Атаки иранских дронов по странам Персидского Залива неожиданно открыли для Украины новое окно возможностей. Пока страны Залива ищут эффективные способы защиты от Шахедов, украинский опыт борьбы с этими беспилотниками начинает привлекать все большее внимание – как в военном, так и в медийном плане.

24 Канал проследил изменение риторики в арабских и американских медиа, где Украина предстает уже не просто как потребитель внешней помощи, а как серьезный союзник, который может предложить новые технологические решения как для местных монархий, так и для войск США в регионе.

Киев все активнее пытается превратить собственный опыт войны с Россией в инструмент для усиления международного имиджа и закрепления за собой статуса незаменимого союзника. На фоне эскалации вокруг Ирана Украина предложила США и партнерам на Ближнем Востоке помощь в борьбе с иранскими беспилотниками "Shahed-136" – тем самым оружием, которое в течение многих лет применялось россиянами для террора против мирного населения Украины и ударов по инфраструктуре.

И речь здесь не только о передаче самих дронов-перехватчиков, разработанных украинскими компаниями. Говорится о полном спектре "услуг", необходимых для защиты стран Персидского залива – от передачи самих беспилотников, хоть пока и в ограниченном количестве, до отправки в регион военных специалистов, инструкторов, а также другого персонала и техники.


Последствия удара иранского дрона по отелю в Дубае / Фото из открытых источников

Опыт Украины в этом вопросе действительно уникален, ведь с начала полномасштабного вторжения Россия осуществила десятки тысяч атак "Шахедами", из-за чего сама территория нашего государства вынужденно превратилась в своеобразный полигон для отработки и внедрения новейших технологий для современной антидроновой войны.

По оценкам западных медиа, украинские силы уже отбили более 57 тысяч таких атак, что заставило Киев создать многоуровневую систему противодействия беспилотникам – от мобильных огневых групп до систем радиоэлектронной борьбы и дешевых перехватчиков. И именно экономическая составляющая для решения этой проблемы делает украинский опыт особенно привлекательным для партнеров.

Иранские дроны относительно дешевые, тогда как их перехват с помощью ракетных систем ПВО может стоить в десятки, а то и сотни раз дороже. Именно из-за стоимости этих систем их поставки в Украину в течение четырех лет войны сталкивались с бесконечной бюрократической волокитой у партнеров или с банальным популизмом, который не позволял западным политикам обеспечить защиту неба в Украине в достаточном объеме.

Собственно, такой дефицит создал спрос на новые решения в сфере ПВО, сделав украинскую противовоздушную оборону одной из самых продуманных и многоуровневых в мире.


Владимир Зеленский во время телефонного звонка президенту ОАЭ обсудил проблему иранских атак дронами / Фото Офиса Президента

Интерес к украинским разработкам уже проявляют страны Персидского залива, которые сегодня страдают от постоянных атак Шахедов. По данным западных медиа, Саудовская Аравия ведет переговоры о закупке украинских систем противодействия дронам, и похожий интерес также проявляют Катар, ОАЭ и другие государства региона.

Для Украины подобное сотрудничество имеет сразу несколько плюсов:

  • Прежде всего, это потенциальный новый рынок для украинских оборонных технологий, с возможностями привлечения дополнительных инвестиций и расширения уже имеющихся производств.

  • Во-вторых, это возможность превратить свой военный опыт в дипломатический ресурс и таким образом усилить собственные позиции среди союзников.

  • И в-третьих, это шанс закрепить статус Украины в новой роли – уже не просто реципиента внешней помощи в сфере безопасности, но и государства, которое эту безопасность, наоборот, экспортирует, помогая другим.

Собственно, атаки иранских дронов против стран Персидского залива внесли изменения не только в спокойную и рассудительную жизнь в этих странах, а также и в общее восприятие Украины в региональных медиа. В ведущих арабских СМИ все чаще появляется новый нарратив, где Украина уже не просто жертва российской агрессии, а страна, которая накопила уникальный опыт борьбы с иранским оружием.

К примеру, в материале Arab News Украина начала описываться как государство, которое первым столкнулось с массовым использованием иранских "Шахедов" и было вынуждено создать собственную систему противодействия таким атакам. В публикациях отмечается, что украинские военные и инженеры фактически испытали в реальных боевых условиях различные методики борьбы с дронами.

Параллельно в медиа региона все чаще обсуждается финансовый аспект этого вопроса. В статьях катарского издания Al Jazeera отмечается, что страны Персидского залива сталкиваются с той же дилеммой, которая в свое время беспокоила Украину, а именно – как защититься от роя иранских беспилотников, не используя дорогостоящих американских или европейских систем ПВО.

В статьях описывают конкретные технические характеристики украинских БПЛА и методы их применения, параллельно сравнивая их с американскими системами ПВО и их стоимостью.


