Украина активно работает над разработкой и модернизацией собственного оружия, чтобы быть менее зависимой от поставок и разрешений партнеров. Одной из таких разработок является ракета "Фламинго", которая недавно атаковала один из крупнейших арсеналов России. Ракета "Фламинго" была разработана в достаточно короткий срок. В нее заложили интересные решения, но это не все – ее еще доработают.

Авиаэксперт Анатолий Храпчинский в интервью 24 Каналу подчеркнул, что впоследствии эту ракету будут бояться не только наши враги, но и партнеры. Больше о новейших разработках оружия и на каком этапе изготовление украинской баллистики – читайте далее в материале.

Кстати Достали там, где россияне не ждали: как ВСУ ударили по топовому складу Путина

Статья одного французского издания, которое написало, что Украина, вероятно, сформировала отдельную эскадрилью F-16, в которую вошли ветераны из США и Нидерландов, стала очень обсуждаемой. Позже представитель Воздушных сил ВСУ пошутил, что, возможно, там действительно есть какая-то "секретная миссия", в которой участвует сам Том Круз. И что это, вероятнее всего, российский вброс. Как вы думаете, почему такая статья появилась?

Попытки обесценить наших пилотов – это первое, на что нацелена такая статья. Вернемся к тому, что за последнее время наши пилоты ярко показывают свои способности по перехвату воздушных целей. Это существенно мешает нашему врагу совершенствовать свои массированные обстрелы.

Вспомним последний массированный обстрел. Все средства воздушного нападения в виде крылатых ракет были перехвачены. Вспомним, что за последнее время возобновились удары гиперзвуковыми ракетами по нашим аэродромам. То есть, по тем местам дислокации, где могут быть F-16, Mirage и все остальные наши средства защиты воздушного пространства. Мы говорим о воздушной составляющей противовоздушной обороны.

Россиянам сложно объяснить, что украинцы могут "навалять" россиянам. Им легче поверить, что это могут быть американцы, НАТО, британцы, нидерландцы, но не украинцы. Именно поэтому, по моему мнению, сделали такой вброс через французское средство массовой информации, который очень часто был замешан во вбросе российских нарративов.

Правда, действительно хотелось бы увидеть иностранных военных на нашей стороне.

Мы на самом деле погибаем за свободу всей Европы, не только за свою. Но, безусловно, надо заметить, что у нас есть прямая возможность общаться. Мы общаемся. Пилоты общаются с инструкторами, которые их учили, например, в Европе на F-16. Но опыт, полученный украинскими пилотами, иногда уже намного круче, чем опыт инструкторов, которые обучают наших летчиков сейчас.

Были случаи, когда, максимально рискуя, осуществлялся перехват и крылатых ракет, и различных дронов. Все это делалось в максимально критической ситуации, когда секундная ошибка может привести к плохим последствиям, но наши пилоты, нарушая законы аэродинамики, делали это.

Полное интервью Анатолия Храпчинского: смотрите видео

В феврале 2022 года мы просили закрыть воздушное пространство над Украиной. В феврале 2026 года Европа просит получить опыт Украины, как закрывать воздушное пространство, потому что на самом деле западные средства противовоздушной обороны, средства защиты или войны – выигрывают технологически, а математически – проигрывают, если посмотреть, сколько средств воздушного напора использует враг за ночь.

Дополнительные средства поражения под крылом F-16, позволяющие нести одновременно до 46 малых ракет на одном самолете, которые подсвечиваются с помощью определенных контейнеров и лазерного наведения на "Шахед" или на ракету, появились из-за того, что появилась угроза. Мы начали искать решение вместе с американцами, нашли именно такое противодействие.

Поэтому здесь я в очередной раз буду говорить о том, что на этой войне мы получаем колоссальный опыт. Лучшей и наиболее подготовленной армией будет украинская. Есть еще российская армия. Но желательно, чтобы война закончилась и чтобы в России не осталось тех солдат, которые имеют такой опыт.

Об эффективности наших ракет "Фламинго". За последние недели было несколько таких ударов. Один из них – по вражеской стратегической базе арсенала ГРАУ в Волгоградской области. Тогда горели тысячи снарядов. О каких последствиях можем уже говорить именно от этой атаки?

Использовался не только FP-5 (ракета "Фламинго", – 24 Канал), но и другие ударные беспилотники этой компании. Дополнительно надо говорить о том, что такие массированные обстрелы происходят с дополнительным привлечением еще отдельных средств. Мы говорим не только о "Нептунах". Вспомним другие крылатые ракеты, которые выпускаются в Украине, как их еще называют – дроноракеты.

