"Может повторить путь Советского Союза": в НБУ спрогнозировали будущее России
- Российская экономика находится в состоянии стагнации, без импульса для роста, с ограниченными возможностями для инвестиций из-за структурных ограничений и высоких военных расходов.
- Доходы бюджета России зависят от экспорта энергоресурсов, но цены на нефть снижены, а продажи газа упали, что ухудшает экономическую ситуацию и создает долгосрочную неопределенность.
Российская экономика вошла в режим стагнации, то есть экономический рост в стране низкий или отсутствует в течение длительного времени. И пока не наблюдается импульса для роста в ближайшее время.
Какова ситуация в экономике России?
Об этом в комментарии 24 Канала рассказал член Совета НБУ, доктор экономических наук Василий Фурман.
Смотрите также Проблемы как минимум до 2042 года: какие трудности ожидают россиян
По словам эксперта, еще в 2024 году экономика России росла около 4%, а уже в IV квартале 2025 года рост ВВП был около 0%. И падение происходило в течение всего прошлого года.
Если разобраться в структуре этого ВВП, то, если и есть рост в некоторых отраслях, то эти отрасли связаны с военно-промышленным комплексом. А гражданские отрасли не растут – у них наоборот минус,
– отметил Фурман.
Такое состояние стагнации в российской экономике связано со структурными ограничениями:
- высокими военными расходами;
- слабым частным сектором;
- зависимостью от экспорта сырья;
- и глобальными санкциями.
В итоге, как говорит экономист, стагнация в России создает ограниченные возможности для инвестиций, а страна, которая не инвестирует, не развивается.
Почему Россия теряет доходы?
Кроме того, доходы федерального бюджета России построены на поступлениях от продажи энергоресурсов – по разным оценкам, они составляют от 35% до 45%.
В то же время в бюджете заложена цена на продажу нефти около 59 долларов за баррель. А по факту, с учетом рыночных тенденций и санкций, Россия продает нефть с дисконтом по цене около 35 долларов.
К тому же наблюдается значительное уменьшение объемов торговли газом, в частности, продажи в Европу упали до уровня 1970-х годов.
Эту разницу Москве надо чем-то компенсировать. К этому времени они "проедали" средства Фонда национального благосостояния, но они почти закончились,
– констатировал экономист.
Также наблюдаются внутренние дисбалансы в России:
- низкий уровень доверия к бизнесу;
- значительный отток капитала;
- и снижение производительности.
Как результат, стагнация создает долгосрочную неопределенность для российской экономики. Фурман уверен, что Россия не способна быстро обеспечить устойчивый экономический рост и все больше зависит от внешних экономических факторов.
Поэтому пока все красочные заявления Кремля остаются лишь заявлениями, ведь проблем в экономике очень много, и сложно представить, как Москва их будет решать после завершения войны.
На мою точку зрения, Россия с большой вероятностью может повторить путь Советского Союза, который развалился. И одной из причин был большой военно-промышленный комплекс и невозможность финансировать военные расходы. И второй путь, который у них есть – это путь Ирана. Это большое, богатое ресурсами государство, но в связи с санкциями оно не развивалось, оно низкотехнологичное. Вот у них таких два, но, в любом случае, негативные сценарии, в любом случае
– подытожил Фурман.
Что известно о проблемах в экономике России?
По информации Reuters, после введения новых санкций со стороны США поступления России от экспорта нефти и газа в декабре 2025 года могли сократиться почти наполовину – на 49% в годовом измерении.
Параллельно резко замедлились темпы роста российского военно-промышленного комплекса: если в прошлом году они составляли около 5%, то сейчас упали до 0,3%. Это уже ощутимо бьет по финансовым результатам предприятий и уровню зарплат.
Ранее российская экономика некоторое время держалась благодаря благоприятным факторам – высоким мировым ценам на сырье и стимулированию через масштабные бюджетные расходы. Однако большинство этих факторов исчезли, и именно поэтому нынешнее состояние экономики России является худшим с начала полномасштабной войны, считает экономист Немецкого института международных и безопасностных дел Янис Клюге.