Ад на земле: интервью с командиром взвода FPV "Лютым", который воюет на Константиновском направлении

Виктор Лукьянов (позывной – "Лютый") командир взвода FPV батальона БПС Black Raven 93-й ОМБР "Холодный Яр" в интервью журналистке 24 Канала Дарине Труновой рассказал о ситуации на самом тяжелом в настоящее время Константиновском направлении.

Именно там сейчас российские оккупанты пытаются продвигаться небольшими группами, массово применяют дроны, УАБы и тактику выжженной земли, а украинские подразделения сдерживают этот яростный натиск врага.

Какова ситуация сейчас на самом горячем Константиновском направлении? Готовит ли враг резервы для еще более масштабного наступления в Донецкой области? Ответы на эти и другие вопросы ищите в интервью с Виктором Лукьяновым.

24 Канал представляет текстовую версию беседы с военным.

Тактика выжженной земли и угроза для городов Донецкой области

Ваши ребята действительно сейчас на одном из самых сложных направлений несут службу, где как раз россияне пытаются наступать вблизи Константиновки. Больше всего атак врага именно там. Как удается вообще сдерживать их продвижение? Сколько там враг сосредоточил в целом сил и средств? И какие потери он несет ежедневно?

Враг сосредоточил на этом направлении очень большие силы, что по личному составу, что по технике. Кроме того, из-за плотной застройки у нас постоянно возникают проблемы с обнаружением противника и его уничтожением.

Фото – 93-я ОМБР "Холодный Яр"

Каким образом россияне пытаются продвигаться? Это небольшими группами? Или меняют тактику? Что они применяют?

Для них плотная застройка – это помощь. Они постоянно проникают небольшими группами по одному – по три человека. Где-то залягивают, начинают скапливаться, а затем проводят штурмовые действия.

Что касается их беспилотников, сколько их там на направлении применяют? Пытаются ли прикрывать свой личный состав или просто отправляют штурмовиков? Как они пытаются их прикрывать?

Все зависит от погодных условий, ведь для беспилотных систем это очень важно. Если погодные условия плохие, то мы не можем отрабатывать в режиме FPV. Так же не можем работать "бомбардировщиками", "крыльями", не можем отслеживать их передвижения. Из-за этого они, из-за плотной застройки, начинают скапливаться и проводят штурмовые действия.

Их подразделения не так сильно защищаются, как наши с помощью FPV-систем, но бывает, что "Рубикон" прикрывает штурмовые действия, применяя системы РЭП и тому подобное.

"Рубикон" работает в вашем направлении? То есть они подтянули туда свои элитные подразделения?

На этом направлении тоже. Они, так сказать, кочевники.

Интервью с Виктором Лукьяновым (Лютым) из Black Raven – смотрите видео:

Константиновка: мирные жители, эвакуация и бои в городе

Что касается самого города Константиновка, остаются ли там люди? Какова вообще там ситуация в городе? Кто-то остается, или уже почти все, кто мог, эвакуировались?

Люди еще оставались, но там очень большое скопление противника.

Постоянные стрелковые бои, постоянные зачистки ведутся из-за их большого скопления. И опять же, благодаря своим системам FPV противник блокирует нам прямой путь к Константиновке, поэтому сейчас очень трудно эвакуировать людей.

На этом же направлении россияне также пытаются использовать свою печально известную тактику выжженной земли, чтобы в городе не осталось ничего живого?

Да, конечно, это их тактика еще с самого начала войны, как это было в Мариуполе, как это было в Соледаре, в Авдеевке, в Бахмуте.

Фото – 93-я ОМБР "Холодный Яр"

Точно так же они сейчас поступают с Константиновкой. Затем Дружковка, и точно так же они уже начинают, так сказать, выравнивать почву для себя в таких больших городах, как Краматорск и Славянск.

Вы говорили о погодных условиях. Осенью и ближе к зиме погода будет играть нам как раз на руку? Как может измениться ситуация на фронте в связи со сменой сезона и погоды?

В связи со сменой сезона нам будет легче обнаруживать противника, потому что уже не будет зелени, которая сейчас играет им на руку и помогает проникать в наши позиции. А дальше мы сможем спокойно действовать, противодействовать и вести свои оборонительные действия.

Как вы думаете, на Константиновском направлении будет ли враг пытаться и дальше сосредотачивать свои усилия? Будет ли он пытаться наступать на этом направлении? Или, к сожалению, Краматорск также может подвергнуться штурмам?

Как только, не дай Бог, они возьмут Константиновку, это сразу же станет прямым путем к Дружковке, а от Дружковки – это уже наш славный Краматорск.

Поэтому для них сейчас очень важно взять именно этот город, чтобы открыть себе прямой путь.