Но если мы говорим о "Фламинго", там технологически заложено интересное решение. Также – появление некоторых решений, которые позволяют использовать сверхмалые высоты. Попытка максимально удешевить средство поражения для того, чтобы обеспечить максимальную эффективность в пределах той цены, которая заложена в этот продукт.

Вспомним, что Великобритания сейчас поставила задачу своим компаниям разработать баллистическую ракету, стоимость которой будет составлять не более миллиона долларов. То есть мы понимаем, что продолжается эта математика, которая требует существенно удешевлять стоимость средств воздушного нападения и защиты.

Здесь я бы сказал о том, что рано сейчас говорить о каких-то конкретных применениях этой ракеты и увидеть какой-то результат. Надо понять, что геометрически меняется и улучшается результат с каждым применением этой ракеты. Но требует доработки. Это нормально, потому что мы в короткий срок сделали средство, которое может нести тонну полезной нагрузки.

Справка. Украинская ракета "Фламинго" имеет дальность полета до 3 тысяч километров и боевую часть более тысячи килограммов. Это ставит ее на один уровень с российскими "Калибрами" и даже – американскими Tomahawk. Больше о том, на что способна эта ракета – читайте в материале 24 Канала.

У нас, по крайней мере у тех людей, которые работают в оборонке, есть возможность получить определенные спутниковые снимки с определенных территорий. Мы можем реально оценить последствия ударов. Поэтому это неплохое начало. Думаю, оно будет доведено до того, что на самом деле эту ракету будут бояться не только наши враги, но и наши прямые партнеры.

Относительно удара по Капустиному Яру. Тогда Fire Point публиковал видео о том, как запускали туда ракеты, но пока никакой информации с обеих сторон не было. Были ли прилеты, поражения по Капустиному Яру?

Здесь важно – был ли это прилет, или это было поражение? Потому что, условно говоря, можно долететь и быть перехваченным на подлете или прилететь и не поразить объект на земле. Поэтому давайте дождемся максимальной доработки средства для того, чтобы оно выдавало те характеристики, которые нам нужны. Безусловно, надо говорить, что это козырь в руке, который поможет нам в дальнейшем существенно повлиять на результаты ударов по вражеской территории.

Наши западные партнеры не передавали нам никаких средств нападения, которые работали бы на расстоянии более 600 километров, поэтому мы вынуждены искать свои решения. Надо благодарить, что появляются такие компании, которые создают такие продукты, рискуя личным составом, инженерами.

Потому что уже есть факты, когда на украинских оружейников осуществлялись нападения, информационные атаки со стороны журналистов. Хотя это какие-то союзы, которые не имеют никакого отношения к журналистике, но выдают себя за журналистов. Поэтому на самом деле есть активная работа в информационном поле со стороны российской пропаганды, некоторых связанных с российскими изданиями лиц, выдающих себя условно за борцов с коррупцией.

Когда может появиться украинская баллистика? Может ли это произойти в этом году? Сколько может стоить одна такая ракета?

Если мы говорим о британцах, которые заложили, условно, стоимость баллистической ракеты – миллион, дали год на разработку такой ракеты, то это может соответствовать технологическому решению.

Заметим, что ракеты для систем противовоздушной обороны должны стоить от 25 до 50 тысяч долларов. Это, соответственно, и сохранение технических характеристик и возможностей. Поэтому стоимость продукта существенно может отличаться.

Мы колоссально изменили подход к стоимости вооруженных продуктов, потому что Украина инвестирует очень много собственных возможностей и знаний исключительно в желание победить. Большинство решений, которые придумывали наши инженеры, были полностью неоценимы в финансовом капитале и разрабатывались как продукты, которые помогут нашим военным.

Например, если брать американские или европейские компании – они просчитали почасовую оплату каждого инженера в соответствии с его статусом и состоятельностью. Оценка почасовой платы была бы колоссальной. Эти продукты стали бы намного дороже. Мы сломали это восприятие – начали использовать доступные элементы. Поэтому о стоимости рано говорить.

Также рано говорить что-то о серийном производстве. Надо понять, что динамичная война предполагает постоянные изменения и больше средств вооружения. Даже во время Второй мировой войны их дорабатывали в процессе эксплуатации. Поэтому говорить о запуске серийного производства – это немного неправильно.

