Китай выводит напряжение вокруг Тайваня на новый уровень, переводя свои угрозы в значительно более опасную фазу. Масштабные военные учения Китая, которые все больше напоминают репетицию блокады острова, санкции Пекина против американских оборонных компаний и жесткие сигналы в адрес США и союзников Тайбэя в регионе все чаще заставляют поставить вопрос не о том, готовится ли Китай в принципе к силовому сценарию, а при каких условиях и в какой момент Пекин может решиться на попытку изменить статус-кво вокруг Тайваня силовым путем.
24 Канал проанализировал специфику последних военных учений Китая вокруг Тайваня и отчеты американской разведки о потенциальном вторжении китайской армии на остров. Разобраться в сложной региональной напряженности и намерениях и мотивации руководства Китая помог президент общественной организации "Либерально-демократическая лига Украины", эксперт по Восточной и Юго-Восточной Азии, аналитик Артур Харитонов.
Интересно Доктрина Монро 2․0 и раскол НАТО: мир неизбежно поглощает эпоха агрессивных империй и право сильного
Сценарии блокады Тайваня: о чем свидетельствуют самые масштабные военные учения Китая?
В конце 2025 года Китай попытался резко повысить свое военное давление против "непослушного" Тайваня, начав серию масштабных военных маневров вокруг острова. В Пекине официально назвали учения Justice Mission 2025, и по оценке западных экспертов, это были крупнейшие военные учения такого типа за весь период напряжения в Тайваньском проливе после 2022 года, когда сенатор Нэнси Пелоси, несмотря на все угрозы компартии Китая посадила свой самолет в аэропорту Тайбэя.
Сами же учения хоть и длились всего несколько дней, отличились своим масштабом, ведь охватывали акватории с севера, запада и юга от острова – фактически разыгрывая сценарий частичного окружения Тайваня. Зато аналитик Артур Харитонов считает, что прежде всего китайская уверенность в своих силах напрямую связана с российским вторжением в Украину.
Артур Харитонов
президент ОО "Либерально-демократическая лига Украины"
Стоит понимать, что с 2022 года Китай проводит эти учения системно. И на самом деле это связано не с визитом Нэнси Пелоси, как часто любят писать медиа, а непосредственно с российской войной против Украины. Китай фактически дал России политическое разрешение и всю необходимую поддержку для ведения войны, а на нашей территории начал отрабатывать собственный сценарий вторжения на Тайвань. То есть, если не произойдет чего-то абсолютно непредсказуемого, рано или поздно это вторжение произойдет.
Во время самих учений Китайская Народно-освободительная армия задействовала боевую авиацию, корабли и ракетные силы. Для отработки гибридных сценариев были привлечены даже катера береговой охраны. Однако отдельный акцент был сделан на боевых стрельбах, которые, по словам китайских военных, должны были отработать "удары по ключевым целям на Тайване" и обеспечить контроль морских путей вокруг острова.
Карта военных учений Китая Jusctice Mission 2025 / ISW
По официальным данным Тайбэя, в пиковые дни учений фиксировалось одновременное присутствие десятков китайских самолетов и кораблей вблизи радиуса действия противовоздушной обороны Тайваня, из-за чего местные силы обороны были вынуждены постоянно находиться в режиме повышенной боевой готовности.
Параллельно самим учениям из Пекина звучала агрессивная, но уже довольно формальная риторика. Министерство обороны Китая назвало учения "серьезным предупреждением сепаратистским силам на Тайване" и "ответом на внешнее вмешательство". Зато Китай настаивал, что эти маневры отнюдь не направлены на эскалацию ситуации, а проведение подобных учений является полностью законными действиями. Впрочем, их география и характер сценариев свидетельствовали о другом.
Артур Харитонов
президент ОО "Либерально-демократическая лига Украины"
Отдельно стоит обратить внимание на заявление Китая о том, что эти учения направлены на "противодействие внешнему вмешательству". Прежде всего речь идет о Японии, которая при премьерстве Санаэ Такаичи открыто заявила о готовности защищать Тайвань в случае китайского нападения. Таким образом Пекин демонстрирует готовность действовать одновременно на разных участках и против разных государств.
Как давно предупреждали аналитики, речь идет не о войне только с Тайванем, а о потенциальной региональной войне, ведь Тайвань является неразрывной частью безопасности Японии из-за территориальной близости. В то же время это сигнал и для США, которые поддерживают Тайвань, и, конечно, непосредственно для самого Тайбэя.
Контекст для Justice Mission 2025 был вполне прозрачен, и выглядел как реакция на поставки американского оружия, ведь всего за несколько дней до начала учений Пентагон объявил об очередном крупном пакете военной помощи Тайваню, а также о новых оборонных контрактах. В ответ Пекин даже ввел санкции против американских оборонных компаний и их отдельных топ-менеджеров, обвинив США в "грубом вмешательстве во внутренние дела Китая".
Артур Харитонов
президент ОО "Либерально-демократическая лига Украины"
Из-за этих санкций, американские оборонные компании могут потерять доступ к критическим минералам, в частности галлия и германия, которые используются в производстве чипов и современного вооружения... Америка уже сейчас делает все, чтобы максимально уменьшить зависимость от китайских цепей поставок – с прицелом на сценарии большой войны, в которых технологии, оружие и промышленность не должны критически зависеть от Китая.
