Тарас Тополя откровенно рассказал, почему начал заниматься волонтерством, держит ли дома оружие и что изменилось в украинской армии с начала войны. Об этом и не только – читайте далее.

В предыдущей программе "Гопник" на Донбассе, горячие точки и выживание на войне: интервью с военкором Моторным

О помощи украинским военным

Почему начали заниматься волонтерством?

Там было 5 или 6 волн мобилизации, я уже не помню. И вот с первой волны к нам стали обращаться, потому что военнослужащих не обеспечивали ни средствами защиты, ни медициной. Это и мои родственники, родные братья моей жены, которые так же пошли на передовую. Они были не мобилизованными, а кадровыми военными, и остаются ими сейчас. Начали обращаться к нам с простыми словами: "Вы – люди публичные, пожалуйста, помогите". И мы начали собирать деньги на то, чтобы обеспечивать сначала наших знакомых, друзей и родных средствами защиты. Тем, что банально позволяло выжить.

А потом сарафанное радио разнесло это максимально широко, поэтому мы начали собирать уже для огромного количества военнослужащих и доставлять все это на передовую.


Солист группа "Антитела" является активным волонтером на Донбассе / Фото из фейсбука Тараса Тополи

И да, у меня достаточно много людей, которые мне дают честную и правдивую информацию о положении дел в войске. 90% я не рассказываю с позиции лишь того, что это стратегические вещи. Это безопасность государства, и этого нельзя разглашать. Но, к сожалению, многие из тех вещей и факторов в войске, о которых я знаю, вызывают у меня удивление, печаль.

Поэтому я бы предпочел бы вообще никогда не влезать в эту сферу. Я – артист, хотя у меня была военная кафедра, я окончил университет внутренних дел (Национальная академия внутренних дел – 24 канал). Но я – музыкант, мое место за сценой.

Однако в 2014 году к нам пришла война, и так вынужденно случилось, что я должен научиться классам баллистическим, защите бронежилетов. Я должен был изучить, что такое военная аптечка и как это работает – что такое пневмоторакс, кровоостанавливающий жгут. И много-много вещей, которые до того мне были совершенно не нужны и неинтересны.

Умеете ли вы стрелять и имеете ли личное оружие?

У меня есть наградное оружие – пистолет Форт. Так же есть официальное оружие – карабин. Оно все снаряжено, готово. Да, я стреляю в тире.

Об изменениях в украинской армии и "совке", который остался

Главные изменения в армии за годы войны?

По сравнению с 2014 годом, намного улучшилось обеспечение:

  • формой;
  • средствами защиты;
  • индивидуальными аптечками;
  • оружием.

Это очевидно, потому что огромный военный бюджет из наших с вами налогов. Есть контроль волонтерский над деятельностью полковников, генералов, начальников – тех, кто ответственен за это обеспечение. И это общественное давление так же работает и дает определенные результаты. Есть и определенная совесть и понимание военнослужащих, что если сейчас не обеспечить солдат на передке необходимыми средствами, то мы потеряем государство. Это все привело к улучшению.

Читайте также Все начинается с любви: актер и военный Линартович сказал, как воспитать защитника Украины

Когда из армии исчезнет "совок"?

Я думаю, большая проблема в том, что стандарты НАТО, к которым мы идем, это стандарты "на бумаге".

Де-факто, у нас остается "совок" и показуха. И это все огромная проблема. У нас приходит начальник на должность и строит сетку взаимозависимых и подконтрольных людей. И пытается с помощью этого удержать свою вертикаль власти.

Поэтому все начинается с кадров. И сотрудничество с нашими партнерами в направлении стандартов НАТО должно быть не только декларативным, но и предметным. Этой предметности я, к сожалению, наблюдаю мало. Мне кажется, пока не придет новое поколение управленцев в войско, те люди, которые получили крещение боем, которые понимают, что самое важное – то выполнение боевых задач, а не показуха и бумажная и формальная возня, тогда мы будем буксовать.

Мы, к сожалению, это делаем даже несмотря на определенные улучшения. Которые, скорее всего, есть из-за давления общественности и наших партнеров, а не из-за внутреннего желания меняться.

Как относитесь к женщине в армии?

Очень позитивно. Я вообще считаю, что позицию командующего медицинских сил, которая сейчас вакантна, должна занять женщина. Я даже примерно знаю прекрасную кандидатуру на эту позицию. Женщина, которая:

  • имеет оперативно-тактический и оперативно-стратегический уровень образования;
  • владеет 3 языками,
  • понимает в логистике.

Почему нет? Я за то, чтобы женщины занимали руководящие должности в Вооруженных силах.

Ваше мнение относительно режима прекращения огня.

Мне это напоминает такой клинч на ринге. Когда ты понимаешь, что команды и достаточных сил для полноценной атаки у тебя нет, но и упасть ты не имеешь права. И ты входишь в клинч.

Что такое клинч?


