О ядерных угрозах России и ее попытках обстрелять ракетами украинские города. А также о помощи Западных партнеров, в частности, системами ПВО и другим оружием рассказал советник главы Офиса Президента Михаил Подоляк в эксклюзивном интервью 24 каналу.

Интересно "Боль от санкций должны почувствовать все россияне": интервью с историком Камуселлой

Вышла статья в The Washington Post о том, что в войне России против Украины наступил очередной переломный момент. Кажется, этот раунд за Украиной. То есть выходит, что пока Путин готовился устроить Украине террор, аннексировал территории и пугал мир – он пропустил все, что происходит на украинских фронтах.

Это же Путин. Понятно, что Россия совершенно неадекватно воспринимает происходящее. Они все еще живут в 23 февраля и считают, что могут что-то кому-то говорить.

Вы же видели, что на днях Лавров, хоть мы и не должны обращать на это внимание, сказал, что они готовы сесть за стол переговоров, но не с Украиной нужно разговаривать, а России с США. Вы ведь понимаете абсурд этого заявления?


Лавров / Фото AP

Россия спонтанно зашла в маленькую страну и попыталась захватить здесь что-нибудь. Но 8 месяцев не то что не может это сделать, а над ней уже все смеются. Она проигрывает войну на фронтах, а также проигрывает пропагандистскую войну. То есть, Россия проиграла все, что можно. Они даже доказали, что у них нет армии и военно-промышленного комплекса.

Однако они продолжают говорить о том, что они такие мощные, что только с США будут о чем-то говорить. Но, дружище Лавров, ты иди сначала выиграй у маленькой страны войну, которую начал, потому что ты проигрываешь. И уже все понимают, что с тобой не о чем говорить.

Россия может вести переговоры на уровне Эритреи. И я об этом говорил с первого дня войны. Это была большая ошибка мира, что он гипертрофировал Россию и говорил, что это страна, с которой надо считаться, потому что она мощная, имеет деньги, энергоносители, ресурсы и армию. В то же время, мы говорили, что это страна на уровне Эритреи.
Поэтому этот Лавров может вести переговоры только на таком уровне. Хочу подчеркнуть, что Россия должна дойти до финала и быть максимально унижена, чтобы искупить войну. Она должна пройти трансформацию.

А Украина сегодня генерирует ключевые порядки и показывает, как нужно себя вести и какие инициативы проговаривать. Поэтому условно у нас есть G8. И, кстати, Алексей Резников (министр обороны – 24 канал) сегодня сказал, что мы де-факто являемся членами НАТО.

Все цели войны, которые ставила перед собой Россия, исполнены ровно наоборот:

  • Во-первых, мы сегодня страна полная националистов – людей, искренне любящих свое государство.
  • Во-вторых, у нас есть проблема с демилитаризацией России, но мы это выполняем.
  • В-третьих, мы фактически являемся членами НАТО и ключевым элементом европейского контура безопасности. Да, эту цель мы не ставили, но она может быть проговорена.

Вы говорите, что вас удивило то, что Лавров хочет говорить с США, а я ему в шутку это предлагала раньше. Они ведь постоянно говорят, что хотят мирных переговоров, но почему-то говорят, что Украина под руководством США.

Давайте будем возвращать россиян на землю и в прямом, и в переносном смысле: их армию в землю, а Лаврова – "на землю", потому что он не может ни с кем вести переговоры вообще.

Сейчас у США есть официальная позиция о том, что персонифицированно Путин является ответствененным за военные преступления. И это принципиально для юридической матрицы всего мира. К Путину именно так и должны относиться.

Россияне еще будут определенное время "пыжиться". Они воюют иранским оружием, потому что своего у них нет, лишь определенное количество крылатых ракет. Это ключевой навык России – все украсть, так что пусть они воруют дальше.

Вообще нет смысла говорить с Россией. Мы это должны запечатлеть в памяти и всем говорить. Россия должна проиграть, это ключевое и важно для мира. Потому что Россия все международное право выбросила на помойку, и сегодня Украина пытается вернуть эти правила, в рамках которых может существовать мир.

Речь идет не только о безопасности и суверенитете, но и вообще об отношениях между странами. Кроме того, Россия должна проиграть, потому что такие государства, ничего из себя не представляющие, не могут существовать.

Это как на улице интеллигент и гопник, это аналогия. Ибо интеллигенты, даже если они знают каратэ, не могут просто так ударить человека. А у гопника ничего в голове нет, он выглядит пьяным и малоинтеллектуальным, как Лавров. И мир привык, что Россия может себя так вести.