Техника, дроны, УАБы и реактивные БПЛА

Что вообще оккупанты используют больше всего сейчас в технике и вооружении? Увеличилось ли количество какого-либо вооружения или беспилотников именно на вашем направлении?

Это, как всегда, легкая автомобильная техника, на которой они передвигаются, и мототехника – квадроциклы, мотоциклы, кроссовые мотоциклы.

Из FPV они используют крылья-камикадзе. Их сейчас стало очень много, но наши подразделения противодействия борются с ними, постоянно стараются уничтожить до того, как они подлетят к своей цели.

Опять же, очень большой проблемой для нас остаются УАБы, но благодаря успешным действиям наших подразделений РЭБ уже получается изменять их координаты и отправлять, так сказать, подальше от их конечной точки.

Можете ли вы назвать цифру, примерно сколько они запускают УАБов, в частности на вашем направлении?

Я не могу назвать вам точную цифру. Примерно это 100 УАБ.

Что касается другой техники, в том числе, и дронов. Сколько ударных дронов они, например, запускают сейчас в день?

Большое количество. И опять же, все зависит от погодных условий. Они могут запускать от 50 до 1000 в день.

Фото – 93-я ОМБР "Холодный Яр"

Чего тогда больше?

У них очень много экипажей, очень много личного состава, поэтому у них такие количества.

Что касается реактивных беспилотников, мы видим, например, что гражданские города, такие как Киев, второй день подряд подвергаются атакам реактивных "Шахедов". Увеличилось ли количество реактивных БПЛА на фронте?

Количество реактивных БПЛА у противника значительно увеличилось, а "мопедов" стало меньше. Они начали заменять их на реактивные, потому что "Шахед" имеет большую скорость. Опять же, наши системы противодействия, так называемые "пи*юны" (дрон-перехватчик P1-Sun, – 24 Канал), сейчас также совершенствуются для дальнейшего противодействия.

Логистика фронта: расстояния, снаряжение и эвакуация

Понимаем, что реактивных перехватчиков должно становиться все больше, но хотелось бы тогда понять, насколько вообще сейчас реально добираться до позиции, насколько трудно это делать, сколько приходится добираться пешком, сколько это уже составляет километров?

Если раньше нам для беспилотных систем почти всегда приходилось добираться на машинах до точки, то сейчас абсолютно все наши позиции находятся на расстоянии не менее 10 – 15 км, и нужно пройти это расстояние, чтобы добраться до своей точки и начать работу.

Фото – 93-я ОМБР "Холодный Яр"

Что касается снаряжения, продуктов – это нужно все носить с собой или пытаются доставлять?

Мы используем большие тяжелые бомберы. Так же используем для логистики НРК.

Ребята на себе несут максимум только то, что им нужно буквально на сутки-двое для обеспечения: еда, вода, какое-то минимальное снаряжение. Все остальное доставляется исключительно техникой.

Что касается эвакуационных групп, то здесь тоже хотелось бы понять, на сколько километров они могут подъехать? Или сейчас для эвакуации раненых чаще используется НРК?

Это зависит от расстояния от позиции до передовой и от того, где произошло то или иное событие.

Обычно, если это непосредственно передовой край, то мы используем исключительно НРК. Там пехотные подразделения помогают погрузить своих сослуживцев, а здесь мы уже встречаем их, оказываем первую помощь и далее передаем в госпиталь.

Фото – 93-я ОМБР "Холодный Яр"

Также мы видим, что наши ребята работают над логистикой противника за много километров от фронта, чтобы не доезжало топливо, не доставлялись ни продукты, ни вода, чтобы они не могли обеспечивать себя всем необходимым. Видите ли вы уже сейчас проблемы у них из-за этого?

Постепенно, прямо сейчас этого еще не видно, не ощущается, но постепенно их темп уже снизился. Так же у них экипажи FPV: когда мы начинаем выбивать их ПДП, они уже не так быстро восстанавливаются.

ПДП?

Пункт дистанционного пилотирования. То есть там, где сидят пилоты, находится их связь и тому подобное. Благодаря нашим пилотам мы их уничтожаем, и восстановлению он уже не подлежит. Чтобы его восстановить, им нужно уже до недели. Если раньше это занимало буквально полдня-день, то сейчас уже чуть больше.

Дрон-матка, FPV с носителей и удары по гражданскому транспорту

Сейчас в социальных сетях часто появляются единичные видео, как российские беспилотники несут на себе FPV-дроны, которые затем оттуда вылетают. Насколько чаще они стали это делать и является ли это действительно проблемой? Возможно, там встречались даже не два FPV-дрона на борту, а еще больше.

Это так называемая "матка". Мы также движемся в этом направлении. Сталкивались с этими носителями.

Они не могут нести очень большую боекомплектацию, поэтому они наносят удары именно по каким-то скоплениям военной техники или горюче-смазочных материалов, или по складам боекомплектации и тому подобному.

