ЦРУ ведет тайную игру с Россией: Скотт Лукас в интервью раскрыл детали встречи Зеленского и Трампа

В эксклюзивном интервью для 24 Канала профессор международной политики в Университетском колледже Дублина, Институте Клинтона Скотт Лукас проанализировал предстоящую встречу Владимира Зеленского с Дональдом Трампом, влияние ЦРУ на переговорный процесс и борьбу различных групп внутри американской администрации.

Отдельно эксперт объяснил, почему встреча Зеленского с директором ЦРУ Джоном Ретклиффом в Ирландии вряд ли была случайностью, как Вашингтон может усиливать давление на Россию и что на самом деле стоит за разговорами об "энергетическом перемирии".

Что будет означать встреча Зеленского и Трампа?

Непосредственно перед визитом в США Зеленский разговаривал по телефону с президентом Трампом. По данным Axios, Трамп призвал Зеленского прекратить украинские удары по российским нефтеперерабатывающим заводам, и слово "дизель" многократно упоминалось во время разговора. Каковы ваши ощущения перед этой встречей и что вы думаете об этом давлении на Зеленского в отношении дизельного топлива?

Здесь важно рассмотреть несколько событий в совокупности. Несколько недель назад директор ЦРУ Джон Ретклифф посетил Москву, где, насколько можно судить, пытался убедить российскую сторону вернуться к переговорам и признать, что она не сможет победить в этой войне.

Вслед за ним в Москву отправились Стив Уиткофф и Джаред Кушнер, которые гораздо более благосклонно относятся к Кремлю. Похоже, у них уже было конкретное предложение об энергетическом перемирии, то есть о взаимном прекращении ударов по энергетической инфраструктуре.

На этом фоне состоялся телефонный разговор Зеленского и Трампа. Зеленский назвал его хорошим и дал понять, что Украина хочет говорить прежде всего об усилении противовоздушной обороны и давлении на Россию. Трамп также положительно оценил разговор.

Перед встречей с американским президентом Зеленский также встретился в Нью-Йорке с Эмманюэлем Макроном. И это важно, ведь перед этим Макрон разговаривал с самим Трампом.

Я предполагаю, что здесь происходит некое согласование позиций между Украиной и Европой. Речь идет и о том, что нужно Украине для защиты, и об ответных ударах, и о возможной формуле энергетического перемирия.

Украина, вероятно, могла бы согласиться прекратить удары по энергетической инфраструктуре, если Кремль поступит так же. Но принципиально важно, чтобы к этому не привязывали требования отказаться от территорий или гарантий безопасности.

Полное интервью со Скоттом Лукасом: смотрите видео

В то же время стоит следить не только за самой беседой Зеленского и Трампа, но и за тем, что еще из американских чиновников будет участвовать в контактах с украинской делегацией.

Здесь есть два главных момента. Первый – поддержка Украины, необходимая для защиты в течение зимы. Второй – дальнейшее давление на Россию посредством украинских ударов и санкций, чтобы в Москве не рассчитывали на возможность заставить Украину капитулировать, а возвращались к переговорам.

Тайная встреча Зеленского с директором ЦРУ в Ирландии

По данным западных СМИ, по пути в США Зеленский встретился с директором ЦРУ Джоном Ретклиффом в аэропорту Шеннон в Ирландии. Financial Times также писала, что Ретклифф может играть все более значительную роль в переговорах по поводу войны. Что может означать эта встреча?

Когда информация о ней появилась в Reuters и Financial Times, стали говорить, что это могло быть просто совпадением. Но если это случайность, то очень необычная.

Понятно, почему Зеленский находился в Шенноне: его самолет дозаправлялся перед перелетом в Нью-Йорк. Но присутствие там директора ЦРУ вызывает вопросы.

Поэтому я подозреваю, что встреча была организована заранее. Более того, думаю, кто-то хотел, чтобы о ней стало известно, и в первую очередь это был сигнал России.

Ретклифф ранее уже доносил до российской стороны довольно жесткую позицию: Россия не выиграет эту войну, находится под военным и экономическим давлением и должна вернуться к переговорам.

Одним из возможных первых шагов могло бы стать энергетическое перемирие, а далее – более широкое прекращение огня на фронте и воздушных атак.

Я предполагаю, что Зеленский и Ретклифф сверили оценки положения России, американской поддержки Украины и того, что делать, если Москва откажется от прекращения огня.

Для Зеленского это важно накануне встречи с Трампом, поскольку он понимает, как ситуацию оценивают американские ведомства.

Обратите внимание! По мнению Скотта Лукаса, встреча в Шенноне была тщательно подготовленным сигналом Москве о том, что США не позволят заставить Украину капитулировать.