Здесь Украина, хотя мы интеллигентные, образованные и вежливые, решила поставить этого гопника на место. И мир должен признать, что Украина это делает, и нам нужно немного помочь.


Михаил Подоляк / Фото ОП

И, наконец, третье – ключевое – если Россия не пройдет через внутреннее покаяние и политическую трансформацию, то она будет постоянно тем или иным способом терроризировать мир. Если она не выиграет войну, но и не проиграет, например, не пройдет через политическую трансформацию, то будет генерировать другие идеи, где натворить еще, взбудоражить людей или где еще кого-то атаковать.

Они тогда будут атаковать как Алеппо, потому что поняли, что войну "армия на армию" вести не умеют. А войну, когда у людей нет ПВО, а у них много крылатых ракет и самолетов – умеют, потому что могут снести Алеппо с лица земли. Вот это все нужно закончить, и мы к этому постепенно идем.

Поговорим о том, как сейчас трансформируется мир. В телеграм-канале Скабеева ссылается на Лаврова: "Заявление Байдена по поводу неготовности к переговорам с Путиным не осложняет международную ситуацию, поскольку хуже уже быть не может". И сразу госпожа Скабеева вероятно от себя добавляет: "А если хуже быть уже не может, то получается, что теперь только лучше? Вероятны ли ядерные нюансы?"

Я даже не знаю сколько нужно, чтобы работало врачей, потому что это анализировать невозможно. У нее будет не ядерное, а трибунальное будущее. Оно очень и очень положительное, то есть этот человек будет юридически отвечать. Это уже очевидные вещи. Поэтому пусть они все это проговаривают – это фиксация преступления во времени. Они его фиксируют каждый день: что-то делают, говорят, кричат ​​"Давайте убивать людей", "Пусть люди замерзают от холода". То есть конкретные геноцидные вещи они проговаривают и так фиксируется то, что они делают это умышленно. Это очень важно.

Нет России как ключевого субъекта международного права и глобальной политики. Есть маленькая страна с экономической точки зрения, большая – с точки зрения своих понтов, у которой еще есть определенное количество советского оружия. Поэтому демилитаризация – это ключевой параметр. Этим занимается Украина. А по поводу денуклеаризации – возвращение России к здравому смыслу – об этом позаботятся ядерные государства.

Кстати, вчера или позавчера прозвучал ряд заявлений. К примеру, и Столтенберг, и Байден четко сказали, если Россия попытается хотя бы подумать прикоснуться к "кнопке", которой запускается тактическое ядерное оружие, даже не стратегическое, то будет ответ в физическом смысле. В частности, если она это попытается сделать на территории Украины, то будет ответ, и НАТО будет принимать непосредственное участие в предоставлении очень понятного для России ответа.


Байден / Фото Shutterstock

Мне кажется, это начинает существенно снижать ядерную риторику. То есть Россия понимает, что никто не позволит ей выйти из доктрины ядерного сдерживания, потому что это запустит очень страшные процессы – Северная Корея уже сегодня говорит, что у нее есть "грязные" ядерные бомбы и она может их использовать. Потому никто не позволит России это сделать.

Мир долго считал, если говорить о цивилизованной части мира, а не о Эритрее, что Украина может победить тактически, но Россия может не проиграть. Сегодня мы подчеркиваем, что Россия должна проиграть и мир постепенно к этому идет. Об этом свидетельствуют и жесткие заявления Байдена, и жесткое коммюнике G7, что было два дня назад, и проговаривавшиеся позиции на "Рамштайн" и, безусловно, отношение мировых медиа к России.

В мире доминирует концепция, что Россия точно может проиграть – это ключевое. Это перелом мировоззрения, которое некоторое время мешало нам получать и оружие, и помощь, и верить в то, что мы до конца дожмем Россию.

Джо Байден и Лиз Трасс говорят, мол, только попробуйте. А вот Макрон говорит, что не будет отвечать, если Россия ударит по Украине.

Господин Макрон интересный человек. Смотрите, это не вопрос личного желания или нежелания Макрона. Это вопрос ответственности страны под названием Франция. Макрону надо бы понять, что он не может так разбрасываться, мол, мы будем отвечать или нет, может, мы сядем за стол переговоров или я еще пару раз позвоню Путину и о чем-то с ним договорюсь. Нет.


