Наше будущее было определено давно

Тогда, в середине января, уже практически все было понятно: что протесты не разойдутся сами собой, что Янукович в конце концов испугается и убежит, что будет жесткое противостояние с Россией, что начнется новая эпоха. Об этом пишет Валерий Пекар, информирует 24 Канал.

Читайте также Россияне активно готовятся к штурму еще одного города: что сейчас происходит на фронте

Мы не предусмотрели вторжение и аннексию – в нашем тогдашнем представлении это было бы уже слишком, а максимальным уровнем противостояния мы считали сочетание террористических актов и массовых убийств (что и произошло в 2014-м) и экономической и энергетической блокады (что по последствиям похоже на нынешние времена).

Чтобы сделать хоть что-то и предотвратить этот практически неотвратимый сценарий, мы послали всеми доступными каналами (через знакомых знакомых, ведь Киев – большое село) на Банковую сообщение, что сценарное пространство вот такое, и из-за их упрямства все плохо закончится. Ответ не заставил себя ждать: "Батя сильный как никогда и держит все под контролем".

Я пишу это не ради флешбека, а ради того, чтобы лишний раз подчеркнуть: все, происходящее, не является чьей-то ошибкой. Это не боковая ветвь сценарного пространства, это основной ствол.

В 1991 империя отпустила нас, но осталась достаточно сильной, чтобы в конце попытаться вернуть. Это определило наше будущее.

Расклад карт стал понятным тогда, когда Москва прикрутила парад суверенитетов национальных республик, и фаза распада перешла в фазу собирания земель. Мы были слишком большими для посягательств России образца 1990-х, но Россия образца 2010-х уже напилась нефти.

В самом начале декабря 2013 года в первом отчете нашего тогдашнего аналитического центра мы написали: "Среди десятков внутренних и внешних игроков только один является активным – Россия. Остальные пассивны и способны лишь реагировать". В тот момент расклад карт был зафиксирован.

Мы не властны над теми картами, которые нам сдали. Но от нас зависит, как мы сыграем теми картами, которые получили.

"Хотелось бы, чтобы этого не случилось в мое время, – сказал Фродо. – Я тоже, – сказал Гэндальф, – и все, кто живет в такое время. Но это не им решать. Мы можем лишь решать, что делать с данным нам временем".