Украинские удары по логистике и военным объектам в Крыму постепенно превращают один из главных плацдармов России во всё более серьёзную проблему для оккупантов. Ограниченное количество маршрутов снабжения делает полуостров уязвимым для атак дронов, а перебои с топливом и снабжением уже сказываются не только на армии, но и на гражданском населении. В то же время удары с большого расстояния по территории России вынуждают Кремль распылять силы ПВО и всё более остро демонстрируют последствия войны для российского общества.

Российская пропаганда уже начинает готовить население к возможности поражения, тогда как Украина способна еще больше укрепить свои позиции благодаря развитию беспилотников, дальнобойных средств поражения и собственной системы противовоздушной обороны. Ветеран армии США Пол Левандовски в интервью 24 Каналу предположил, что успешное перерезание логистики может заставить российские войска покидать позиции даже без масштабных наземных операций.

Смотрите также Россия сталкивается с серьезными логистическими проблемами из-за ударов Украины по югу страны, – ISW

Украина наносит удары по российской противовоздушной обороне, запасам топлива, военным целям, и это происходит на постоянной основе. Похоже, эта стратегия работает и уже почти отрезала Крым как российскую военную базу. Как Украина может использовать это преимущество сейчас, особенно на уровне логистики?

WhatsApp Если Telegram заблокируют Не теряйте 24 Канал – подписывайтесь на нас в WhatsApp Добавить

Одна из причин, по которой Россия так сильно стремилась контролировать Крым, заключается в том, что он имеет уникальное расположение как логистический узел. Там есть широкий выход к морю, а также Крым обеспечивает российской армии сухопутный доступ для оккупации Украины, в частности Запорожской и Херсонской областей.

Поэтому в течение долгого времени Россия размещала в Крыму значительную часть своей логистики и вспомогательных мощностей вне зоны досягаемости украинских дронов.

Украинская стратегия, так называемая стратегия ударов на среднюю дистанцию, сосредоточена на использовании дронов большей дальности, которые могут действовать на расстоянии от 30 до 300 километров. Именно это позволило Украине наносить удары не только по логистическим объектам, но и по самим маршрутам, ведущим в Крым и из Крыма в другие оккупированные регионы Украины.

Поэтому стратегическое значение Крыма как полуострова посреди моря для России превратилось из преимущества в проблему, поскольку существует лишь несколько узких путей, по которым можно что-либо перевозить.

Ветеран армии США о проблемах России из-за войны в Украине: видео

Предположим, что вы российский командир и должны обеспечить свои подразделения водой, ведь каждому солдату на передовой, по оценкам военных планировщиков, требуется примерно галлон воды в сутки. Это тонны воды. И такие же подсчёты можно провести для топлива, боеприпасов и продуктов питания.

Для доставки еды, воды, топлива и снабжения военнослужащих грузы должны пройти фактически по одной из трех трасс, ведущих из Крыма. Если вы украинское подразделение дронов, то поддерживать почти постоянный контроль над этими тремя трассами на самом деле не так уж и сложно.

А когда вы видите бензовозы или логистические грузовики, проходящие через один из этих трех участков, можно отправить дроны средней дальности и нанести по ним удар.

Обратите внимание! Украинские силы нанесли удар по мосту через Северо-Крымский канал на временно оккупированной территории Крыма, что привело к повреждению важной инфраструктуры, используемой для логистики российских войск. По данным источников, этот объект имеет важное значение для обеспечения передвижения техники и снабжения на полуостров.

Каждый раз, когда уничтожается целый бензовоз или целая автоцистерна с водой, это означает, что потенциально сотни или даже тысячи российских солдат на передовой не получат галлон воды, который им нужен ежедневно. Каждый человек знает, что без воды можно продержаться примерно 72 часа. Последствия будут ощущаться на передовой, и мы уже начинаем это видеть в целом среди солдат.

Поступали сообщения, что на Кинбурнской косе, своеобразном полуострове возле Херсона, российские войска просто не могут получить доступ к логистике. Российское командование фактически вывело войска из этой локации.

Это очень необычно, потому что российские войска отступили не после украинского пехотного штурма, а просто потому, что эти подразделения было невозможно снабжать.

То есть в какой-то момент это будет всё сильнее сказываться на российской армии. Но как вы считаете, понадобится ли Украине когда-нибудь наземная или десантная операция для освобождения Крыма? Или Крым может стать для России территорией, которую будет невозможно удержать из-за ударов по мостам, запасам топлива, ПВО и Черноморскому флоту?

На мой взгляд, второй сценарий выглядит более реалистичным. Наземная операция в Крыму создала бы для Украины ту же проблему, только в обратном направлении. У украинских сил было бы всего три потенциальных сухопутных маршрута для входа в Крым. Россиянам было бы очень легко применить фактически ту же стратегию, но в обратную сторону.

