Беспокоит то, что Путин не захочет просто отступить: интервью с британским военным экспертом Шоном Беллом

Вице-маршал Королевских ВВС Великобритании в отставке, военный аналитик SKY News и BBC Шон Белл дал интервью 24 Каналу.

В беседе с журналистом нашего издания Даниэлем Ткие эксперт дал оценку нынешней войне и проанализировал возможные сценарии завершения боевых действий, указав на риски провокаций со стороны России.

По мнению Шона Белла, Россия может искать выход из войны через эскалацию или даже провокацию против НАТО, ведь российский лидер Путин оказался в тупике.

Г-н Белл отметил новые форматы военно-промышленного сотрудничества Украины с Западом, прокомментировал текущий этап отношений Владимира Зеленского с Дональдом Трампом, позицию нового британского правительства и перспективы передачи Украине технологий для ПВО, РЭБ и ракетных программ.

"24 Канал" публикует текстовую версию интервью Шона Белла и его перевод на украинский язык.

Новая логика войны

Как вы в целом оцениваете ситуацию на войне сейчас? Со времени записи нашего предыдущего подкаста в марте 2026 года многое изменилось. Украина перехватила инициативу на поле боя. Как вы это оцениваете?

Я считаю, что в этом вопросе нужно быть очень осторожными с выводами. Я не вижу, чтобы инициатива на поле боя перешла к другой стороне. Это нужно понимать.

Однако теперь война разделилась на две отдельные составляющие. Первая – это война на истощение на Донбассе.

Россияне бросают огромные силы на Константиновку и постепенно продвигаются вперед. Украина же пытается сделать каждый шаг этого продвижения максимально болезненным для них.

В то же время она переносит боевые действия на территорию России. Она наносит удары вглубь, уничтожает логистическую инфраструктуру и объекты нефтеперерабатывающей отрасли.

Недавно я видел данные, согласно которым объемы нефтепереработки в России достигли самого низкого уровня за двадцать один год, а значит, Россия уже не может получать необходимые ей доходы для финансирования войны.

Давление на нее растет, и, похоже, мы приближаемся к соглашению, которое может предусматривать замораживание ситуации на текущей линии фронта. Однако я пока не сказал бы, что ход войны уже изменился в пользу Украины.

Вы только что упомянули о возможном соглашении. По информации СМИ, сейчас американцы и украинцы обсуждают ограниченное воздушное перемирие, после чего это предложение должно быть передано Кремлю. Однако это не похоже на значительный прорыв, ведь речь идет лишь о частичном прекращении огня. Откажется ли Путин от одного из своих рычагов давления еще до зимы, когда Россия сможет наносить по Украине еще более мощные удары?

Когда я говорю, что мы движемся к соглашению, это не означает, что оно будет заключено в ближайшие дни, недели или месяцы. Но Россия, безусловно, испытывает все большее давление в последние месяцы.

В первой половине года она теряла больше военных, чем могла набрать в армию. Россияне также теряли территории быстрее, чем успевали захватывать новые.

В то же время не следует забывать, что Россия оккупировала около двадцати процентов территории Украины. Ее главной целью остаются города-крепости на Донбассе, и ради этого российское командование готово перебрасывать войска с других направлений, ослабляя там свои позиции.

Меня беспокоит то, что Путин не захочет просто отступить. Он не захочет терять лицо. Поэтому сейчас много говорят о том, не попытается ли он в той или иной форме спровоцировать противостояние с НАТО, ведь это позволило бы заставить мировых лидеров сесть с ним за стол переговоров и преподнести ситуацию так, будто он выстоял в противостоянии не только с Украиной, но и со всем альянсом.

Но есть и позитивные сигналы, на которых нам нужно сосредоточиться. В частности, похоже, что президент Зеленский находит все больше общего с президентом Трампом, а это чрезвычайно важно.

Интервью с Шоном Беллом – смотрите видео:

Угрозы Путина в адрес НАТО, эскалация и поиски выхода из тупика

Вы упомянули о возможной российской атаке на НАТО, с помощью которой Москва могла бы заставить альянс сесть за стол переговоров. Не кажется ли вам такой сценарий нереалистичным? Может ли Путин позволить себе открыть еще один фронт?

