О турборежиме, монобольшинстве и Арсене Авакове 24 канал говорил с человеком, который имеет все шансы представлять “Слугу народа” на выборах мэра Киева, – Ириной Верещук.

О скандальных заявлениях народных депутатов "Слуги народа"

Вы слышали разговоры Давида Арахамии с Александром Корниенко? Какой была ваша первая реакция на "корабельные сосны"?

Человеческой. Как и каждый человек, который слышит такую "оценку" своей коллеге, я не могла с ней согласиться. Но сказать, что я была очень удивлена, чуть ли не теряла сознание от таких слов – понятно, что нет. Поскольку имею определенный опыт работы в мужских коллективах и в органах местного самоуправления, а перед тем еще 10 лет – в армии. Я понимаю, что такие разговоры имеют место. Среди политиков – тоже.

Интересно Праймериз и монобольшинство в Раде: эксклюзивное интервью кандидата в мэры Киева

Мужчины так общаются?

Они тоже живые люди. Но как это было сделано, каким образом потом подали информацию, я считаю коммуникационной ошибкой. Стоило признать сразу, извиниться, сказать: "Мы не хотели, чтобы наш разговор попал в эфиры и был предметом обсуждений. Нам есть что обсуждать: трагедию на Позняках, наводнения на Закарпатье, на Львовщине. Мы имеем огромные проблемы с COVID-19, а мы обсуждаем сами видите что". Поэтому коммуникационная ошибка точно имеет место.

Но является ли это политической ошибкой? Потому что наши оппоненты всегда хотят выдать наши коммуникационные ошибки за наши политические ошибки. То есть, когда мы говорим о том, что господин Корниенко сказал те, а не другие слова, и обсуждаем их, то мы должны показывать и другую сторону.

А он есть среди инициаторов поправки, которая позволит 50% женщин во всех партийных списках. Есть дело, а есть слово. То, как они коррелируются, пусть оценивает избиратель. Но я – за то, чтобы оценивали по делам.

Что известно о скандальном разговоре "слуг народа"

  • Александр Корниенко и Давид Арахамия "вляпались" в скандал во время своего визита в Николаев, где должны были презентовать офис "Слуги народа". Когда нардепы сидели и ждали начала презентации, у них состоялся частный разговор, в котором те обсудили женщину.
  • Звучали такие высказывания: "такая поддутая, конечно, немного. Немного тюнинг, тон too much", "Рабочая баба, как корабельная сосна ". Как оказалось, нардепы не знали, что микрофоны представителей СМИ были включены. В СМИ заявляли, что все слова были о коллеге Корниенко и Арахамии по фракции – Ирине Аллахвердиевой.
  • Сначала Корниенко обвинил журналистов в монтаже, однако впоследствии все же извинился за инцидент в видео. Он пояснил, что в разговоре было упоминание об Ирине Аллахвердиевой. Однако они говорили о ней исключительно как о красавице. Другие слова якобы были о Николаевской бизнесвумен Татьяне Домбровской. Корниенко заверил, что эта женщина поразила его своей энергией и рвением к труду.
  • В комментарии журналистам 24 канала Домбровская сказала, что ее мнение об этой ситуации – негативное, потому что так говорить о женщинах недопустимо. Однако она заверила, что приняла извинения и готова работать дальше.

Видео скандального разговора Арахамии и Корниенко:

Вы понимаете, почему это вызывает такой резонанс и такое большое обсуждение? Потому что народные депутаты – это люди, которые должны задавать стандарты в обществе. А этим общением и тем, как, например, президент в чатах с дальнобойщиками называет их "засранцами" на всю страну – это задаются стандарты какого-то жлобского общения. Они приучают Украину к тому, что это нормально.

Я не думаю, что целью является приучать страну, что это нормально. Это чисто человеческая реакция. Наверное, те слова, которые даже употребляет президент, неприемлемы в понимании тех людей, которые жили по стандартам других президентов.

Но давайте посмотрим. Является ли Украина островом, где такие стандарты и такая норма поведения являются общепринятыми? Нет. Посмотрите, как ведет себя, например, Дональд Трамп, что он пишет в твиттере. Каковы стандарты тех стран, которые являются высокоразвитыми.

Вспомним недавно скандал, когда президент, если я не ошибаюсь Бразилии, оскорбил жену президента Франции. Там чуть ли не дипломатическая война началась. Это тоже сексизм, который также осуждали. Говорили, что же это за стандарты, когда президент огромной страны оскорбляет жену президента страны-лидера в Европейском Союзе. Здесь – тоже стандарты. Мы понимаем, что мир меняется.