Но в этом может и не возникнуть необходимости, ведь, как мы уже говорили, у Крыма очень ограниченное количество путей, по которым его можно снабжать. Это море, Керченский мост или три маршрута через оккупированную часть Украины. Если Украина сможет постоянно контролировать эти участки с помощью дронов, то всё это довольно легко перекрыть.

Мы уже видим одну важную вещь: российской противовоздушной обороны, похоже, вообще не существует. Конечно, она где-то есть, но, похоже, её развертывают либо для защиты Путина, либо для защиты отдельных избранных военных объектов. Но она не защищает Крым или ключевые логистические маршруты.

Поэтому, если можно заставить россиян покинуть позиции просто путем перерезания логистики, тогда вам на самом деле не нужно проводить крупные масштабные наземные операции.

Может ли это заставить российских военных отступить или снизить свою активность или присутствие на полуострове?

Думаю, несомненно. Российское командование сейчас пересматривает, что именно оно контролирует на этом полуострове, и задается вопросом: можем ли мы действительно снабжать эти крупные военно-морские базы, логистические узлы.

Ведь теперь всё это нужно защищать системами противовоздушной обороны. Эти системы тоже нужно доставлять туда по тем же уязвимым маршрутам.

Мы уже видим огромные очереди за топливом среди гражданских жителей оккупированного Крыма. Это происходит потому, что то небольшое количество топлива, которое всё же попадает на полуостров, перенаправляют на военные нужды.

Трудности, с которыми сталкиваются мирные жители, – это долгосрочная проблема для Владимира Путина, ведь он уже более 10 лет настаивает на том, что Крым якобы является частью России.

Важно! В России обостряется дефицит бензина, из-за чего на автозаправочных станциях в ряде регионов начали вводить ограничения на продажу топлива. Водителям устанавливают лимиты на заправку, а на АЗС наблюдаются очереди и перебои с поставками. Причиной называют проблемы с логистикой и последствия ударов по нефтеперерабатывающей инфраструктуре, что усугубляет топливный кризис внутри страны.

Он фактически поощрял многих российских граждан переехать на полуостров. То, что жизнь там становится невыносимой для россиян, на мой взгляд, является даже более серьезной проблемой для Путина, чем военные вопросы, ведь военные могут найти альтернативные логистические пути.

Очевидно, что Украина тогда будет наносить удары и по этим маршрутам. Но военных гораздо легче перемещать и в целом контролировать, чем гражданское население.

Украина наносит удары по целям глубоко на территории России, иногда почти в двух тысячах километров от украинской границы. Как военный, как вы оцениваете эти удары? Влияют ли они на возможности России вести эту войну?

Кампания дальних ударов интересна по нескольким причинам. С чисто военной точки зрения она превращает самое большое историческое преимущество России – её огромную территорию – в проблему.

Россия занимает одну пятую суши земного шара. От Наполеона до Гитлера каждый раз, когда кто-то пытался вторгнуться в Россию по суше, эта огромная территория работала в пользу России.

Сейчас это пространство стало для России уязвимостью, поскольку она вынуждена защищать одну пятую мировой суши ограниченными средствами противовоздушной обороны, а местами и вовсе мизерными силами.

Отчасти из-за собственного нарциссизма Путин развертывает непропорционально много систем противовоздушной обороны для личной защиты. Его дворец на Валдае, как известно, прикрывают примерно шесть российских систем "Панцирь".

Украина смогла превратить эту огромную территорию в проблему, потому что где бы Россия ни решила разместить свою противовоздушную оборону, какое-то другое место становится уязвимым. И даже там, где Россия может разместить ПВО, этих средств часто недостаточно, чтобы остановить украинские удары.

Поэтому с военной точки зрения это очень интересно. Но в более широком контексте, я думаю, российское общество всё больше устаёт от того, в каком направлении движется война.

Важно! После масштабной атаки дронов на Москву российские власти усилили меры противовоздушной обороны, в частности начали размещать дополнительные комплексы "Панцирь" в различных районах города. Это происходит на фоне попыток устранить пробелы в защите столицы, которые проявились во время удара 18 июня.

В некоторых случаях, когда страны подвергаются таким дальним бомбардировкам, общество всё же сплочается вокруг своего государства. Россияне могли бы поступить так же, даже несмотря на ограничения в интернете, ограничения на пользование мобильными телефонами и ослабленную экономику.

Но россияне переживают это уже четыре года и, думаю, наконец-то начинают осознавать, что никакой сокрушительной победы в Украине не будет. Российское правительство убило ошеломляющее количество людей. Среднестатистический россиянин сейчас просто не может это отрицать.

Россия понесла более миллиона потерь. Это один из девяноста россиян. То есть примерно каждый сорок пятый мужчина был убит или ранен в этой войне. Никакая российская цензура, никакой контроль над СМИ не смогут скрыть это от россиян.