В то же время реакция Тайваня была сдержанной, даже несмотря на то, что буквальное окружение острова китайскими кораблями заставило местное правительство существенно понервничать. Власти острова заявили о постоянном мониторинге ситуации, но избегая резких шагов, которые могли бы дать Пекину формальный повод для дальнейшей эскалации. Уже после завершения активной фазы учений китайские корабли частично отошли от острова, однако тайваньские военные заявили, что уровень угрозы остается высоким.
Вашингтон охарактеризовал действия Китая как неуместные, ведь таким образом Пекин повышает уровень напряжения во всем регионе. При этом в США отдельно подчеркнули, что не собираются отказываться от поддержки Тайваня, даже несмотря на китайские угрозы. Впрочем, учитывая постоянно растущий масштаб военных учений Китая вокруг острова – все больше выглядит не как формальная демонстрация силы и решимости китайской армии, а как подготовка реального сценария принуждения тайваньского правительства к капитуляции перед материком.
Китай играет в долгую: почему риск вторжения на Тайвань постоянно растет?
Китайское давление на Тайвань является не только реакцией Пекина на очередной пакет оружия от Соединенных Штатов или заявления японского премьера. Это уже длительная, системная кампания, которая с каждым годом становится жестче по двум причинам: в самом Китае снижается вера в мирное "присоединение" острова, но зато растет уверенность, что силовое принуждение – не только единственный возможный сценарий, а при этом оправданный и контролируемый с точки зрения возможных рисков.
Изначально китайские коммунисты делали ставку на некую комбинацию экономической взаимозависимости, информационного и политического влияния, а также попыток дипломатически изолировать Тайвань от остального мира. Логика проста, ведь если мир, и даже часть местных тайваньских элит все больше будут привыкать к мысли, что суверенитет Тайваня – это вопрос, который лучше лишний раз не поднимать публично.
В результате пространство для маневра у каждого последующего демократического правительства на острове будет уменьшаться, что в итоге приведет к присоединению Тайваня к материку даже без силового вмешательства. Именно эту логику издание The Economist описало как кампанию Китая по "перенастройке" международной и внутриполитической среды так, чтобы Тайвань оказывался все более одиноким и уязвимым к шантажу.
Впрочем, параллельно своим "дипломатическим" попыткам присоединить Тайвань – Пекин все активнее инвестирует в подготовку к вероятному силовому сценарию, а именно – в военные возможности, кибератаки и сценарии блокады острова.
Отчеты Пентагона о развитии китайской армии прямо описывают модернизацию НОАК в привязке к будущим задачам вокруг Тайваня – от ударных ракетных и авиационных систем до инструментов, позволяющих перекрывать морские и воздушные маршруты вокруг Тайваня и держать регион под постоянным военным давлением.
В то же время ключевым в этой стратегии является не количество задействованных кораблей или самолетов, а способность Китая перекрыть пути снабжения острова. Речь идет о контроле над воздушными и морскими маршрутами, от которых зависит импорт горючего, продовольствия и военных грузов. Наконец, при таком уровне постоянного давления, Тайвань и его партнеры будут вынуждены реагировать мгновенно, а для союзников существенно повысится сложность и риски при предоставлении любой поддержки острову.
Парад военной техники в Китае / Фото Getty Images
Параллельно с военным давлением Тайвань сталкивается с резким ростом кибератак против государственных структур и критической инфраструктуры, что вписывается в логику системного давления со стороны Китая и некоего тестирования уязвимостей, которые в перспективе подрывали бы стабильность на остове. Фактически же, такой подход позволяет Китаю ослаблять Тайвань даже без открытого применения силы.
В конце концов, сами китайские учения Justice Mission 2025 воспринимаются многими западными аналитиками как репетиция будущих сценариев блокады Тайваня. При этом, это не обязательно является немедленным планом вторжения, а скорее демонстрацией инструмента принуждения, который можно наращивать постепенно. Если же Китай сможет "закрыть" Тайвань без развязывания большой войны, он одновременно тестирует границы американской вовлеченности в тайваньский вопрос и открыто демонстрирует всему региону, что правила здесь диктует тот, у кого больше военной силы и при этом меньше сантиментов относительно международного права.
Артур Харитонов
президент ОО "Либерально-демократическая лига Украины"
Соединенные Штаты также понимают, что имеют время для подготовки. Мы видим, что американская политика становится все более жесткой и прагматичной, независимо от персоналий. В этом смысле Китай вынужден учитывать не только собственную готовность, но и то, насколько выгодным или опасным будет международный контекст в каждый конкретный момент времени.
В такой логике Тайвань становится не только вопросом территории и националистических стремлений китайского руководства, но и определяет будущий статус Китая в мире, где "право сильного" выглядит единственным аргументом в реализации своей политики и влияния в регионе. Ключевым остается вопрос, сможет ли Пекин с помощью такого давления заставить региональных игроков и Соединенные Штаты смириться с новыми правилами в Тайваньском проливе, не спровоцировав при этом масштабную войну с непредсказуемыми последствиями.