Макрон / Фото Britannica

Позиция Байдена и Трасс совершенно четкая. Это ядерные державы, представители так называемого ядерного клуба. Они четко понимают, что после Карибского кризиса была наработана та же доктрина, к которой затем присоединился договор о нераспространении ядерного оружия. Сломать это означает, что мы хаотизуем мир и у нас начнутся десятки или сотни малых и больших конфликтов, в которых будут использовать то или иное ядерное оружие. Нет разницы: формально или неформально государство получит его, купит на черном рынке и т.д.

Если Макрон этого не понимает, к сожалению, это должна понимать Франция. Есть историческая ответственность – ты не можешь говорить, что угодно, потому что это может спровоцировать большой и мощный кризис.

Когда у нас спрашивают, как вы будете отвечать на угрозы России ядерным оружием, я говорю, что это не ответственность Украины. Украина – неядерное государство, у нас нет ядерного оружия. Мы не говорим и не эскалируем на ядерной тематике. Мы вообще не эскалируем и не начинали войну.

Мы говорим только две фундаментальные вещи:

  • суверенитет,
  • международное право.

Это основные вещи, на которых строится этот мир. Мы должны их вернуть и не можем отдавать свой суверенитет.

Война идет на нашей территории. Она не спровоцирована нами и мы имеем все законные основания освобождать свои территории – делать все, что угодно, включая использование любой техники, для того, чтобы освободить свою территорию.

Это ключевые вещи и мир должен понять, если он хочет жить спокойно дальше – сидеть в Эльзасе и есть круассан, то должен позволить Украине помочь. Не разрешить, нам не нужно разрешения, мы все сделаем сами, нам нужна помощь, потому что здесь стоит монстр, 10-летиями накапливавший оружие. Мы говорим: "Помогите вернуть вам, даже не нам, стабильность, чтобы вы ели эти круассаны в Эльзасе".

Очень странная история. Если они не готовы отвечать за это ядерное оружие и брать на себя ответственность, то зачем брали ядерное оружие и стали страной, которая должна это гарантировать?

Относительно целей "спецоперации", в России говорят, что они не изменились, но они несколько видоизменились, потому что сначала было – "Возьмем Киев за 2 дня", а теперь – "Давайте оставим Украину хоть на день без света". Изменились ли цели у наших партнеров – от момента "Давайте дадим Украине что-то для самообороны" до момента "Давайте дадим необходимое для победы в этой войне"?

Цели "спецоперации" не изменились. Они звучат так: денацификация, демилитаризация, денуклеаризация и главное децентрализация России. Я считаю, что не все регионы России должны жить под эгоистическими властями Кремля – это первое. Второе – все регионы должны посмотреть, как они получают доход – не отдают ли они слишком много Москве, потому что некоторые регионы выглядят крайне плохо. Но оттуда забирают людей на войну, которую ведет Кремль, а не эти регионы. Поэтому децентрализация очень важный аспект. Цели те же, мы просто должны все правильно закончить.

Относительно целей наших партнеров. Массированные каскадные ракетные обстрелы, которые были 10 – 12 октября, совершенно четко изменили ключевые цели наших партнеров. Эти цели теперь звучат следующим образом.

Во-первых, максимально быстро помочь Украине закрыть небо. То есть найти какие-либо возможности и системы ПРО и ПВО для того, чтобы закрыть небо, потому что Россия не может вести войну на поле боя и откровенно атакует гражданское население и критическую инфраструктуру.

Безусловно, Запад понял, что бессмысленно говорить об этом с Россией. Ибо когда им говорят: "Что вы делаете? Вы же террористический тип войны ведете – сражаетесь с центрами гражданских городов, наносите удары по городам, где живут общины, то есть бьете не по военным". Но Россия этого не слышит, поэтому мир решил помочь Украине максимально эффективно закрыть небо.

Мир четко понимает, что существовать в современном виде Россия не имеет права, ведь она постоянно будет пытаться разогнать войну в том или ином регионе. Мир также понимает, что война должна закончиться справедливо – военные преступники должны сидеть на скамье подсудимых.

Это важные вещи – мир наконец-то понимает, что Украина действительно защищает не только свою территорию, но и ключевые основные ценности, которые важны для Европы.

Европа понимает, если Украина проиграет, то к ним придет огромный хаос – энергетические, миграционные проблемы. В Европе сегодня немного об этом говорят, но эти проблемы могут масштабироваться десятикратно или стократно. Мир понял это, а потому изменил подходы к поставке оружия и моральным оценкам.

