Речь идет о модульном подходе на этапе догоспитальной медицинской помощи раненым бойцам. Правила его применения уже разработаны и утверждены Минобороны. И одна из главных задач сейчас – масштабировать новую систему на все украинские вооруженные силы. Ведь её эффективность будет проверяться в реальных условиях российско-украинской войны. Подробнее читайте в эксклюзивной колонке для 24 Канала.
Обратите внимание "Теплое место оператора нужно заслужить": истории бойцов "Феникса", управляющих дронами
Первые шаги: вложить все силы и средства, чтобы спасти как можно больше раненых
На украинскую позицию залетает вражеский дрон и взрывается. Ударная волна поднимает пыль, осколки секут бруствер траншеи и листья на редких кустах. Несколько из них прошивают плечо одному из украинских пехотинцев.
"У нас 300!" – кричит командир группы в рацию. И далее запускается система спасения раненого. Как она работает?
Первый этап – то, что нужно сделать немедленно, ведь счет идет на секунды и минуты. Остановить критические кровотечения, позаботиться о дыхании и выполнить другие действия, необходимые для того, чтобы боец дожил до эвакуации. Это навыки домедицинской самопомощи и взаимопомощи, которым обучают каждого украинского воина еще на этапе военной подготовки. Я тоже изучала "домедичку" на полигонах, под жужжание дронов и взрывы учебных боеприпасов.
Второй этап – эвакуация. Все действия эвакуационной команды преследуют лишь одну цель: доставить раненого живым, без ухудшения его состояния, к следующему этапу. Туда, где будет относительно безопасное помещение в отдалении от фронта, медицинский персонал и оборудование, необходимые для оказания более сложной помощи.
Это уже третий этап, который часто называют "стабилизационным пунктом" или "стабиком". И от того, как он оснащен и какие специалисты на нем дежурят, в значительной степени зависит выживание украинских раненых, вывезенных с поля боя.
Четвертый этап – госпитали или гражданские медицинские учреждения, где боец будет проходить лечение и реабилитацию.
"Не знаю, как на других направлениях, но у нас всё было очень четко организовано. На позиции всегда был стрелок-санитар – он накладывал турникет, останавливал сильное кровотечение, – вспоминает Игорь с позывным "Сталкер", который служил боевым медиком под Покровском, а сейчас является инструктором по домедицинской помощи в учебном центре. – Когда возникало "окно в небе" (сумерки, непогода или просто пауза в работе российских БПЛА), мы выдвигались для эвакуации".
Покровское направление, где бригада "Сталкера" держала участок, – это высокая интенсивность боев.
"Наш экипаж дошёл до ста вывезенных раненых, а потом мы уже и не считали", – рассказывает медик. По его словам, выживание бойцов зависит от того, насколько четко построена работа на каждом из этапов оказания помощи.
Сталкер, боевой медик / Фото Евгения Солонина
Об этом говорит и Олег Токарчук, врач эвакуационного отделения 10 ОГШБр:
"Перед нами встал серьёзный вызов: большой поток раненых и длительная затруднённая эвакуация. Мы понимали: должны вложить все силы и средства в то, чтобы спасти как можно больше раненых. Это означает развернуть стабилизационный пункт с медицинскими специалистами и оборудованием, необходимыми для того, чтобы оказывать раненым более качественную помощь, а их спасение было гарантированным. И это не только наша идея!"
Подобным путем пошла целая серия боевых бригад. Развертывание качественных "стабиков", первичных хирургических групп и других медицинских формирований увеличило боеспособность подразделений и минимизировало безвозвратные потери их бойцов.
Процент спасения и возвращения в строй украинских бойцов значительно превышает аналогичные показатели в армии страны-агрессора.
По данным Командования медицинских сил, после лечения и реабилитации продолжают военную службу 82% раненых украинских воинов, а процент выживания украинских раненых – еще выше, более 90%.
Тогда в чём же проблема? Все эти решения по совершенствованию медицинской помощи на уровне бригад до недавнего времени не были стандартизированы и не были обязательными к выполнению. Фактически это выглядело как импровизация, эффективность которой в значительной степени зависела от опыта и подготовки конкретных медиков и варьировалась от подразделения к подразделению.