Сейчас почему-то, по моему мнению, ухудшается ситуация с политической культурой, с политической дистанцией, которая должна быть среди коллег. Потому что я слышу, как господин Корниенко говорит, что "мы так общаемся между собой, и это наше внутреннее дело".

Я понимаю, что есть определенные проблемы, и мы должны их исправлять, а не наоборот умножать.

А почему не реагирует никак фракция на такие случаи?

На самом деле фракция реагирует, но мы не выносим это и не пытаемся публично обсуждать. Все же нужно оставлять ту часть, которая будет для нас лично внутренней. Мы итак обсуждаем многовато в силу определенных обстоятельств. Сейчас везде "есть уши".

Я не думаю, что господин Корниенко, если бы видел, к чему это приведет, повторил бы эти слова. Он точно понимает свою ошибку. И он ее признал, потому что публично попросил прощения у всех, кого это касается.


Александр Корниенко с Давидом Арахамией / Скриншот из видео

Здесь стоит отметить и следующее. Наши оппоненты, политические противники используют любую коммуникационную ошибку, выдавая ее за политическую. Этого делать нельзя. Наши действия, наши законопроекты, которые мы вносим в зал, часто идут в разрез даже с теми коммуникационными попытками, когда мы пытаемся объяснить. Да – неудачно, да – с ошибками, но ведь на самом деле закон есть, и он работает.

Имею еще один пример. Вы помните, что недавно Украина была повышена в статусе, когда мы говорим об отношениях с НАТО. Мы – страна-аспирант, и теперь у нас есть программа расширенных возможностей. Если бы это было 3 года назад при прошлой власти, что происходило бы в медиа? Народные гуляния, национальный праздник, обсуждали бы полгода – нет этого.

Мы достигли определенного уровня и двигаемся дальше. У нас есть цель: мы хотим действовать, а не словом покрывать все.

Это, конечно, немного шокирует людей, которые сидели на этой "информационной игле": когда бывшая власть пыталась всю политику втиснуть в медиапространство. То есть – "нет политики вне медиа", а на самом деле она есть. Там были и свои позитивы, и правильная коммуникация, когда люди понимали, что происходит. А сейчас люди кое-чего не понимают. Сейчас нужно найти тот баланс, и я думаю, что через некоторое время он будет найден.

Высказывание главы комитета по соцполитике Галины Третьяковой о “детях низкого качества” – это ее личная позиция или это позиция как члена комитета?

Я посмотрела этот ролик, если он полный, потому что я не видела полностью интервью. Поняла единственное – коммуникационные провалы. Замечу, что ее словам нет никаких подтверждений – законопроектов или инициатив. У нас есть еще одна коммуникационная ошибка.

Вероятно, она имела какое-то эмоциональное наслоение или пришла с какого-то форума или обсуждения. Я не знаю, что побудило ее сказать такие слова.

Если посмотреть на политическую деятельность, конечно, что такие "идеи", которые у нее летают в голове, не имеют своего практического измерения в законопроектах. И это – главное.

Что известно о скандале с участием Галины Третьяковой

Народный депутат от "Слуги народа" и глава комитета Верховной Рады по вопросам социальной политики Галина Третьякова заявила, что в семьях, которые нуждаются в материальной помощи, рождаются дети "очень низкого качества". По ее мнению, это приводит к тому, что в будущем такие дети "тоже садятся на государственные деньги".

Скандальное высказывание Галины Третьяковой: видео

Вы претендуете на то, чтобы представлять "Слугу народа" и быть кандидатом на выборах мэра Киева. Для вас очень важны рейтинги "Слуги народа". Это будет играть большую роль в том, получите вы шанс победить Виталия Кличко или нет. Все эти вещи негативно отражаются на рейтингах. Как вы оцениваете шансы "Слуги народа" на местных выборах и ваши личные, если вы пойдете в мэры столицы?

У нас достаточный рейтинг и резерв, но вы правы. Такие коммуникационные ошибки не могут не отражаться на нашем рейтинге.

Я лично что делаю? Конечно, я разговариваю с коллегами и объясняю им, что сейчас политика так и работает. Если ты сделал ошибку, если ты ее не исправил, если ты ее не научился не множить в будущем – ты проиграешь. И в конечном итоге рейтинг начнет падать. Кредит доверия, шанс, аванс, который нам дали на выборах президента и в парламент, имеет способность уменьшаться.