Вы вспомнили о массированных обстрелах Украины и не секрет, что террористы поднимают ставки перед переговорами. Здесь все совпало: с одной стороны – массированные обстрелы, теперь россияне задерживают граждан Украины в России. Вчера Скабеева гордилась, что ФСБ задержала множество украинцев, поэтому теперь выходит так, что они выдают нас за террористов.

Это стратегия и россияне планируют продавать эту стратегию миру. Они усилили свою риторику. Особенно в начале этой недели стали говорить, что мы террористическое государство. Это определенно выглядит немного странно и в мире все это понимают.

Керченский мост – это не наша история, это совершенно точно история российских спецслужб. Конечно, нам выгодно, что это началось, почему: даже такие эксцессы говорят о том, что россияне теряют контроль внутри своей страны.


Последствия взрыва на Крымском мосту / Фото из телеграма Виталия Кима

Массированные обстрелы территории Украины, россияне готовили несколько недель. Им нужно было накопить определенное количество ракет, рассчитать цели – это не работа одного дня.

Но давайте вернемся к терроризму, это очень важно. У меня вопрос к тем украинцам, которые в 2014 году переехали в Россию – надо же было понимать, что это страна-варвар. "Вы хотели там деньги заработать, вам негде было их искать в Украине?". Это выбор и нужно платить цену. Особенно после полномасштабного вторжения в Украину я не понимаю, зачем там оставаться.

Что касается терроризма, Россия хочет продать эту концепцию, мол, Украина – террористка на самом деле. Кое-где и западные журналисты подхватывают этот тезис.

Вы знаете, что странно – Россия 24 февраля заходит на территорию Украины и начинает масштабно бить по гражданской инфраструктуре. То есть это не терроризм? Крылатые ракеты, которые летят в Запорожье, в Николаев – не терроризм? Когда Россия бьет по ТЭЦ-5 в Харькове – это не терроризм? Когда Россия убивает детей в прямом эфире, это не терроризм, все нормально.

А какую-то Дугину, которая не имеет отношения к Украине, и подрывается там, где ФСБ контролирует все, – это по вашему терроризм, это поражает.

Но мне кажется, что все эти попытки России сказать, что Украина-террористка – не будут иметь никаких последствий. Все понимают, что Украина – современное и прозрачное государство, которое абсолютно эффективно воюет на поле боя и дает возможность видеть все миру вживую, чтобы все наконец поняли зверскую сущность России.

Мы не планируем каких-либо терактов, они нам не нужны, потому что мы крайне эффективно воюем на своей территории. Почему теракты вообще возможны где-то – какая-то маленькая этническая группа, не имеющая возможности воевать на поле боя, через теракты – демонстрирует свои требования к миру. Украина имеет мощную армию и широкую линию фронта, поэтому мы можем уничтожить нужное нам количество россиян именно на поле боя.

Россияне по этому террористическому сценарию запустили Вторую Чеченскую войну, а сейчас мы знаем, что оккупанты планируют теракты на собственной газотранспортной системе, чтобы иметь "основание" ударить по нашей и не пропускать в Европу газ вовсе. Я хочу подчеркнуть – Россия совершает на своей территории и фиксирует конкретные военные преступления или преступления против человечества.

Почему я вспомнила о том, что террористы обычно поднимают ставки перед переговорами – потому что мы помним, что 15 ноября пройдет встреча G20. Якобы туда пригласили Путина и он туда даже приедет. Я к тому, что в случае, если он решится поехать туда, с какой идеей он может туда прибыть?

Он может пытаться убедить мир во что бы то ни стало, но он уже расставил все акценты за все месяцы войны. Путин может только продемонстрировать свой низкий уровень интеллекта и поведать, что Украину Ленин основал.

Он абсолютно искренне выходит на энергетический Форум и говорит о том, что Европа сама отказалась от российского газа и потому там все замерзнут.


Путин / Фото росСМИ

Он может приехать, но я задам вам вопрос: а о каких переговорах с Путиным вообще можно говорить и кто именно может вести эти переговоры?

Я так думаю, что он хочет там встретиться либо с президентом Зеленским, либо с президентом Байденом. Хотя я не понимаю, о чем Путин может с кем-то говорить. Потому что интересующие мир вопросы он не готов поднимать.

То есть Путин готов прийти и сказать: смотрите, я здесь все проигрываю, я выгляжу как, скажем…

"Если вам кажется, что я проигрываю, то вам не кажется. Но если вы думаете, что я это признаю, то нет!"