Китай рассматривает различные сценарии: является ли вторжение на Тайвань неизбежным и каковы прогнозы аналитиков?
Впрочем, несмотря на резкую эскалацию вокруг Тайваня, ключевые прогнозы аналитиков остаются осторожными в формулировках. Американская разведка и Министерство войны США избегают однозначных утверждений о неизбежности войны, но все четче очерчивают временные рамки, когда риски агрессивных действий со стороны Китая растут. Силовой сценарий при этом становится для Пекина технически возможным и даже политически привлекательным.
В ежегодной оценке угроз разведсообщество США прямо отмечает, что руководство Китая рассматривает Тайвань как ключевой элемент "национального возрождения", а Си Цзиньпин не отказался от применения силы как потенциального инструмента для достижения этой цели. В то же время в документе отдельно подчеркивается, что Пекин не заинтересован в войне, которая могла бы подорвать экономическую стабильность Китая или спровоцировать прямое военное столкновение с Соединенными Штатами.
Чаще всего в подобных аналитических материалах и отчетах фигурирует временной период второй половины 2020-х годов, а особое внимание привлекает 2027 год, который прямо определен как год, когда Китай "сможет напасть и выиграть войну против Тайваня". Именно к этому времени, по оценке Пентагона, Народно-освободительная армия Китая должна завершить ключевые этапы модернизации, которые бы позволили провести успешную операцию против Тайваня – от морской блокады до высокоточных ударов ракетами и противодействия внешнему вмешательству.
Важно заметить, что пока не идет речь об утвержденном плане вторжения, а пока лишь о достижении необходимого уровня готовности китайской армией, который бы позволил подобный план реализовать.
Артур Харитонов
президент ОО "Либерально-демократическая лига Украины"
Не стоит ориентироваться на конкретный год, ведь сценариев развития событий множество. Самым реалистичным выглядит период после выборов на Тайване в 2028 году. Китай уже сейчас активно работает с внутриполитическим полем острова, делая ставку на рост влияния Гоминьдана (прокитайской партии Тайваня). Если победит прокитайский кандидат, Пекин попытается получить контроль без войны – через политический разворот. Если же власть сохранит продемократический лагерь, силовой сценарий снова становится актуальным, а временные рамки могут сместиться до 2029 года, когда в США начнется период политического транзита. Если же и это окно будет потеряно, Китай, вероятно, будет ориентироваться уже на середину 2030-х годов, в частности 2035-й, что укладывается в его логику долгосрочного стратегического планирования.
В то же время учитывая характер последних военных учений вокруг Тайваня, первым шагом может стать не десантирование пихоты непосредственно на остров, а ограниченная или постепенная блокада. Такой сценарий позволяет Китаю повышать давление постепенно, параллельно проверяя реакцию Тайваня, США и их союзников в регионе, и одновременно избегать немедленной большой войны. В западных медиа этот сценарий все чаще описывают как более контролируемый для Китая вариант, чем прямое военное вторжение.
В дополнение, война России против Украины для Пекина, согласно оценкам экспертов, стала сдерживающим фактором и показательным примером того, как быстро силовой сценарий может перерасти в долговременную и экономически изнурительную войну.
Американская разведка прямо указывает, что Пекин внимательно анализирует как военные, так и санкционные последствия подобного конфликта и в частности способность Запада мобилизоваться на поддержку своего союзника и обеспечивать длительное экономическое давление на агрессора.
Владимир Путин и Си Цзиньпин во время личной встречи / Фото Getty Images
Анализ китайцами российского вторжения в Украину позволяет немного остудить горячие головы в Компартии Китая и уменьшает вероятность импульсивных решений против Тайваня, однако все равно не снимает вопрос силового сценария с повестки дня. Зато аналитик Артур Харитонов отмечает, что Китай вряд ли рассматривает российское вторжение в Украину – как провальное.
Артур Харитонов
президент ОО "Либерально-демократическая лига Украины"
С точки зрения Пекина, Россия не проиграла. Она не исчезла, не потеряла государственность и, что важно, сохранила контроль над частью захваченных территорий, по крайней мере на время. Для Китая это уже можно трактовать как результат в пользу союзника. Более того, если смотреть шире, Китай фактически получает саму Россию. Она все глубже втягивается в экономическую, технологическую и политическую зависимость от Пекина, и этот процесс становится почти необратимым. Разорвать Китай и Россию, как иногда предлагают на Западе, в частности Дональд Трамп, уже невозможно.
Пока же риски прямого вторжения Китая на Тайвань в краткосрочной перспективе остаются ограниченными, но они будут расти по мере того, как Китай будет приближаться к пику своей военной готовности, а международная ситуация, в частности заинтересованность США в зарубежных проблемах, – будет оставаться для Вашингтона вопросом второстепенным.
В конце концов, перспектива полномасштабной войны зависит не только от сдерживания со стороны США и союзников, но и от того, насколько успешно Китай способен навязать свою волю Тайваню без перехода границы, после которой ограниченная эскалация выходит из-под контроля и перерастает в открытый конфликт.