слои общества: от аристократов и торговцев до рабочих, ремесленников и прислуги.

Для знати это диктовалось светскими манерами и модой. Для рабочих семей все решала жесткая экономика: женщина работала в мастерской или за прилавком наравне с мужем, и лишиться заработка ради младенца означало обречь семью на нищету.

В Париже XVIII века не было детей / Фото Galery Roger-Violett

Вокруг этого процесса развернулась масштабная индустрия. В Париже официально открывали бюро найма кормилиц под контролем полиции. Работали штатные агенты и извозчики (meneurs), которые на повозках собирали новорожденных по городу и доставляли их за сотни километров.

В 1781 году государство даже издало специальный Code des nourrices – официальный законодательный свод, который подробно регулировал тарифы, правила транспортировки и ответственность сторон.

Страшная цена чужого молока

Путь в провинцию длился несколько дней и часто превращался в испытание, которое выдерживали далеко не все. Однако истинный цинизм системы проявился в XIX веке в Морване – бедном регионе в центре Франции, превратившемся в главного "поставщика молока" для столицы.

Женщины из Морвана отправлялись на заработки в богатые семьи Парижа. Чтобы иметь возможность кормить, они должны были недавно родить сами и часто брали своего младенца с собой в качестве "живого доказательства" пригодности. Когда состоятельные господа нанимали женщину, ее собственного ребенка отправляли почтовой повозкой обратно в деревню – к другой кормилице или на примитивное искусственное вскармливание. Столичный ребенок буквально выживал за счет того, что крестьянский младенец лишался материнского молока.

Большой процент смертности

Цена такой разлуки была ужасающей. В отдельных французских городах исследования показывают: до 46% детей, отданных в деревню, умирали еще до своего первого дня рождения. Их убивали кишечные инфекции, сомнительные смеси, антисанитария и отсутствие какого-либо медицинского надзора.

При этом большинство родителей не были жестокими монстрами. Общество искренне верило в тогдашние медицинские догмы: мол, свежий деревенский воздух и молоко крепкой крестьянки гораздо полезнее для здоровья, чем душный и грязный парижский смог.

Как разрушалась система

Даже авторитет философа Жана-Жака Руссо, который в трактате "Эмиль" горячо призывал матерей самостоятельно вскармливать своих детей, не смог сразу остановить конвейер. Система пережила и падение Бастилии, и кровавую гильотину, и наполеоновские войны.

Настоящий перелом наступил лишь в конце XIX века. В 1874 году был принят закон Русселя, который ввел строгий обязательный надзор за каждым ребенком, переданным на платное вскармливание.

Впоследствии изобретение пастеризации молока, появление безопасных смесей, изменение трудовых прав женщин и развитие гигиены окончательно уничтожили рынок кормилиц. То, что сегодня кажется диким и немыслимым, еще два с половиной века назад считалось абсолютной нормой жизни, подкрепленной государственными законами и требованиями экономики.