Мы обсуждаем это с коллегами, и все это понимают. Однако не раз "эмоцио" берет верх над "рацио". Конечно, трудно оставаться таким сознательным политиком, дальновидным, умеющим рассчитать все. Вы посмотрите вокруг, какие реалии, что происходит. И реагировать каждый раз правильно – трудно. И я сама делаю ошибки.

А это правда, что в телеграм-каналах постились якобы документы, которые пустили политтехнологи Банковой, как правильно этот скандал с Корниенко – Арахамия коммуницировать?

Какая-то сложилась парадоксальная ситуация, что эти документы быстрее получают телеграм-каналы, чем они доходят до нас.

Я проверила все чаты, потому что мне было важно, кому поступают такие директивы, указания, инструкции. То есть они или где-то потерялись на полпути, или те, кто стоит за этими телеграм-каналами, имеют больший доступ к информации, чем мы – кто должен был бы быть получателем таких месседжбоксов.

У нас на фракции их нет. Они оставляют где-то или в Офисе Президента, или являются фейком. Я не могу их подтвердить, потому что никогда не слышала из Офиса Президента, что это правдивые месседжбоксы.

Выводы после года в парламенте

Заканчивается год в парламенте. У вас осталось 2 рабочие недели. Как вы оцениваете ваш первый год? С точки зрения сторонних наблюдателей – журналистов – нам кажется, что турборежим, который был объявлен сначала президентом и монополия на власть, которую вы получили, как партия и команда власти, – дали гораздо большие возможности, чем вы могли использовать. Не кажется ли вам, что вы за этот год сделали мало?

Я являюсь сторонницей того, чтобы мы работали без отпусков. Был карантин, мы не работали в полную силу, а должны были бы. Я считаю, что мы зря ели свой хлеб: мы получали заработную плату. Нам нужно доработать те дни и те законопроекты, которые ожидают своей очереди. У нас уже есть грех – мы не успеваем за планом законотворческих работ, и нам сейчас нужно доработать. Когда все выполним, тогда можно и уйти в отпуск. То есть эти 2 рабочих недели должны стать 4-мя рабочими неделями.

Это ваше личное мнение или этот вопрос рассматривают?

Мы рассматривали этот вопрос во фракции. Обсуждали это по-разному. Есть те люди, которые говорят: "Нет, давайте придерживаться регламента и того режима, за который проголосовали вначале". Но коронавирус внес свои коррективы. И нам надо доработать то, что мы обещали.

Есть законопроекты, которые касаются оборонных закупок – нам очень это важно. И – о противоминной деятельности. Я сейчас говорю о своем комитете. Нам также было очень важно получить еще эти 2 недели. Если меня сейчас слышат коллеги, от которых это зависит, – я говорю о Дмитрии Разумкове, обращаюсь к аппарату – давайте работать. У нас нет времени на отпуска. И впереди местные выборы, куда "расхолаживаться"?

Важно Распустит ли Зеленский Раду во второй раз: откровенное интервью с Разумковым

Какую вы дадите оценку прошлом году? Не мало ли вы сделали?

Мое отношение – разное. Если говорить о турборежиме, то возможность и власть, которая у нас была, – не была ни у кого. Ни у одной партии в парламенте не было фракции настолько самодостаточной, чтобы голосовать за законы, не обращаясь к другим фракциям. Мы это не использовали сполна. Я должна это признать. Мы могли больше.

Есть законы более важные и понятные для людей. Они их ждут. Это законы, которые касаются повышения социальных стандартов. Например, повышения пенсий, зарплат – военнослужащим, государственным служащим, пенсионерам.

Из каких источников финансирования?

Наши законодательные инициативы должны касаться открытия тех законсервированных или новых источников. Законсервированные источники – это тот потенциал, который лежит внутри государства. А новые – это инвестиционные средства, которых мы не видим, потому что наше законодательство не позволяет им прийти из-за несовершенства судебной, правоохранительной системы, регуляционных запретов и ограничений.

О судебной системе

Вы говорите, что нужно менять судебную и правоохранительную системы. Президент подал закон, который должен изменить судебную систему. Его уже все раскритиковали. Все эксперты и юристы говорят, что он законсервирует ту систему, которая есть. Там остается министр Аваков, который за 6 лет реформу так и не провел. Если он остается, то нет шансов надеяться, что кто-то ее проведет в ближайшей перспективе.

Что касается законопроекта о судебной реформе, который признали неотложным. Я не знаю, почему вы говорите, что все эксперты говорят. Я слышала разные мысли – как положительные, так и глубоко негативные. Но признайте, если мы на решении Конституционного суда, а оно есть, исправляем соответствующие ошибки, где четко указываем, что надо доработать, то в чем тут консервация?