Разъяснения относительно технических характеристик и стоимости украинского дрона Sting / Источник Al Jazeera

Надо учитывать, что монархии Залива имеют такое количество денег, что могут позволить себе любые системы противовоздушной обороны, однако масштаб и регулярность налетов иранских дронов заставляет даже этих лидеров задуматься над ее удешевлением. И на этом фоне в этой нише у Украины банально нет конкурентов.

Но кроме чисто технических выкладок и своеобразного пиара украинских разработок, меняется и общее восприятие войны России против Украины среди государств региона. Ранее российское вторжение часто рассматривалось в арабских медиа как отдаленный европейский конфликт, что позволяло сохранять нейтральность в освещении войны и даже использовать формулировки вроде "украинский кризис", что очень нравится самим россиянам.

Сегодня же Украину все чаще представляют как потенциально очень ценного партнера по безопасности, прямо указывают на российские атаки по инфраструктуре, подробно описывают масштабы разрушений и количество жертв, что в конечном итоге меняет и общую тональность материалов об Украине и освещение проблематики российской войны.

Если для стран Персидского залива опыт Украины в противодействии "Шахедам" – это история больше о практической выгоде здесь и сейчас и, в конце концов, может отойти на второй план, если боевые действия в Иране вдруг завершатся, в Соединенных Штатах идея привлечения украинских специалистов для защиты американских военных баз имеет другой характер.

Фактически для Киева открывается новое окно возможностей для закрепления в американском обществе свежего нарратива об Украине как о государстве, которое, кроме того, что пришло защитить простых американских солдат, еще и может поделиться своим уникальным опытом и закрыть пробелы в той сфере, которую сами Штаты долгое время игнорировали или считали "не важной".

В центре этого изменения находится уже классический вопрос, который много лет оставался предметом острых споров в американской политике, а именно – является ли поддержка Украины стратегически важной для Соединенных Штатов, или же это очередной дорогостоящий внешнеполитический проект, вроде Афганистана. Особенно заметно эта дискуссия шла в правоконсервативном медиапространстве.

Стоит заметить, что действительно множество республиканских конгрессменов и сенаторов изначально поддерживали идею помощи Украине, однако изменение политической конъюнктуры с приходом Дональда Трампа заставила многих республиканцев пересмотреть или смягчить свою проукраинскую риторику, банально ради собственной карьеры и политической выгоды во внутренней политике США.

Таким образом накануне президентских выборов в США начали активно продвигаться тезисы, что поддержка Украины больно бьет по американским налогоплательщикам, а миллиардные суммы помощи, которые Трамп по своему усмотрению "округлял" в сторону добавления туда лишних 100 миллиардов долларов, постепенно снижали и популярность поддержки Украины среди республиканских избирателей.

И эскалация вокруг Ирана и массовое использование Шахедов против союзников США и, собственно, самих американцев начала постепенно смещать эту дискуссию. На крупнейшем республиканском телеканале Fox News после случайной демонстрации украинских перехватчиков под видом якобы американской разработки даже признали ошибку и прямо объявили, что "Украина нас прикроет".

Стоит напомнить, что это тот самый телеканал, где еще пару лет назад пророссийский пропагандист Такер Карлсон вел наиболее популярную программу с бесконечными нападками на Украину и лично Владимира Зеленского. Сегодня мы видим, как сам Карлсон попал в опалу к Дональду Трампу из-за критики его усилий в Венесуэле и Иране, а на Fox News появились положительные оценки украинских разработок.

В республиканской прессе пошли еще дальше, и в статье любимого издания Дональда Трампа The New York Post прямо написали, что наравне с Израилем, который прямо сейчас вместе с американскими пилотами выполняет сложные задачи в войне с Ираном, Украина так же заслуживает звания "образцового союзника США".

Автор прямо отметил, что Зеленский очень оперативно предложил свою помощь, тогда как Россия, согласно сообщениям, помогает Ирану разведданными для ударов по американцам, и "это важно держать в голове, планируя будущие переговоры с Путиным".


Дональд Трамп жмет руку Владимиру Путину перед встречей в Анкоридже / Фото Getty Images

В этом контексте в статье отмечается, что Украина, как образцовый союзник, заслуживает не только первоочередного доступа к американским разведданным, но и прямой военной поддержки со стороны США и более активную продажу оружия через европейских союзников. Автор даже напрямую обращается к администрации Белого дома с просьбой обеспечить Украину ракетами ATACMS и Tomahawk, чтобы цена продолжения войны для российской военной машины стала чрезвычайно дорогой.

В определенном смысле такая волна дроновых атак в Персидском заливе создает для американского общества момент некоего запоздалого осознания, что Украина уже несколько лет воюет с той самой угрозой, которая теперь начинает влиять на безопасность американцев и союзников США в других регионах мира. В то же время снова выходят на поверхность истинные намерения России, которая, очевидно, ведет едва ли не прямую конфронтацию со Штатами, как бы этого хотели не замечать в Белом доме.