Я думаю, они смотрят на всё это и говорят себе: Россия не достигла ничего из того, что обещал Владимир Путин, а сам Путин, позиционирующий себя как сильный лидер, оказался неспособным остановить украинские удары дронами.

Я думаю, это действительно начинает подталкивать определенные слои российского общества к тому, чтобы гораздо громче заявлять о недоверии к Владимиру Путину и о настоящем отвращении к этой войне.

На экономическом форуме в Санкт-Петербурге бывший российский разведчик Андрей Безруков заявил, что Россия должна готовиться укрывать критически важную инфраструктуру под землей и даже, если потребуется, заставлять людей жить под землей ради продолжения войны. Он также заявил, что Россия якобы готова воевать десятилетиями, как минимум два десятилетия, целыми поколениями. К чему такое мышление может привести Россию?

На мой взгляд, слова кремлевских инсайдеров вряд ли отражают реальную готовность или возможности России. Не забывайте, что это страна, которая избегала проведения какой-либо реальной мобилизации. Они полагаются на контрактников, фактически на армию алкоголиков и заключённых, а также на отчаявшихся студентов, которых отчисляют из университетов. Российская система даже не была готова провести нормальный призыв.

Поэтому, когда кто-то выходит и говорит: "Мы будем жить под землей, мы будем воевать десятилетиями", – это просто не соответствует поведению России в этой войне и тому, к чему она была готова.

Думаю, истинный смысл здесь – это степень самообмана. В интернет-сленге это называют "копиумом", когда человек лжет самому себе, чтобы убедить себя в том, что ложь – это правда.

Тот факт, что пропагандистам, чтобы продемонстрировать силу, приходится прибегать к чему-то из разряда антиутопической научной фантастики, лишь свидетельствует о том, насколько плохо у них обстоят дела. Если бы у России была реальная стратегия, способная переломить ход этой все более катастрофической для неё войны, кто-то в Кремле уже представил бы этот план. Они бы об этом упомянули.

Вместо этого их план заключается в том, чтобы россияне жили под землёй, как муравьи. Это признак того, что все хорошие идеи уже исчерпаны и теперь они предлагают такие варианты.

Российский пропагандист Владимир Соловьев совсем недавно дал интервью швейцарскому изданию, где снова говорил о том, как сильно Россия ненавидит Запад, прямо в лицо журналисту, и утверждал, что Россия воюет с НАТО, а не с Украиной.

Он, безусловно, очень театральный пропагандист. Видимо, таким и нужно быть, когда приходится оправдывать войны Кремля. Но, я думаю, здесь есть несколько интересных заявлений.

Во-первых, он использует тот же риторический приём, который часто применяет Владимир Путин. Ведь Путин очень осторожен. Он любит упоминать о ядерном потенциале России, но формулирует это так, чтобы формально это не звучало как прямая ядерная угроза.

Он говорит вещи, которые на самом деле остаются правдой с тех пор, как существует ядерное сдерживание. Например, он может сказать, что наши ядерные силы находятся в состоянии готовности. Но ядерные силы Москвы и США находятся в состоянии готовности еще с 60-х годов. Так действует принцип взаимного гарантированного уничтожения. Это две ядерные силы, готовые к развитию событий.

Пропагандисты так говорят довольно часто. Мол, Москва поддерживает свой ядерный арсенал, чтобы защищать суверенную территорию России. Так это и работает. Это ничем не отличается от того, как если бы Соединенные Штаты Америки заявили: если по какой-то причине группа китайских десантников высадится в Нью-Йорке, мы оставляем за собой право использовать наше ядерное оружие для защиты страны.

Это неотъемлемая часть ядерного сдерживания, с которой мир живет уже 80 лет. Но проблема в том, что этот пропагандист, как вы заметили, начал откровенно фантазировать. Он придумывает сценарии. Фантазии в духе второсортной видеоигры, где армия НАТО маршем идёт на Москву.

Но это, пожалуй, лишь фантазия. Такого не произойдет. Это ни в коем случае не входит в планы НАТО. Это не имеет ничего общего с тем, что происходит на самом деле: с российскими провокациями в странах Балтии, перехватом Россией украинских дронов и их отправкой в Латвию и Литву, российской гибридной войной против Великобритании. Все это действительно происходит.

Вам не нужно погружаться в сюжет дешевой видеоигры, чтобы найти примеры. Поэтому, на мой взгляд, более интересный момент заключается в том, что нарратив о том, что Россия воюет со всем НАТО, – это часть пропаганды, с которой Кремль, похоже, начинает экспериментировать.

Они пытаются доказать, что то, что мы считали бы поражением России в Украине, на самом деле является её победой. Мол, Россия вела оборонительную войну, и само выживание режима Владимир Путин продаст россиянам как победу. Посмотрите: мы воевали с НАТО и выстояли – это победа России.