Фото – 93-я ОМБР "Холодный Яр"

Они используют большой дрон-матку для того, чтобы себя занести, а FPV отрабатывают с помощью этой матки, а затем "фпивишками" подтверждают свою отработку, и куда это потом попадет – непонятно.

Бывает, что потом отрабатывают по гражданскому автотранспорту, а их глушат или сбивают. Как вы думаете, какова цель таких тренировок с использованием гражданского транспорта? Это просто террор или запугивание людей для того, чтобы они начали говорить своим властям: "Может, давайте выйдем на переговоры" и тому подобное?

Но ничего из этого не выйдет, потому что у нас наш народ думает совсем по-другому, и мы будем бороться до нашей победы.

Оптоволоконные дроны, ждуны и методы обнаружения

Также не могу не спросить о дронах на оптоволокне. Насколько это до сих пор остается для нас проблемой? Насколько широко их используют?

Их уже стало меньше. Если взять, например, 2024 – 2025 годы, а сейчас 2026-й, то их использование уже сократилось. У них на оптике сидят ждуны, которые ждут там, когда будет проезжать наша техника или проходить личный состав, чтобы их задействовать.

Фото – 93-я ОМБР "Холодный Яр"

Эти ждуны – а что за дроны они обычно используют? Очевидно, не FPV?

FPV тоже. Именно на оптике так называемый их КВН, "князь Вандал Новгородский", какое-то такое у них название. Обычно именно этот дрон используется. Они для засад.

Насколько это также является проблемой для нас? Как тогда вы обнаруживаете такие дроны, ждуны?

Во-первых, мы отправляем на разведку, то есть мавики, для проверки состояния дороги. Нет ли мин, не заминированы ли эти дороги, опять же, не выставили ли там ждуны. Затем начинаем двигаться группами, оглядываясь по сторонам, прислушиваясь к небу, глядя в небо. То есть постоянно держим глаза и уши начеку.

Как присоединиться к подразделению: навыки, возраст, вакансии и подготовка

Как присоединиться к вам, как это можно сделать и какие, например, навыки нужно развивать в себе, чтобы управлять дронами?

Самый главный навык – это микроконтроль. Это, опять же, техническое понимание, умение работать с компьютерным оборудованием. А если речь идет о молодежи, то больше играть в приставки. Потому что это действительно помогает в микроконтроле: требуется высокая концентрация внимания, чтобы зрение постоянно было настроенно на мельчайшие детали и любые изменения.

Фото – 93-я ОМБР "Холодный Яр"

Когда вы совершаете полет на высоте, вам нужно видеть, может, здесь нет техники или ее здесь не было. Это нужно постоянно тренировать и наблюдать.

Каким должен быть условный возраст оператора дрона?

Идеальный – от 18 до 35. Но я хочу вам сказать, что лично у меня в подразделении есть парень, ему 44 года, и он достаточно хороший пилот и может даже молодым дать "под хвост".

А сейчас у вас какая самая актуальная вакансия?

Все зависит от потребностей: пилоты FPV, пилоты тяжелых бомбардировщиков, пилоты крыльев, а также мастера в нашей мастерской, которые помогают нам в настройке оборудования.

Хотелось бы понять, а женщины могут претендовать на все эти вакансии, принимаете ли вы их так же активно, если они идут добровольцами?

Да, конечно, могут. В нашем подразделении уже есть несколько женщин, которые работают в мастерских, так же в НРК-ротах есть женщины-пилоты, управляющие НРК-шками. Также в наших подразделениях есть женщины-пилоты FPV, и у них очень неплохо получается.

Фото – 93-я ОМБР "Холодный Яр"

Как вообще тогда проходит подготовка? Сколько времени, например, уходит на то, чтобы стать оператором дрона?

После базовой военной подготовки происходит специальная подготовка, она длится около 40 дней. А потом, когда после профессиональной подготовки их направляют уже к нам в подразделение, мы еще около 20 дней занимаемся, подгоняем пилота под наши потребности, под наше взаимопонимание, под наше оборудование и начинаем уже запускать боевую работу.

То есть вы учитываете пожелания, если человек приходит и говорит: "Я хочу работать исключительно на тяжелых бомбардировщиках"? Или вы подсказываете, где он может быть максимально эффективен?

Когда человек поступает в наше подразделение, мы вывозим его на полигон, он пробует все средства, которыми мы пользуемся и сражаемся. Что ему по душе – так и поступаем.

Мы направляем человека в это подразделение, он начинает там учиться и работать уже вместе с ребятами.

Тогда для тех, кто хочет присоединиться, как вас найти?

Есть сайт 93-й бригады. Там есть наши рекруты, которые занимаются этим и помогают с самого начала и до того момента, как вы попадете к нам в подразделение.

Это интервью было сокращено и отредактировано для лучшего понимания аудиторией.