Специалист Департамента здравоохранения МОУ Дмитрий Лавриненко, отвечавший за новый, так называемый "модульный" подход в догоспитальной помощи, главной причиной реформы называет отсутствие стандартов оказания помощи раненым. Из-за разницы в подходах каждой конкретной команды медиков на этапе "от эвакуации до госпиталя" гарантировать эффективную помощь невозможно.
По его словам, даже такого понятия, как стабилизационный пункт, нет ни в одной нормативной документации. Поэтому под словом "стабик" может подразумеваться как медпункт в сельском доме, куда доставляют самых тяжелораненых, так и место, где врачи-терапевты оказывают помощь пациентам с легкими травмами и контузиями. А может быть и отделение, где оказывается полноценная хирургическая помощь. Поэтому возникла необходимость упорядочить и взять под контроль весь хаос, который годами царил в военной медицине на догоспитальном этапе.
Дмитрий Лавриненко / Фото предоставлено автором
Что легло в основу реформы? Существует международный стандарт оказания помощи в условиях боевых действий – ТССС. Впрочем, реалии российско-украинской войны значительно сложнее протоколов, написанных на Западе на основе опыта прошлых войн. Поэтому требования к качеству спасения раненых, заложенные в ТССС, приходится выполнять в условиях высокоинтенсивной "войны дронов", проблем со скоростью эвакуации и большого потока раненых.
Именно для того, чтобы система могла работать в таких условиях, и были разработаны рамки так называемого "модульного подхода". Олег Токарчук является одним из его авторов. Он отметил, что стандарт ТССС – это хорошо, но на поле боя или в "эвакуации" не всегда есть возможность выполнить все, что в нём прописано.
В результате опытные и мотивированные боевые медики совместно с должностными лицами разработали правила, обязательные для всех Сил обороны Украины. Они сформулированы в приказе Минобороны № 516 и в приложениях к нему и подробно определяют количество и специальность медиков, необходимое оборудование и функционал для медицинских формирований (в народе – "стабиков"), которые оказывают догоспитальную помощь бойцам уже после эвакуации из зоны боевых действий, но ещё до поступления в стационарное медицинское учреждение – госпиталь или больницу.
Олег Токарчук с коллегами / Фото предоставлено автором
Роль гражданского сектора и военных медиков первой волны
Положительные изменения в украинской армии невозможно внедрить только сверху. Точно так же недостаточно только инициативы самих военных или только активности гражданского общества. Настоящие, структурные и долгосрочные изменения возможны только тогда, когда их продвигают по нескольким направлениям.
Итак, в чем заключается "общественная составляющая" модульного подхода и кто ее продвигает?
Здесь следует упомянуть Фонд "Вернись живым", который в 2014 году начинал именно с обеспечения бойцов средствами защиты жизни. Слова "Вернись живым!" были написаны маркером на одном из первых бронежилетов, приобретенных на пожертвования. И за более чем 12 лет войны Фонд превратился в систему, которая компетентно помогает армии по целому ряду направлений: от обучения до обеспечения оружием и технологическими решениями.
Впрочем, непосредственная забота о том, чтобы наши воины возвращались живыми после боя, никуда не исчезла. Она трансформировалась от простой поставки бронежилетов и аптечек до участия в реформировании всей системы.
Я хорошо помню 2014 – 2015 годы, когда после Революции Достоинства в Украину начали поступать первые знания по тактической медицине, и лишь единицы обученных начали применять тактическую медицину в соответствии с западными протоколами оказания помощи. Сначала это происходило на уровне гражданских добровольцев-энтузиастов, так называемых такмедов первой волны.