Это интересно по той причине, что российские пропагандисты уже пытаются продвигать такой нарратив, чтобы внушить, что это война за выживание России под давлением НАТО или что-то в этом роде.

Конечно, пропаганда, распространяющая ложь, никогда не бывает чем-то хорошим, но, на мой взгляд, это сигнал о том, что россияне, возможно, начинают готовить свое общество к тому, что остальной мир назовет поражением.

А как сейчас общество в США воспринимает все эти фальшивые нарративы и ложь России о том, что она якобы воюет с коллективным Западом, или об этих биолабораториях в более чем 30 странах, в частности в Украине? Я не видела ни одной из них, но они утверждают, что где-то здесь они существуют. Как вы думаете, люди действительно отчасти в это верят?

Трудно ответить. Я видел различные социологические данные в США. Они показывают разные вещи. Многим американцам трудно понять неоднозначные ситуации.

Я всегда подчеркиваю одно: США всегда действовали прозрачно. Никогда не было секретом, что часть американских программ, которые мы называем бионаблюдением и биозащитой, заключается в том, что если какая-то страна исследует опасные болезни, США хотят об этом знать.

Многие из этих биолабораторий были ветеринарными лабораториями, которые исследовали болезни скота. Для США это тоже важно, поскольку сейчас у нас вспышка болезни, которую переносят личинки мясной мухи. Это уже сказывается на ценах на говядину.

Часть налоговых поступлений направляется в эти лаборатории, и это уже давно общеизвестный факт. Российский нарратив заключается в том, что это якобы секретные лаборатории по созданию оружия, но это не так. Это общедоступные исследования.

Во многих случаях это были лаборатории в таких странах, как постсоветская Украина начала 2000-х, где мы говорили: послушайте, мы хотим убедиться, что если вы исследуете опасные для человека болезни, у вас есть надлежащие условия хранения, соответствующие меры безопасности и правильные методы.

Это общедоступная информация, и я даже снимал видео, где находил материалы американских СМИ за 2022 год, в которых это чётко объяснялось. Например, Национальное общественное радио, одно из наших более либеральных изданий, прямо писало: россияне говорят, что это лаборатории по производству оружия, но объясняло, почему эта помощь абсолютно не имеет никакого отношения к оружию.

Я уже отмечал: даже если вы верите в теорию об утечке ковида из лаборатории, американские налоговые средства направляются в эти лаборатории с целью помочь им надлежащим образом обеспечивать сохранность этих болезней и вести учет. В этом нет ничего противоречивого.

Проблема в том, что американское общество просто не готово воспринимать эти объяснения. Это слишком сложно, и, на мой взгляд, там слишком много тонкостей для значительной части американской публики, которая привыкла воспринимать всё через заголовки и твиты.

Сейчас говорят о том, что Украина разрабатывает собственную систему противовоздушной обороны. Если Украина станет сильнее одновременно в этих трех сферах – беспилотники, дальнобойные удары и собственно ПВО, – как это может изменить следующий этап российско-украинской войны?

Украина уже добилась огромного прогресса в перехвате таких беспилотников, как "Шахед". Перехватчики типа STING, Merops и, кажется, еще несколько других систем стали очень эффективными против самых дешевых версий "Шахедов".

Баллистические ракеты пока остаются самым эффективным оружием России. Если Украина найдет способ самостоятельно производить Patriot или его аналог, либо если она сможет создать систему, эффективность которой составит 80% от системы Patriot, но стоимость которой будет равна 20% от его цены, европейцы были бы очень заинтересованы в разработке такой системы.

Важно! Михаил Федоров заявил, что Украина обладает необходимым потенциалом и финансированием для создания собственных баллистических ракет, которые могут существенно изменить ход войны и укрепить позиции государства в мире. По его мнению, появление украинского баллистического оружия в сочетании с развитием систем противовоздушной обороны способно заметно ослабить возможности России наносить удары по критической инфраструктуре.

Ведь Европа, ЕС и большинство стран НАТО уже осознали, что рассчитывать на США как на источник пополнения запасов перехватчиков для Patriot нереалистично. США показали, что готовы тратить большую часть своих перехватчиков на Ближнем Востоке для поддержки союзников, перед которыми у них нет реальных договорных обязательств.

Поэтому я думаю, что европейцы охотно финансировали бы такую программу. Это лишило бы Россию одного из немногих эффективных инструментов, которые она сейчас имеет в своём арсенале, и сделало бы её удары значительно менее разрушительными.

Даже лучшие системы Patriot не имеют идеальной статистики перехватов, но это существенно уменьшило бы способность России наносить удары по критической инфраструктуре, особенно зимой, которую очень трудно поддерживать в рабочем состоянии под ударами российских ракет.