Да! Приходит такой проигрывающий человек, 8 месяцев воюет и, очевидно, не выигрывает войну совершенно точно. И он такой говорит: вы знаете, а я предлагаю переговоры, чтобы вы признали, что Россия самая сильная страна мира, и отдали все, что я хочу.

"Прекратите нас унижать"!

Да, а мы предлагаем, кстати! Мы им предлагаем: давайте перестанем вас унижать – для этого только сами добровольно сложите оружие и отойдите к границам Украины. Нет вопросов.

"На более выгодные позиции".

Более того, я лично выйду и скажу, что вы провели крайне выдающееся отрицательное наступление. То есть вышли к границам Российской Федерации. Оружие оставьте, и мы точно в спину, как вы, стрелять не будем. Более того, мы просто будем стоять, если хотите, даже дадим вам воды с собой. У вас там, может быть, будут какие-то проблемы уже в Российской Федерации. Мы это сделаем, мы не будем вас унижать.

Более того, мы можем выйти и сказать, что вы действительно большая страна. Но вы должны пойти на революционные процессы у себя. Потому что мы считаем, что в таком виде, как вы сегодня существуете, вы создаете большую опасность для мира и особенно для Украины. Мы считаем, что вы должны пройти через ряд обязательных внутренних процессов. Да, но мы с уважением это скажем. Хотите, я вообще буду на вы только обращаться к ним, комментировать все в положительном смысле.

Все. Но давайте серьезно. Путин не может доминировать. Он не может формировать повестку дня. Он не может никуда приехать и что-то кому-то предлагать. Путин может получать только ультимативные требования. Но он этого еще до конца не понял.

Он еще хочет приехать с ультимативными требованиями и сказать: а давайте мы все же вместе с вами, со странами G20, попробуем надавить на Украину, заплатившую невероятную цену за то, что борется за свою свободу. Давайте, мы их все же заставим нам, проигравшей войну стране, отдать определенный ряд территорий. Например, вы уже рейдернули ЗАЭС. Пусть они нам отдадут ЗАЭС. То есть, Запорожскую атомную электростанцию. Нажмите на них. Потому что мы не можем нажать.

Знаете, я вам скажу парадоксальную вещь. На мой взгляд, все, что я вижу сегодня по развитию войны, – России безразличны Донецкая и Луганская области. Они им не нужны. Они готовы отдать их. Они хотят только забрать только маленький клочок под названием часть Запорожской области, где находится город Энергодар, для того чтобы украсть у нас Запорожскую атомную электростанцию. Это единственное их желание, которое на сегодняшний день осталось.


Запорожская АЭС / Фото "Энергоатом"

Потому что защищать, например, Донецкую область они могут только определенное время, пока там воюют все зеки, которых они набрали в колониях. Это единственное направление – Бахмутское направление, где эти зеки воюют. И за ними стоят заградительные отряды. Классика. Российская классика. У нас уголовники все, штрафбаты, а позади за нами заградительные отряды. Вот сейчас мы видим уже 42 или 43 год. А они даже оружие туда 40-х годов подтягивают.

Я так понимаю, что президент Зеленский не поедет лично на G20. Если будет выступать, то будет выступать онлайн, как он это делает. Но если бы представить встречу Зеленского и Путина? Потому что все говорят о том, что можно было бы задушить Путина просто руками.

Представить можно все, что угодно. Это же человечество, фантазия у нас очень большая. Но мне кажется, что Путин сам не захочет такой встречи. Потому что Зеленский гораздо более мощный с точки зрения волевых качеств. Он гораздо жестче. Он гораздо более принципиальный. Он гораздо более колючий, если так можно сказать. И с ним очень тяжело.


Зеленский / Фото Офис Президента

Путин же привык к чему? Путин привык к тому, что его репутация пригибает людей. Они опускают голову и слушают Путина. Они не могут ничего говорить, потому что магия фамилии Путин была очень мощной, демонической магией.

А тут, простите меня, зайдет человек – через минуту Путин будет чувствовать себя крайне неуютно. У него будут мокрые штанишки. Потому что ему не поздоровится смотреть на господина Зеленского. Потому эту встречу можно представить. Здесь вопрос в другом. Захочет ли Путин выглядеть в глазах всего мира таким униженным и таким маленьким? Нет.

