Дочь видела отца всего 4 раза: семья нацгвардейца требует честного суда над судьей Тандиром

Дежурившие с 22-летним Вадимом военные утверждают, что судья был за рулем пьян, а в его автомобиле нашли полупустую бутылку виски. Сам Тандыр отрицает эту информацию.

Смотрите также Судью Тандира, насмерть сбившего нацгвардейца в Киеве, отстранили от должности

Вадим был отцом троих детей

Вадим Бондаренко родился в небольшом городе Тальное, что в 140 километрах от Черкасс. В юности играл за районную футбольную команду. В 2020 году женился – ему было 19 лет, невесте Ане – 24. Двух детей девушки от первого брака парень усыновил, а впоследствии у супругов родилась дочь.

Вадим с дочерью Полинкой / Фото "Бабель"

Когда появилась Полина, он не делил, что это моя, а то твои дети, как иногда бывает в семьях. Я его называла дома малыш, а он говорил: "Аня, ты же только не смей на людях так на меня говорить". Разницу в возрасте мы не ощущали– делится воспоминаниями жена нацгвардейца.

До полномасштабного вторжения семья жила в Черкасской области в родном селе Ани – Майданецком. Супруги купили там старенький дом, планировали достроить комнаты, сделать ремонт, но успели немного.

В Национальную гвардию Вадим пошел в декабре 2021, сначала служил в Черкассах, а в сентябре 2022-го его перевели в Киев. К тому времени Аня с детьми и своей мамой уехали в Финляндию.

С Вадимом в последний раз женщина виделась в январе 2023 года. Аня с Полиной приезжали к нему в часть. 17 мая Аня в последний раз говорила с мужем по телефону – он обещал перезвонить через несколько дней. Все, что произошло на блокпосте в ночь ДТП, она знает со слов следователей и старшего брата Вадима Александра.

Судья в ночь ДТП 6 раз нарушил ПДД

По версии ДБР, 25 мая Вадим Бондаренко дежурил на блокпосте на Берестейском проспекте. Перед началом комендантского часа он расставлял на дороге заградительные пластмассовые блоки.

Когда закончил, пошел к другим нацгвардейцам, которые стояли на обочине. В этот момент его сбил заезжавший в город Lexus ES350. За рулем был судья Алексей Тандыр. Это произошло в 23:57 – за три минуты до комендантского часа.

Следствие говорит, что судья нарушил шесть ПДД.

"Один военный побежал к Вадиму и начал искать пульс, другие – побежали к автомобилю судьи. Тандыр вышел и первое, что сказал: "Только бы он был жив". В этот момент кто-то сказал, что у Вадима нет пульса. После этого судья стал клеить дурака – мол, за рулем был не он, а сбежавший водитель. Но все видели, что в машине он был один", – рассказал брат погибшего Александр Бондаренко.

Военные, которые были рядом с Вадимом во время ДТП, также рассказали Александру, что судья ехал быстро, не тормозил и остановился только после того, как сбил Вадима. Произошло это на полосе, перекрытой красно-белыми пластиковыми блоками – она была закрыта для проезда. От судьи, по словам свидетелей, пахло алкоголем, а в салоне авто лежала полупустая бутылка виски.

Оперативно проверить, был ли Тандыр пьян во время ДТП, следователи не смогли. ДБР заявило, что сдавать анализы он отказался – их взяли принудительно только через 18 часов.

Семья требует справедливого суда

Отца Вадима на похороны сына отпустили с позиций в Бахмуте. Жена с дочерью не успели – приехали на следующий день после похорон. Из Финляндии добирались долго – Аня боялась, что двухлетняя Полина плохо перенесет перелет, поэтому от самолетов отказалась.

Женщина говорит, что о том, что папа погиб, знает 8-летняя дочь Мелания. 5-летний Эльдар и 2-летняя Полина ничего не понимают.

"Возможно, будь я на похоронах, было бы легче принять, что Вадима нет. А так приехала на кладбище, ну его фотография, ну цветы, но как поверить, что он там?" – говорит Анна.

Адвокат семьи Бондаренко Денис Шевченко говорит, что Тандыру грозит 10 лет тюрьмы. Пока жалоб на действия следователей у него нет, признаков, что дело пробуют слить, он тоже не видит. По меньшей мере, пол года будет следствие, потом – суд.

Шевченко считает, что адвокаты Тандыра попытаются затянуть следствие, но в любом случае судья пойдет в тюрьму, потому что погиб человек. В то же время, если он убедит суд, что был трезв и авария произошла не по его вине – например, на блокпосте было плохое освещение или ему стало плохо, судья получит от 3 до 8 лет тюрьмы.

"Я хочу прийти в суд и показать ему Полину. Хочу спросить: "За что?" Мой ребенок за два года своей жизни видел своего папу четыре раза. В результате, через его службу. Он даже не будет помнить, как он выглядел", – говорит жена погибшего.

Брат Анны – Евгений – уверен, что через несколько месяцев, когда журналисты перестанут интересоваться делом, судью отпустят под домашний арест, впоследствии дадут небольшой срок и затем освободят досрочно.

Александр Бондаренко отмечает, что это дело не нужно забывать.

"Нам с отцом говорят, что надо самим решать дело. Но самосуда не будет! Мы хотим, чтобы работал закон. Разве это невозможно?", – спрашивает брат погибшего нацгвардейца.