Современные подходы предусматривают многоуровневое оказание помощи, которое начинается с момента ранения и включает базовые навыки подготовки бойца, а затем передачу раненого боевому медику или эвакуационному экипажу. Раненого, вывезенного с фронта, нужно стабилизировать, оценить оказанную ему ранее помощь, провести дополнительный осмотр и мониторинг состояния, перелить кровь и ввести необходимые препараты, а зачастую и осуществить критически важные хирургические вмешательства, которые не могут ждать до прибытия в госпиталь... Поэтому в украинской армии появилось такое явление, как стабилизационные пункты. Оно критически важно для спасения бойцов, но долгое время никак не было закреплено в законе.
Читайте также Каждый боец должен это уметь: военнослужащая назвала самое эффективное решение для уменьшения потерь
Дмитрий Лавриненко вспоминает официальную систему помощи раненым, которая существовала в ВСУ с начала войны:
"В военной академии учили, что эвакуация раненого должна происходить на медицинский пост роты, оттуда на медицинский пункт батальона, затем в медицинскую роту бригады, а дальше в военный госпиталь. И всё это на бронемашинах под флагом Красного Креста… Но первый же опыт российско-украинской войны показал, что такой подход не работает, поскольку не является адекватным".
Что предусматривает модульный подход?
Чтобы разработать единые правила для временных медицинских формирований, боевым медикам и должностным лицам МОУ пришлось ответить на ключевые вопросы:
- Что такое "стабик" и какую именно помощь раненым он должен оказывать?
- Какой медицинский персонал должен работать на конкретной точке и какими навыками он должен обладать?
- Каким оборудованием и медицинскими средствами нужно оснащать "стабики"?
- По какому алгоритму в них работают с ранеными, кто, откуда их привозит и куда транспортирует дальше?
Работа стабилизационного пункта / Фото Олега Токарчука
Структура, оказывающая догоспитальную помощь раненым, может состоять из нескольких модулей:
- операционный,
- послеоперационный,
- неотложных состояний,
- медицинской стабилизации,
- диагностический,
- первичной помощи,
- сортировочный,
- а также модули временного пребывания, снабжения и управления.
Каждый модуль – это специалисты определенного профиля, необходимое оборудование и медикаменты, четкие требования к помещению, в котором расположен модуль.
Кроме того, МТФ различаются по выполняемой роли. В законодательстве их различают следующим образом.
Роль 1. Здесь оказывают неотложную помощь и стабилизируют состояние раненого. Если пациентов много – их могут сортировать и временно ухаживать за ними, пока их не заберут на следующий этап.
Роль 2. Здесь уже стабилизируют состояние бойцов в расширенном объеме, с оказанием хирургической помощи и более широким спектром диагностики. Здесь проводят отдельные операции, обеспечивают послеоперационный уход. Поэтому специализация медицинских структур Роли 2 может варьироваться в зависимости от задач, которые они выполняют.
Роли 3 и 4. Это уже не временные медицинские формирования вблизи фронта, а полноценная госпитальная помощь: высокотехнологичное лечение и реабилитация, которые осуществляются в глубоком тылу.
Эти роли соответствуют стандартам медицинской помощи НАТО. Впрочем, часть из них, в частности "сортировочный" модуль, – сугубо украинское явление. Это обусловлено тем, что наши войска ведут боевые действия высокой интенсивности и очень часто появляется много раненых различной степени тяжести, которых необходимо сортировать и направлять в разные места.
Если в НАТО предполагалось, что "модули" могут предоставляться разными странами в ходе многонациональных миссий, то в российско-украинском конфликте действует иная практика: иногда различные воинские соединения формируют сводные медицинские структуры. А значит, один модуль на "стабике" может быть от одной бригады, другой – от другой. Вместе они будут эффективно работать именно благодаря стандартизации.
Модульный подход уже утвержден правительством, но его внедрение в подразделениях только начинается. Так, "модули" уже частично действуют в ССО, ДШВ, Силах беспилотных систем, в Корпусе морской пехоты, а на уровне Сухопутных войск – в отдельных механизированных, артиллерийских и штурмовых бригадах.