Ирина Верещук / Скриншот из видео

В том, что мы оставляем Высший совет правосудия таким, как есть. Он не обновится и не позволит обновить систему.

А кто так сказал? На самом деле нас критикуют за то, что МВФ требует иного подхода к Высшему совету правосудия. И в этом законопроекте есть именно тот другой подход. Наши оппоненты, которые говорят, что мы абсолютно отдаем наш суверенитет под международную организацию, критикуют нас за то, что мы действуем так, как этого требует МВФ.

Или Конституционный суд признал неконституционной норму о сокращении с 200 до 100. Мы тоже снимаем этот вопрос. Мы говорим о заработных платах. Мы снимаем комиссию по этике. Я не говорю, что это решает вопрос и после этого у нас обновится судейский корпус и станет "белым и пушистым". Нет. Это лишь один шаг по направлению к очистке судейской системы. Если он является недостаточным, а он таким является, давайте работать, чтобы шагов было больше и они были более частыми.

Об Арсене Авакове

Реформа правоохранительной системы. Министра вы будете менять?

Давайте возьмем буквально последние события. Был резонанс – Кагарлык, потом перестрелка в Броварах, потом дом на Позняках, теперь наводнение на Закарпатье. Давайте конкретный кейс, чтобы мы не искали слова и формы, а придем к конкретике. Как действовало Министерство внутренних дел? Потому что это и Миграционная служба, Нацполиция, Нацгвардия, ГСЧС и пограничная служба. Это немножко больше, чем просто полиция.

► Давайте возьмем Кагарлык – сразу была реакция. Расформирован участок, задержаны полицейские, на сегодня есть мера пресечения, они все переаттестованы, то есть приняты соответствующие меры.

► Перестрелка в Броварах. Вы видели реакцию. Где они сегодня? На скамье подсудимых, идет судебный процесс.

► Позняки. Сколько нужно было времени, чтобы министр внутренних дел был там и ГСЧС сработало? Мы не будем отрицать, что ГСЧС сработало. Как? Уже сейчас увидим, но они были и делали все, что могли, и сегодня мы им благодарны.

► Наводнение. Вчера (24 июня – 24 канал) министр был там вместе с премьером Шмыгалем.

Я знаю, что есть вопросы к министру Авакову. Если мы хотим человека, который уже 6 лет является министром внутренних дел, поменять на таком важном участке, то нам нужно понимать, кто это должен быть. Мы не можем сами, как монобольшинство, сейчас изменить кардинально все.

Улица. Что сейчас происходило с судом в отношении Стерненко? "Партия Шария", правые, левые... Радикализируется улица. Вы уверены, что есть кандидатура, которая сможет и реформу провести, и улицу остановить? А идет осень. Помним, как мы любим протестный потенциал подтягивать на осень. Мы – я говорю в целом об обществе.

Посмотрите теперь, как ведет себя Путин, как ведет себя Запад коллективный, что происходит в США – насколько все сложно.

Моя позиция на сегодня – мы не можем сменить министра внутренних дел ни физически, ни политически. А подготовить почву и сделать так, чтобы он не на все влиял: пограничники должны быть пограничниками, ГСЧС должна быть отдельным министерством, – это мы можем.

Я думаю, что президенту в голову кто-то вложил эту мысль, что Аваков настолько незаменим. Не может быть в стране, где живут десятки миллионов населения, не быть человека, который может заменить Авакова. Ситуация в Кагарлыке – если бы Аваков провел реформу такую, как должен был провести, а не фасадную реформу патрульной полиции – такого бы не произошло. Если бы Аваков провел реформу, полиция отреагировала бы на то, что было в Броварах и не допустила бы перестрелок. Те, кто "крышуют" этот бизнес перевозчиков, еще за несколько дней до того ходили и угрожали, знали все броварчане. Только полиция не знала. Если бы полиция реагировала так, как нужно, это просто не произошло бы. Если бы Аваков реформировал полицию, уже может бы это дело как-то дорасследовали. И не сказали бы о том, что полицейские преследуют Стерненко. И не пришлось бы тогда гасить эти уличные протесты, если бы все было сделано тогда, когда должно было быть сделано. У него было 6 лет на то, чтобы сделать реформу полиции. Где она?

В ваших словах и вопросах есть правда. Но я говорю о ситуации по состоянию на сегодня. Я оцениваю ситуацию политически сейчас. И не только политически, но и как гражданин. Я такие же вопросы задавала Авакову уже давно – еще до того, как стала не только кандидатом, но и народным депутатом.