Раскол в администрации Трампа и роль Ретклиффа, Уиткоффа и Кушнера

Может ли эта встреча свидетельствовать о более значительной роли ЦРУ в переговорах по поводу войны и усилении координации между американской разведкой и Украиной?

Конечно. Контакты между американскими разведывательными структурами и украинскими чиновниками вполне естественны в условиях войны. Стороны обсуждают ситуацию, свои оценки и возможные дальнейшие шаги.

Но важен еще один фактор – внутри администрации Трампа нет единого подхода к России и Украине.

Есть группа вокруг Ретклиффа и чиновников, близких к его позиции. С другой стороны – Стив Уиткофф и Джаред Кушнер, которые гораздо благосклоннее относятся к Кремлю. Есть также Джей Ди Вэнс, скептически настроенный к вопросам европейской безопасности.

Поэтому информация о встрече Ретклиффа с Зеленским могла стать сигналом не только Москве, но и внутри самой американской администрации: группа, выступающая за более жесткий подход к России, пытается усилить свое влияние.

Это не означает, что директор ЦРУ лично станет главным переговорщиком с Россией. Но американский подход может постепенно отходить от той логики, которую продвигали Уиткофф и Кушнер: сначала прекращение огня, а затем большие экономические соглашения с Москвой.

Может ли это означать, что Уиткофф и Кушнер, вероятно, теряют свое влияние на переговоры по войне в Украине и свои политические позиции в администрации?

Я бы не спешил с таким выводом, но внимательно следил бы за их ролью.

Несколько дней назад появилась информация, что Ретклифф все активнее участвует в обсуждениях по Украине, тогда как роль Уиткоффа и Кушнера уменьшается. И здесь стоит спросить: кто хотел, чтобы эта информация попала в СМИ?

Скорее всего, не сами Уиткофф и Кушнер. Думаю, это люди, которым ближе подход Ретклиффа и которые хотят показать, что с Москвой нужно говорить по-другому.

Я не ожидаю, что Трамп публично отстранит Уиткоффа или Кушнера. Скорее, их влияние может постепенно уменьшаться.

Особенно после их поездки в Кремль, которая со стороны выглядела очень невыгодно. Уиткофф чрезвычайно тепло отзывался о встрече с Путиным, а Кушнер говорил о возможности соглашения, от которого якобы выиграют все.

Но очень трудно говорить о выигрыше для всех в войне, где Украина понесла огромные потери, а часть ее территории оккупирована.

В Вашингтоне есть люди, которые считают такой подход либо слишком наивным, либо слишком близким к кремлевскому видению.

В то же время New York Times сообщает, что во время встречи с Путиным Кушнер возражал ему, когда тот говорил о возможности захватить весь Донбасс. Кушнер якобы спросил, не вернутся ли они через год к тому же разговору. Что это означает?

Интересно прежде всего то, почему-то мы узнаем об этом разговоре лишь через несколько недель после встречи. Если вы принадлежите к группе Уиткоффа и Кушнера, вам не хочется, чтобы вас воспринимали как людей, которые просто соглашаются с Путиным. Поэтому вполне логично показать, что Кушнер ему возражал.

В то же время сама фраза о потерянном годе важна. Мы уже слышали сообщения о том, что среди части российских бизнесменов и чиновников существует недовольство тем, сколько времени и экономических возможностей Россия потеряла из-за войны.

Если Кушнер теперь тоже говорит Путину, что продолжение войны означает лишь потерю времени, это может свидетельствовать об определенном сближении его позиции с подходом Ретклиффа. Если приоритетом постепенно становится возвращение России к переговорам и прекращение огня, это важное изменение.

Почему Трамп заговорил о дизельном топливе и российских НПЗ

Давайте также рассмотрим недавнее заявление Трампа о дизельном топливе. Он утверждал, что Россия утратила контроль над своей дизельной промышленностью из-за ударов по нефтеперерабатывающим заводам, призывая к прекращению абсурдной войны. Что происходит с темой дизельного топлива, на которой сейчас сосредоточивается Трамп?

Здесь есть внутриполитический фактор. Дизельное топливо в США используется большим количеством грузового транспорта, пикапов, тракторов и сельскохозяйственной техники. А люди, которые зависят от такого транспорта, голосуют, поэтому цены на топливо имеют политическое значение.

Но еще более интересна смена тона Трампа. Сначала его позиция фактически звучала так: что Украина атакует российские НПЗ, если это создает проблемы на мировом энергетическом рынке. Позже тон изменился. Трамп уже говорил о том, что Россия страдает от ударов по своей нефтеперерабатывающей отрасли и одновременно несет большие потери на фронте.

Это значительно ближе к той оценке, которую, по моему мнению, Ретклифф доносил до Москвы: Россия находится под военным и экономическим давлением.