Мы говорим о масштабировании этого вида вооружения и затем доработки определенных его характеристик для того, чтобы существенно улучшить способности продукта. Поэтому говорить о каких-то конкретных цифрах нет смысла, а называть приблизительные цифры – это тоже неправильно, на мой взгляд. Главное, чтобы это оружие работало и наносило существенные поражения врагу.

А оно уже работает? То есть хочется понимать, есть ли у нас уже украинская баллистика?

У нас есть наработки, но ее (украинскую баллистику, – 24 Канал) еще не испытывали в боевых условиях. Однако надо заметить, что условно уже спроектировано и начинаются внутренние испытания.

Эта война на самом деле вернула нас к трезвому взгляду. Ведь зная некоторые технические характеристики средств радиолокации, когда мы уверены, что это средство будет работать так как нам нужно во время испытаний, боевых или полевых, мы находим жесткие ошибки в расчетах. Говорится о том, что нам обещали, когда создавали такую систему.

Мы сталкиваемся со многими вызовами. Заявление об успешном испытании средства уничтожения лазерного оружия не означает, что он будет работать каждый раз так же эффективно. Есть много факторов, которые влияют на способность повторить такое средство.

Советник министра обороны заявил, что россияне начали переносить FPV-дроны на "Шахедах". Означает ли это, что нам могут выключать связь во время атак "Шахедами"? Какими в целом будут последствия?

После лишения России возможности использовать Starlink враг вернулся к работе с Mesh-связью. Недавние воздушные атаки, которые распространились именно на северных границах Украины, указывают на то, что враг возвращается к попытке использовать базовую станцию на территории Беларуси.

Это о том, что недавно заявил президент Украины, и о том, что на территории Беларуси построено сети связи, которые помогают держать связь первой линии "Шахедов" и в будущем использовать первую линию как ретранслятор для построения условной паутины в воздушном пространстве благодаря Mesh-связи.

Здесь говорится не об отключении мобильной связи. Надо искать решения, которые бы помогли комплексно противодействовать таким возможностям врага использовать, например, средство поражения в виде FPV-дрона на беспилотниках типа "Шахед" или "Гербера".

Надо говорить о широкой системе средств радиоэлектронной борьбы, которая существенно улучшает противодействие благодаря уменьшению или возможности использования определенных каналов связи, или возможности использования спутниковой навигации. Это повлияет на средства, которые может использовать враг для атаки.

Надо возвращаться к построению системы РЭБ "Покрова", которую начинали делать в начале полномасштабной войны, и широко использовать каналы связи, делать их широкодиапазонными для того, чтобы можно было противодействовать любой угрозе в диапазоне, который может использовать враг.

Вы имеете ввиду, что нужно строить антидронный купол, о котором сказал Михаил Федоров? То есть иметь сплошное радиолокационное поле, в частности на границах Украины?

Сплошное радиолокационное поле, сплошное поле радиоэлектронной борьбы, большое количество разнообразных сенсоров, звуковых и визуальных детекторов. Надо выстраивать определенные эшелоны вдоль границ, вдоль линии обороны, делать определенные сектора на подлетах к стратегически важным объектам, в частности энергетических, чтобы противодействовать российской угрозе.

Над этим уже работают?

Сейчас мы, производители, активно работаем над созданием средств, которые бы противодействовали Mesh-связи. Мы готовы предложить такие решения для наших военных. Однако вопрос в том, что большинство таких решений создают отдельную экосистему. Нам надо объединить усилия, разработать единую стратегию развития ОПК, которая будет давать четкие технические задания нашим производителям.

Основная проблема в течение почти 4 лет полномасштабной войны – это отсутствие четкого технического задания. Например, Британия сказала, что ей нужны баллистические ракеты, стоимостью до миллиона долларов, с радиусом действия 600 километров и с определенной полезной нагрузкой. Им дали деньги, чтобы разработать нам такие ракеты.

А как это работает у нас? Мы сами увидели угрозу, сами предложили решение, передали их военным, они прошли испытания. Если все хорошо – мы кодифицируем и поставляем это Вооруженным Силам. Большинство компаний работают несинхронно в вопросе, например, взаимодействия по модулям питания, антенн и так далее. А это надо подтягивать под единую стратегию.

Такую задачу уже дали Павлу Елизарову, который стал заместителем командующего Воздушных Сил, да?