Была определенная предвзятость, когда я голосовала впервые, когда он зашел в Кабмин Гончарука. Мы это видим – системные недоработки. Но по состоянию на сегодня, в той ситуации, в которой мы находимся, я считаю, что мы не готовы сменить министра внутренних дел.

Или давайте возьмем на себя ответственность и обработаем, это же речь идет не только о персоналии, это речь идет об институте. Он – министр внутренних дел в стране в состоянии войны. Мы сейчас имеем напряжение, и оно никуда не девается на фронте. Там тоже воюют и представители внутренних дел, которые занимаются разминированием и патрулированием.


Арсен Аваков / Фото пресс-служба Кабмина

Мы говорим, что сейчас идет вопрос демилитаризации, мы идем по минскому процессу – это все очень сложно, поверьте. И, работая в комитете по нацбезопасности и обороне, со всей ответственностью заявляю: у нас нет кандидатуры, которая будет сегодня сильнее этой кандидатуры, которая есть. Потому что он иногда сам не знает, насколько негативно влияет на процессы, ведь 6 лет – на одном месте.

Почему демократическая практика показывает, что есть только определенный период пребывания и надо уходить? Потому что человек укореняется, человек не видит ситуацию сверху, он становится частью системы. А как ты можешь изменить систему, если ты ее часть? Сейчас надо это делать, когда мы говорим о спокойствии на улицах – да, они должны были бы дорабатывать, но когда берем конкретные примеры – когда работает ГСЧС или пограничники, или миграционная служба…

Вы видели эти кадры с пограничниками, когда они давали пресс-конференцию, а какие-то люди перелезали через забор? Через государственную границу – вот вам пограничники.

Было такое, да.

Как украинцы перелезали через забор в Шегинях: видео

Хорошо, вы говорите, что не хотели голосовать за Кабмин Гончарука, часть вашей фракции не хотела, потому что там был Аваков. Что-то вы сделали за год для того, чтобы уменьшить его влияние, забрать у него какую-то часть этой структуры, которую он контролирует?

Я могу сказать о себе.

Не вы лично, а…

Нет, я могу сказать как раз насчет себя, что сделала лично.

Ладно. Что?

Мы стали инициаторами. "Мы" – я говорю о комитете по нацбезопасности и обороне. Мы стали инициаторами внесения изменений в закон о противоминной деятельности, где, я считаю, узурпировано право на проведение противоминной деятельности только МЧС Министерства внутренних дел. И наш закон сейчас предусматривает введение Министерства обороны, чтобы они могли заниматься противоминной деятельностью.

Это огромные деньги и вероятные коррупционные деяния. Вы себе представляете, когда донорские средства приходят, а их много на разминирование, – это и гуманитарная часть пособия, где речь идет о миллионах, и не гривен. И мы понимаем, насколько это важно. Мы сейчас хотим проконтролировать этот процесс, забрать у Министерства внутренних дел единоличное право распоряжаться и деньгами, и влиянием, и лицензией. Это уже первый маленький шаг.

Я правильно понимаю из ваших слов, что в принципе вопрос отставки Авакова в ближайшее время стоять не будет, он остается?

Будем надеяться, что вопрос отставки Авакова является ежедневным.

То есть он остается?

Пока я не видела таких. Я еще раз говорю, моя позиция…

Читайте также О развале России и окончании войны на Донбассе: интервью с секретарем СНБО Даниловым

Вы просто говорите, что некого ставить на его место. Для меня это означает, что он остается.

Да, я считаю, что он сейчас должен быть. Идут местные выборы, и как мы увидели, Аваков сумел обеспечить беспристрастность этого процесса. Вы помните эти схемы, вы помните эти сетки и все, что происходило всегда на выборах. Эта электоральная революция стала возможной благодаря, в том числе, Авакову. Он не дал делать пирамиды, схемы, как они там правильно называются. Все эти вещи были пресечены со всех сторон. Я не говорю, что только Аваков и СБУ поработали, но это были честные выборы, это признают все.

Это его работа! Смотрите, если на следующих выборах он решит этого не делать, вы так же само проиграете. Вы осознаете это?

Вот здесь вы очень правы, что, к сожалению, мы должны констатировать как факт. Как только человек на высоком месте делает свою работу – мы уже готовы его благодарить, готовы говорить: "Молодец, только сделай свою работу" – так есть. А другие и свою не делают, увы. Или наоборот – используют ее в своих собственных, меркантильных, политических или еще каких-то целях.