Трамп часто реагирует на те аргументы, которые ему донесли последними. Внутри администрации идет борьба за его внимание, и на этот раз, похоже, группе Ретклиффа удалось убедить его не обвинять Украину, а акцентировать внимание на проблемах самой России.

Экономические соглашения с Россией и условия возможного прекращения огня

Ожидается, что Стив Уиткофф, Джаред Кушнер и госсекретарь США Марко Рубио примут участие в этой встрече между президентом Зеленским и Дональдом Трампом. По данным New York Times, Белый дом рассматривает возможность подписания деловых соглашений с Россией до того, как она прекратит войну против Украины. Считаете ли вы, что за этой идеей может стоять лагерь Кушнера и Уиткоффа?

Да, это вполне соответствует их подходу. Украина, вероятно, могла бы согласиться на энергетическое перемирие, если Россия также прекратит удары. Но проблема возникает тогда, когда к такому прекращению огня начинают добавлять другие условия.

Например, если США должны снять санкции, чтобы начать реализовывать экономические проекты с Россией, это уже совсем другая история. На мой взгляд, о таких соглашениях не должно идти речи до полного прекращения огня и без новых территориальных уступок со стороны Украины.

Поэтому ключевой вопрос сейчас – что для Вашингтона важнее: экономические договоренности с Москвой или безусловное прекращение огня.

И именно поэтому так важен состав участников встречи. Будут ли Уиткофф и Кушнер продвигать экономические соглашения? Будут ли они говорить о территориальных уступках? Какую позицию займет Марко Рубио?

Ретклифф как директор ЦРУ вряд ли будет присутствовать на такой политической встрече. Поэтому важно следить, кто именно из американских чиновников будет озвучивать близкую к его позиции линию. В этом и заключается сложность анализа администрации Трампа: различные группы внутри нее могут продвигать разные подходы, а сам президент часто действует непредсказуемо. Поэтому сейчас трудно заранее сказать, каким будет результат встречи.

Выборы в Госдуму, удары по Москве и перспективы мобилизации

Как вы оцениваете так называемые выборы в Государственную думу России? В последний день голосования Украина совершила масштабную атаку дронами по Москве. Насколько прочно Путин сегодня контролирует Россию?

Путин, безусловно, контролирует российскую политическую систему. Но это не обязательно означает такой же контроль над настроениями общества. Украинские удары по Москве имели очевидный символический смысл: показать, что даже во время выборов столица России остается уязвимой.

Что касается самого голосования, то это были управляемые выборы. Партии и политики, которые выступали против вторжения или критиковали Путина, фактически не могли принимать в них полноценное участие. "Единая Россия" получила около 75% мест в Госдуме, и Кремль явно хотел использовать этот результат как демонстрацию контроля и легитимности.

Но после выборов приходится возвращаться к реальности войны. И главный вопрос сейчас – что Кремль будет делать дальше. Если не будет устойчивой договоренности об энергетическом перемирии, Россия, вероятно, продолжит воздушные атаки зимой.

Другой вопрос – понадобится ли ей новая масштабная мобилизация для продолжения наземного наступления. Полная мобилизация создала бы серьезные экономические, социальные и политические риски. Поэтому стоит следить, попытается ли Кремль привлечь еще сотни тысяч человек менее масштабным образом.

В то же время, пока внутри самой системы не возникнет серьезного сопротивления со стороны бизнеса, чиновников или военных, Путин, скорее всего, будет сохранять контроль. Сами по себе такие выборы этого не меняют.

Если Путин не решится на полномасштабную мобилизацию, что он может сделать?

Он может продолжить частичное привлечение людей, и в определенной степени это уже происходит. Российские власти активнее работают со студентами, проводят рекламные кампании и ищут другие способы набрать больше людей.

Но возможности уже не те, что в 2022 году. Из-за проблем в экономике сложнее предлагать такие большие выплаты по контракту. Так же Россия уже исчерпала значительную часть ресурса вербовки в тюрьмах. Поэтому вопрос прост: если Кремлю понадобятся еще сотни тысяч человек, откуда их брать?

Частичная мобилизация в 2022 году уже привела к массовому отъезду россиян, прежде всего мужчин. Если это повторится, последствия вновь будут не только социальными, но и экономическими, поскольку страна будет терять работников.

В 2022 году Россия только переходила на военную экономику. Теперь она работает в таком режиме уже пятый год, поэтому повторить тот же сценарий значительно сложнее.

Именно поэтому стоит следить не только за тем, будет ли новая мобилизация, но и когда ее могут объявить и кого именно Кремль попытается привлечь. Это многое скажет о российских планах на зиму и на 2027 год.

Это интервью было сокращено, исправлено и отредактировано для лучшего понимания аудиторией.