Я не имею в виду, что Путин начнет войну с НАТО. Он может организовать провокацию под чужим флагом, чтобы оправдать ввод войск на территорию одной из стран альянса.

Сила НАТО сегодня основана на гарантиях пятой статьи. Основной принцип альянса заключается в том, что нападение на одного его члена считается нападением на всех.

Но придут ли США на помощь НАТО, если Россия совершит атаку на одну из стран Балтии? Я считаю это маловероятным, но для остальных членов альянса это стало бы серьезным потрясением.

Путину понадобится выход из этой войны. До сих пор он довольно успешно прикрывал реальность угрозами. Я не считаю, что НАТО грозит нападение, однако нам нужно осторожно подойти к тому, как помочь Путину выйти из этой войны, ведь сейчас он оказался в тупике.

Вероятно, это один из худших возможных сценариев.

В то же время есть информация, что российские сторонники жесткой линии якобы призывают Путина именно к эскалации. Они предлагают убить президента Зеленского, нанести удары по центрам принятия решений в Киеве или даже применить ядерное оружие. Насколько вероятны такие сценарии?

Такая опасность действительно существует.

Украина вряд ли сможет одержать победу в этой войне в обычном смысле. Когда я приезжал в Украину, мы с вами обсуждали, как могла бы выглядеть победа. В начале войны речь шла о полном изгнании России со всей украинской территории. Я не думаю, что в ближайшее время это реально, поэтому целью должно быть сохранение той части страны, которая остается суверенной Украиной, а это около восьмидесяти процентов ее территории.

Она должна сохранить свою государственность, безопасность, свободу, культуру и язык. Подобная ситуация в свое время сложилась в Финляндии во время Зимней войны.

Решать это должны не я, а украинцы. Но эта война длится уже очень долго. Теперь, когда Путин оказался в сложном положении, нам нужно искать возможности для того, чтобы предложить ему путь к завершению войны. Иначе Россия и в дальнейшем будет продолжать эту войну.

Каким мог бы быть такой выход? Прекращение огня по текущей линии фронта без мирного соглашения?

Я не знаю. Сложно представить, что Путин согласится вывести войска с какой-либо территории.

В то же время украинцам придется провести очень сложную дискуссию о том, какой результат можно было бы считать приемлемым.

Когда я прихожу на Майдан, то не могу сдержать слез. Невозможно оставаться равнодушным, когда видишь все эти флаги и осознаешь, сколько людей погибло. Украинцы заплатили невероятную цену, чтобы оказаться на нынешнем этапе.

Однако сейчас уже ощущается усталость от войны и понимание того, что ее нужно завершать. Возникает вопрос: каким будет это завершение? На какие жертвы придется пойти Украине и перевесят ли потенциальные выгоды сопутствующие риски?

Здесь важную роль могут сыграть НАТО и коалиция желающих. Об этом уже много говорили, но решение – за Украиной.

Западная помощь, ракеты и сотрудничество в производстве

Считаете ли вы, что коалиция желающих сможет помочь Украине, не вступая в войну, а лишь выступая гарантом успешного завершения конфликта?

В целом мы уже видим, как Запад может помогать Украине. В начале войны ей передали дальнобойные ракеты, танки, а затем и истребители. Однако больше всего Украина нуждалась в оружии для дальнобойных ударов и средствах противовоздушной обороны.

Западным странам очень сложно поставлять их в больших количествах, поскольку необходимых запасов просто нет. Даже если увеличить производство, на это уйдет немало времени.

С другой стороны, Запад может поставлять Украине головки самонаведения, боевые части, ракетные двигатели и электронные системы для ракет дальнего действия, а Украина будет самостоятельно собирать готовые изделия. Это сэкономит годы и огромные средства на летные испытания и сертификацию безопасности.

Мы можем массово производить компоненты и помогать Украине собирать ракеты.