Там, где система запущена, людей с конкретными ранениями и в определённом состоянии доставляют в обозначенный пункт, где знают, что с ними делать. Необходимо четкое понимание: в этом пункте раненому могут оказать инфузионную терапию, в другом – первичную хирургическую помощь, в третьем – работают сосудистый хирург и нейрохирург. И теперь становится понятно, куда именно везти конкретного бойца: где ему точно окажут помощь, необходимую при его ранении. И какое оборудование для этого должно быть у медиков.
Мы видим, чего не хватает. И, например, можем дополнительно подготовить медиков для конкретного этапа, чтобы каждый из них мог работать качественно. Чтобы не было ситуаций, когда один лечит рану чистотелом, а другой – применяет лазерную хирургию в этом же случае.
Работа стабилизационного пункта / Фото Олега Токарчука
Преимущества модульного подхода
В его основе – практика современной войны. Все этапы оказания помощи основаны на опыте эффективных медицинских команд, работающих в зоне боевых действий и в оперативном тылу.
Стандартизация. Компетенции медиков и перечень оборудования прописаны для каждого этапа оказания помощи. Это позволяет быстрее и качественнее развивать систему и решать ее проблемы.
Минимизация ошибок и злоупотреблений. Теперь все четко понимают, когда отсутствует какое-то действительно важное оборудование или оно нуждается в замене. Это формирует культуру качественных и целесообразных поставок оборудования и средств для военной медицины. И в то же время это один из предохранителей от того, чтобы творить глупости в сфере, от которой зависят жизни бойцов.
Стабильно высокое качество медицинской помощи. По словам Токарчука, на некоторых направлениях существовали такие пункты, где могли только смазать рану зеленкой и сказать: "Братик, держись!". Там не было ни средств для согревания пациента и подогрева растворов, ни запаса крови, ни дыхательного оборудования и мониторов. Наверное, такой пункт разворачивали разве что "для галочки". Теперь же ответственные лица открывают приложения к приказу Минобороны и имеют в руках "руководство", необходимое для того, чтобы спасение раненых было системным и гарантированным".
Рекомендуем Мы нашли решение проблемы нехватки людей на фронте, и это не мобилизация
Домашнее задание со звездочкой: совершенствование системы и обучение медицинских команд
Следующие этапы работы – совершенствование модульного подхода. Рабочая группа будет анализировать опыт развертывания подразделениями собственных модулей, которые не входят в перечень обязательных. На основе этого опыта будут контролировать и обновлять данный подход.
Среди главных вызовов – не только масштабирование, но и функциональность системы: специалисты и набор оборудования должны работать как единый организм.
"Момент, который остается белым пятном, – это обучение персонала. Например, в подразделении есть квалифицированный и мотивированный анестезиолог, но он всю жизнь работал с пациентами в гражданском секторе, – говорит Олег Токарчук. – Его нужно дополнительно обучать. Но по своему опыту я вижу, что подготовка одного специалиста менее эффективна: необходимо обучать всю команду".
У этой задачи есть несколько аспектов. Очень сложно, а то и невозможно выделить на обучение из боевого подразделения целую команду медиков. Проще делать это с подразделениями, которые еще формируются. Нужны не просто специалисты-тренеры определенной специализации, а те, кто обучает целые команды медиков, в частности, по протоколу оказания помощи при травмах ATLS.
Именно так в 2017 году появился Центр тактической медицины на базе 159-го учебного центра командования Медицинских сил ВСУ, где обучают боевых медиков взводов и повышают квалификацию инструкторов по тактической медицине I и II уровней. С начала полномасштабного вторжения на базе центра провели более 30 курсов и подготовили свыше 10 тысяч боевых медиков – благодаря системной поддержке нашего Фонда. "Вернись живым" уже предоставил Центру помощь на сумму более 18 миллионов гривен. На эти средства оборудовали учебные классы, провели ремонтные работы на территории центра; приобрели манекены и тренировочную технику, наборы инструментов, расходные материалы и т. д.
Чтобы модульный подход к спасению раненых заработал в полную силу, потребуется ещё много месяцев работы представителей власти, военных и общественного сектора. Однако будущий результат оправдает все затраты и приложенные усилия. Ведь жизнь украинских воинов, защищающих свою страну, бесценна.