Техника удержания оппонента в спортивных единоборствах. Клинч – это прием, во время которого спортсмен плотно прижимается к сопернику и охватывает его руками.

Вот это такая определенная пауза, которая должна служить для наращивания сил, усиления боеспособности армии, наращивания экономического потенциала, перевооружения. Вот это прекращение огня – это есть зло. Но это меньшее зло, чем открытая война, на которой можно смело дорисовывать нули к потерям. Поэтому я не могу сказать, что отношусь положительно к прекращению огня.


Интервью с Тарасом Тополей / Скриншот с видео

Как гражданин, я хочу, чтобы был отдан приказ и быстрым образом освобождены оккупированные территории от российских наемников и их прокси. Конечно, я хочу этого. Но с другой стороны, я понимаю – насколько это реально? Пожалуй, пока нет. Хотя я знаю, что на это есть политическая воля. Мы противостоим крупнейшей военной машине на континенте. Это фактор, который нельзя не учитывать. Также мы должны понимать, что политическое давление – санкции Европы, Америки – ослабляют нашего врага.

О том, как выиграть войну на Донбассе

Как выиграть войну на Донбассе?

Я не уверен, что мы можем выиграть эту войну только военным образом. Это возможно лишь комплексно:

  • на информационном фронте;
  • в полях;
  • на экономическом фронте.

Мне кажется, самым важным является воспитание и образование. Тактически вряд ли мы сможем достичь каких-то результатов на близких горизонтах. Но стратегически нам нужно воспитывать новое поколение, прошивать им мозги по-другому немножко.

Потому что эта война стала возможной и состоялась лишь потому, что определенному поколению людей неправильно мозги прошили.

Если мы даже физически отожмем назад свои территории, а на них будут оставаться люди, которые ментально и информационно находятся в другой парадигме, это обреченная история. Мы снова потеряем эти территории вместе с людьми. А самое важное – это люди, не территории. С этим надо работать.

Как вести информационную войну?

Видимо, должен быть вещатель мировой. Англоязычный информационный канал, который бы рассказывал миру официальную позицию Украины. Такого вещателя я пока не вижу. Если, например, у них (России – 24 канал) Есть Russia Today и еще ряд каналов, которые через спутник рассказывают позицию России, то когда-то такой канал был у нас. Нам нужно также работать с детьми и подростками. Весь ютуб – русскоязычный, блогеры все ориентируются на Россию и оттуда же приходят новые информационные волны.

Обратите внимание Она происходит в сознании, – Павлов сказал, как победить в войне с Россией

Нам нужно на государственном уровне влить миллиард гривен в украинских ютуб-блогеров. У нас нет образовательного украинского контента. Попробуй найти что-то научное на украинском языке, какое-то нормальное объяснение физических явлений для детей. Это очень проблематично. Есть каналы, но они уже для старших. Мы позарез нуждаемся в детском развлекательном, образовательном контенте. К счастью, есть Украинский культурный фонд, который немного подпитывает все это. Но этого мало. Плюс кибербезопасность – к сожалению, это вообще наше слабое место.

Почему перестали писать песни на русском?

С какого-то момента – принципиально. До 2014 года у нас очень хорошо развивалась российская история – мы выступали и в России, и в Санкт-Петербурге, были в чартах российских радиостанций. В топе "Чартовой Дюжины" на "Наше Радио". В 2014 году нас даже пригласили на фестиваль "Нашествие" в России. Но началась война, россияне аннексировали Крым. И все, мы закрыли для себя эту историю. У нас есть 3 песни, официально написанные на русском языке. Может, их можно было написать и больше. Мне не проблема писать по-русски, но я не понимаю, для чего. Мы наоборот должны усиливать украинское информационное пространство. И это наша миссия уже давно.

О возвращении Крыма и будущем украинско-российских отношений

Крым вернется в Украину?

Я убежден, что вернуть Крым в украинскую юрисдикцию, и в целом этот вопрос может рассматриваться только в контексте крымскотатарской территориальной автономии. Как мы увидели уже в течение этих лет, крымские татары – наши союзники в освободительной борьбе. Союзники против российской имперской политики. К сожалению, так случилось, что за 20 лет независимости, их вопросу не отдавалось должного внимания. И мы теперь получили то, что получили. Тотальная российская пропаганда сделала свое дело. Милитаризация полуострова дала тот результат, который мы имеем.

Какими видите отношения Украины и России?

Мне кажется, в ближайшие десятки лет у нас будет постоянное напряжение, если не открытая война. Открытую войну никто не отменял, она висит над нами. Просто мы можем закрывать на это глаза, а можем и нет. Нужно понимать, что Россия обладает огромным потенциалом, у нее наибольшее количество бронированных единиц на континенте. Россия всегда готовилась к континентальной войне, и у нее все на это настроено. Поэтому наши отношения в ближайшее время будут драматичны и напряжены. Никакого прощения, никакого забвения.