Кроме того, оборонно-промышленная база Украины очень эффективна в массовом производстве оружия, а Россия не слишком успешна во внедрении инноваций. Украина продемонстрировала исключительную способность быстро создавать и применять новые решения. На мой взгляд, именно это на протяжении последнего года обеспечивало ей преимущество.

Вы упомянули украинские ракеты "Фламинго" и "Нептун", а также десятки дронов, которые производятся ежедневно. Иногда Украина способна запускать по российским целям от семи до десяти тысяч дронов в день. Насколько это важно? Сможет ли Россия решить эту проблему с помощью средств противовоздушной обороны? Создается впечатление, что ее системы настолько перегружены, что уже не способны перехватывать достаточное количество украинских беспилотников.

На самом деле ситуация немного сложнее. Не стоит забывать, что сначала Россия закупала "Шахеды" у Ирана, а затем разработала свою версию. Россияне даже установили на нее небольшой реактивный двигатель. Они могут адаптироваться и массово производить такую технику.

Проблема России заключается в том, что только что противник адаптируется, ей требуется много времени, чтобы создать новую модификацию. Украина эффективно организовала этот процесс на передовой.

Частично такой подход внедрил Федоров. Он поощрял систему, при которой промышленность работает на нужды фронта, а подразделения могут получать необходимую технику за специальные баллы. Если на передовой возникала какая-то проблема, то в ту же ночь производители начинали искать способ ее решить.

Благодаря этому Украина добилась огромных успехов. В России ничего подобного нет. Российские солдаты просто выполняют приказы. Любой вопрос очень долго доходит до руководства. Они не способны действовать так быстро, поэтому на тактическом уровне Украина получила преимущество.

Кроме того, России не хватает средств ПВО, чтобы защитить даже российский аналог Amazon – Wildberries. Уничтожена ее логистическая инфраструктура на сумму два миллиарда двести миллионов долларов. Россия не способна защитить такие объекты, поэтому война все больше проникает на российскую территорию.

Сами по себе эти удары не положат конец войне, но постепенно будут подталкивать Путина к более активному поиску выхода из ситуации.

США, Зеленский и изменение подхода Трампа

Президент Украины Владимир Зеленский встретился с президентом Трампом в Белом доме. Это была продуктивная встреча. Кроме того, они встречались в Анкаре. Я освещал это событие прямо на месте и слышал их вступительные заявления. Президент Трамп был настроен по отношению к президенту Зеленскому очень позитивно и дружелюбно. Возможно, после этих встреч между двумя лидерами даже завязались дружеские отношения. Видите ли вы изменения в отношении Трампа к Украине?

Прежде всего, президент Трамп меняет свою риторику чуть ли не каждое утро, поэтому понять, во что именно он верит, довольно сложно.

Давайте будем честными. Президент Трамп никогда не был одним из главных сторонников Украины. Он считает эту войну европейской проблемой.

Однако президент Зеленский очень умело воспользовался нынешней ситуацией. Как известно, Трамп пытается найти выход из войны с Ираном. Он начал ее 28 февраля и заявил, что она продлится от четырех до шести недель. Однако сейчас уже сто пятьдесят второй день войны, и она только расширяется. Трампу нужен выход.

Зеленский очень четко подчеркивает в беседах с ним, что Россия поставляет Ирану оружие. Между Россией и Ираном действует соглашение о военном сотрудничестве. Москва также предоставляет Тегерану спутниковые снимки и разведывательные данные.

Как военный я анализирую действия Ирана и вижу, что он способен наносить точные удары по американским военным базам на Ближнем Востоке и хорошо защищенным стратегическим объектам. Казалось бы, такой уровень точности превышает собственные возможности Ирана, но благодаря российской помощи он смог этого добиться.

Поэтому Зеленский может убеждать Трампа, что его настоящий враг – Россия, ведь она осложняет ситуацию в Иране. Итак, США следует сосредоточиться на России и одновременно помочь Украине. Поэтому, на мой взгляд, неудивительно, что теперь Трамп демонстрирует большую готовность поддерживать Зеленского, ведь у них появился общий враг – Россия.