Дали задание по созданию защиты воздушного пространства. Павел Елизаров отвечает за малую ПВО. Это противодействие "Шахедам" и разведывательным дронам, которые враг активно использует в прифронтовой зоне. А здесь говорится о единой стратегии развития ОПК относительно дальнейших вопросов "зеленого коридора" с ЕС для наших оборонных предприятий, который надо подогнать под законодательные нормы, чтобы наши производители были защищены в интеллектуальном праве.

Именно Минобороны и другие министерства должны разработать и сделать уже наконец качественные и прозрачные условия для того, чтобы мы могли масштабироваться, а не быть в управляемом подконтрольном экспорте и действовать только так, как говорит государство.

На "Рамштайне" приняли новый пакет помощи для Украины на 38 миллиардов долларов. 2 миллиарда пойдут на ПВО. Также известно, что якобы удалось договориться о срочной передаче Patriot. Достаточно ли этих денег для защиты неба и насколько времени их хватит?

Отдельные системы радиолокации Ground Master 200 или, например, Giraffe могут стоить от 1 до 5 миллионов евро. Это только система радиолокации, которая может видеть в радиусе 150 километров, если мы говорим о "Шахедах". Многое зависит от высоты, радиогоризонта, от того, где стоит средство радиолокации, под каким углом облучает воздушную цель, потому что есть эффективная площадь рассеивания.

В общем, есть много факторов, которые указывают на то, на каком расстоянии мы увидим "Шахед". Поэтому мы понимаем, что должна быть 20-километровая зона, закрытая средством радиолокации для того, чтобы обнаруживать любой воздушный объект. Поделите зону линии боевого соприкосновения по 20 километров, и вы поймете, сколько средств радиолокации и средств противодействия нам нужно.

Обратите внимание! Главнокомандующий ВСУ Александр Сырский сообщил, что активная линия фронта по состоянию на начало февраля 2026 года составляет 1200 километров. Соответственно, если разделить ее на зоны по 20 километров, нужно не менее 60 средств радиолокации и средств противодействия. Впрочем, фактическая потребность может быть значительно больше.

Мы можем это сделать собственными средствами или нам нужна иностранная помощь?

Мы должны развивать свои возможности, чтобы существенно масштабировать собственные возможности. Нам нужно большое количество средств радиолокации, средств противодействия, дешевые ракеты-интерцепторы (ракеты-перехватчики, – 24 Канал).

Почему я постоянно подчеркиваю взаимодействие с Европой? Потому что мы можем предоставить четкое понимание, как найти тот тип ПВО, который будет эффективным. Есть задачи, которые надо делать благодаря использованию совсем другого подхода к противодействию. Некоторые системы ПВО западного образца выигрывают технологически, но проигрывают математически.

Сколько нам нужно ракет к Patriot и имеют ли партнеры необходимое количество? Потому что, например, в Германии заявили, что отдали уже все, что имели.

Партнерам, которые рассказывают о том, что они отдали нам все, что у них есть, надо напомнить, что система противовоздушной обороны – это не только перехват воздушной цели. Это и удары по территории врага, где производят ракеты, которые летят на нас. Проблему решает именно математика.

Например, если мы полностью уничтожим тактическое ракетное вооружение врага на территории Королево под Москвой, это приведет к потере возможности изготавливать крылатые ракеты класса Х-101, Х-69, Х-32, Х-555. В общем есть большой перечень различных ракет, которые изготавливают на этом предприятии. Поэтому здесь надо говорить о том, что на самом деле это не только о защите воздушного пространства, но и о симметричных действиях на территории врага.

Кроме того, сейчас Европа на самом деле развивает некоторые возможности. В Германии начали производить ракеты GEM-T – это ракеты к системам Patriot для перехвата крылатых ракет. То есть Европа сейчас начинает масштабирование производства некоторых средств, которые могут усилить противовоздушную оборону.

Однако в любом случае надо говорить об увеличении объема производства. Ведь, например, ракеты Aster 30 Block 1 для перехвата баллистики к системам SAMP/T изготавливаются только в количестве 300 единиц в год. Это мало, чтобы даже только отражать воздушные атаки. Из обнародованной информации известно, что за месяц враг выпускает 100 баллистических ракет.

Здесь даже речь не идет о тех баллистических ракетах, которые использует враг на фронтовой приграничной зоне. Это и С-300, и С-400, и другие средства воздушного нападения, которые используются как баллистическая угроза.