Соединенные Штаты предоставили Украине лицензии на производство ракет-перехватчиков для систем Patriot. Но когда это производство реально может начаться? Речь идет о месяцах или годах?

Прежде всего, я не думаю, что решение разрешить Украине самостоятельно производить такие ракеты было случайным. Оно напрямую связано с войной против Ирана, ведь Соединенные Штаты расходуют там значительный запас ракет для систем Patriot, Aegis и THAAD.

Такие средства не производятся в больших количествах, но сейчас их используют почти ежедневно для перехвата иранских баллистических ракет. Поэтому у Соединенных Штатов просто нет достаточного количества ракет, чтобы поставлять их Украине.

Поэтому одним из способов решить проблему стало предоставление Украине разрешения на собственное производство. Главная сложность заключается в передаче необходимых технологий. Эти ракеты чрезвычайно сложны и состоят из сотен, а возможно, и тысяч различных компонентов.

Украина не сможет производить все детали самостоятельно, поэтому, вероятно, речь пойдет скорее о сборке ракет из готовых компонентов, а не о полном производственном цикле. Большинство специалистов считают, что отдельным компаниям понадобится как минимум год, чтобы нарастить выпуск деталей для Patriot.

Таким образом, это не краткосрочное решение, но оно является частью более широких усилий Европы по оказанию помощи Украине и оценке ее способности самостоятельно производить вооружение. И, вероятно, так Украина получит необходимые ракеты быстрее, чем если будет ждать, пока Запад нарастит производство до нужного уровня.

Великобритания, новый премьер и технологии радиоэлектронной борьбы

Сейчас мы находимся в самом центре Лондона, рядом с Букингемским дворцом. В Великобритании новый премьер-министр Энди Бернем. Недавно он встретился с президентом Украины Владимиром Зеленским. Это была еще одна конструктивная встреча. Премьер-министр Бернем заявил, что они нашли общий язык и что их первый личный разговор прошел конструктивно. Как вы оцениваете эту встречу? Готов ли новый британский премьер-министр продолжать политику своего предшественника в отношении Украины и позиционировать себя как мирового лидера в ее поддержке?

Я считаю, что Энди Бернем продолжит поддерживать Украину, потому что британское общество в целом считает такую поддержку необходимой. Конечно, всегда найдутся люди, которые придерживаются иного мнения. Однако большинство граждан нашей страны убеждены, что мы должны делать все возможное для Украины. Поэтому я уверен, что при Бернеме эта политика сохранится.

Что касается роли мирового лидера, то одно из главных замечаний в адрес Стармера заключалось в том, что он слишком много путешествовал и часто находился за пределами страны. У Великобритании немало серьезных проблем. У нас огромный государственный долг. Национальная служба здравоохранения едва держится на плаву. Социальные расходы вышли из-под контроля. Мы пытаемся увеличить финансирование обороны, но до сих пор не достигли уровня расходов, которые обязались обеспечить в рамках НАТО.

Кроме того, мы модернизируем подводные лодки и ракеты, составляющие нашу систему ядерного сдерживания. Все это требует денег. Поэтому я считаю, что Бернем будет больше сосредотачиваться на внутренних проблемах страны, чем на международной политике. Единственным исключением, вероятно, станет Украина. Я убежден, что он останется надежным сторонником вашей страны.

Премьер-министр Бернем также объявил о решении передать Украине права интеллектуальной собственности, необходимые для производства специальных британских систем радиоэлектронного подавления. О каких именно системах идет речь и что означает это решение?

Когда я служил военным летчиком, главные секреты уже заключались не в оборудовании или самом самолете, а в программном обеспечении. Например, мой самолет уязвим, только что его обнаруживает вражеский радар. Но если я могу заглушить этот радар или создать для него ложную картину, чтобы он думал, что я нахожусь в одном месте, хотя на самом деле я в другом, это дает мне преимущество.

Существует множество сложных методов, позволяющих это делать. Во время Холодной войны мы почти ежедневно разрабатывали новые технологии такого рода.

Насколько я понимаю, британское правительство исходит из того, что Украине нужны системы подавления не только российских радаров, но и ракетных комплексов и дронов. А у Великобритании есть немало технологий, способных в этом помочь.

Основная опасность заключается в том, что в случае попадания такого оборудования в руки россиян мы утратим свое преимущество на поле боя, а Россия будет делать все возможное, чтобы завладеть этими системами. Поэтому нам нужно действовать очень осторожно.

Технологии являются асимметрическим преимуществом Запада на поле боя. Мы рассчитываем, что именно благодаря им сможем превзойти Россию. Если россияне поймут принцип работы этих технологий, разработают средства противодействия, это создаст опасность и для нашей страны. Поэтому это очень большой шаг.

Значит ли это, что Великобритания раскроет Украине все свои секреты?

Нет, но это реальный способ помочь вам. Украина также помогает другим странам.

Вы приобретаете уникальный опыт ведения войны с использованием дронов. Этот опыт необходимо изучать всей Европе, поэтому общее понимание этих технологий и обмен опытом будут иметь решающее значение.

В будущем это принесет Украине пользу, когда "Коалиция желающих" будет участвовать в мирном процессе.

И последний вопрос касается совместных производственных проектов Великобритании и Украины. В частности, речь идет о проекте Night Fall, который предусматривает совместную разработку баллистической ракеты. Великобритания также планирует разработать собственную крылатую ракету малой дальности. Смогут ли эти проекты помочь Украине в ближайшее время? Каковы примерные сроки их реализации и какова нынешняя стратегия?

Прежде всего нужно понимать разницу между крылатыми и баллистическими ракетами.

Крылатая ракета летит в атмосфере, обычно со скоростью около четырехсот-пятисот миль в час, и способна уклоняться от обнаружения. Такие ракеты сложно сбивать.

У Великобритании уже есть несколько образцов подобного оружия. В частности, мы передали Украине ракеты Storm Shadow, а сейчас разрабатываем их преемника. И, насколько мне известно, мы также пытаемся помочь Украине создавать и производить собственные версии таких ракет. На мой взгляд, это вполне реально сделать в ближайшее время.

С баллистическими ракетами ситуация иная. Они покидают атмосферу, выходят в космос, а затем летят к цели. Их очень сложно создавать и наводить. Для этого нужны специальные технологии. И, насколько мне известно, у Великобритании нет особого опыта в этой сфере.

Мы практически не разрабатываем баллистические ракеты, тем более для экспорта, поэтому Великобритания сможет передать Украине отдельные технологии. Однако я не уверен, что мы являемся ведущими специалистами в этой области.

А крылатые ракеты могут стать эффективным способом увеличить украинский арсенал.

Вы упомянули о ракетах "Фламинго". Если честно, они выглядят несколько старомодно и не отличаются высокой малозаметностью. Это отличный продукт, но для достижения результата потребуется много ракет.

Следующее поколение "Сторм Шэдоу" будет обладать лучшей малозаметностью, поэтому их будет сложнее сбивать. Соответственно, их не понадобится так много, ведь большее количество сможет прорваться к целям.

Поэтому сотрудничество выгодно и Украине, и Великобритании, помогая обеим странам пополнять запасы вооружения в рамках совместных проектов.

Украина, возможно, уже находится на начальном этапе создания компанией Fire Point собственной баллистической ракеты.

Так. Преимущество Украины в том, что на вас не распространяются столь жесткие ограничения, которые действуют у нас.

Испытывать баллистическую ракету очень сложно, ведь она преодолевает огромное расстояние и выходит в космос. Если что-то пойдет не так, нужна большая зона безопасности.

В Украине из-за войны вы вынуждены больше сосредоточиваться на эффективности, поэтому, возможно, мы сможем поделиться с вами отдельными технологиями, а вы быстрее интегрируете их в ракетную систему, чем это удалось бы сделать нам. Такое сотрудничество должно быть взаимовыгодным.

Это интервью было сокращено и отредактировано для лучшего понимания аудиторией.