Я думаю, даже если бы такая возможность была, Путин категорически откажется от этого. И знаете что? Он где-то подсознательно начинает понимать. Почему он сегодня в панике? Он где-то подсознательно понимает, что он достаточно простой человек, примитивный с точки зрения анализа, с точки зрения возможностей интеллектуально обосновать свою позицию, психологически поддавить собеседника. Всего этого у него не было. У него было другое – искусственно созданный образ, репутация, которую нужно было бояться. Боялись репутации, а не самого Путина. Поэтому переговоры ему было вести очень просто. Ты приходишь, репутация уже все сделала на 90%, тебе нужно будет просто ритуально что-нибудь зачитать.

Сегодня, и он чувствует это, нет репутации. То есть, нет того щита, который закрывал его. Сегодня есть такой достаточно простой, серый человек, который не может ничего никому доказать. Я думаю поэтому представить эту встречу я могу. Но я не могу предположить, что Путин на нее согласится.

Смотрите полное видео с Михаилом Подоляком на ютубе 24 канала:

Я почему спросила о G20? Потому что вспоминается состоявшееся заседание ООН. И Россия там очень хотела, чтобы страны-члены голосовали в закрытом режиме за аннексию Россией украинских территорий. Если вроде бы никто не будет знать, как кто проголосовал, то тогда, может, все поддержат Россию. 117 стран не согласились с предложением. 13 стран сказали: хотите в закрытом, давайте в закрытом – нам все равно, как голосовать.

Что интересно, я обратила внимание на то, что Индия была среди этих 117, а не среди 13 стран. Индия ранее воздерживалась от подобного рода голосования. Индия, мы знаем, покупала у России энергоресурсы, покупала на большие деньги и покупала с бешеными скидками. Но тут Индия начала тоже так, мне кажется, ножкой отпихивать Россию от себя.

Очень-очень верное замечание. И важное. Немногие обращают внимание на такие маленькие детали, которые крайне важны. Я же говорю о том, что мир постепенно меняется. Совершенно постепенно. И Европа меняется, и Индия меняется. А особенно на Индию повлияли ядерные угрозы, которые себе позволил и Путин, и вся эта его свора, которая его обслуживает, информационно я имею в виду.

Безусловно, это испугало Индию. Потому что Индия теряет много денег, много своего ВВП на том, чтобы построить устойчивую цивилизацию. Индия не хочет сгореть в ядерном пепле, о чем говорит Российская Федерация. И потому, имея такого соседа, как Россия, безусловно, Индия хочет подальше от него отойти.

Более того, Индия понимает, что Индия все-таки старая цивилизация. Она понимает, что река бежит, а враги постепенно в этой речке плывут куда-то. А ты сидишь себе, как старая цивилизация на берегу. Индия понимает, что с точки зрения исторической перспективы в таком виде Россия не сохранится, ее не будет. И Путина не будет, и всех этих людей, которые сегодня грозно топают ножкой. Их не будет. Индия будет, а их не будет. Исторически нужно выбрать правильную сторону. Исторически это всегда правильно. Потому что ты тогда получаешь больше возможностей, больше сможешь получить от партнеров. И это важно.

Мне почему-то не понятна определенная позиция Китая, например. Он мог так же занять нишу Индии. То есть страны, которая уже отчетливо начинает определяться с исторической точки зрения. Потому что и Китай, и Индия будут жить значительно дольше, чем все, что сегодня предлагает Российская Федерация. России в таком виде точно не будет – через год, через два.

То есть это с исторической точки зрения вообще не время, понимаете. Это мы просто живем каждый день в трагедии, и для нас каждый день растянулся на столетия. Это понятно.

А для других стран, особенно таких, которые имеют огромную мощную личную историю, для них год – два ничего не стоит. И потому они понимают, что России не будет. Зачем делать ставку на того, кого нет. Он для них мертв. Для Индии Россия Путина мертва.

Я понимаю, что есть праздник День мертвых в Мексике, но даже Мексика, мне кажется, сегодня не сделает ставку на мертвую Россию. Поэтому это все кончается.

Но вы знаете, здесь есть один нюанс – это вопрос, что мы хотели бы, чтобы это было за день, за два. Вот как мы 24-го (февраля – 24 канал), мы уже готовы были стоять до конца, мы уже приняли для себя все решения, мы уже сделали все, что нужно, и морально подготовились к этому. Но мир – это мног стран, постепенно меняющиеся в своем отношении и к России, и к войне, и главное – к Украине.


Подоляк / Фото ОП

По-моему, Индия очень быстро изменила мнение. Ведь еще 18 сентября премьер-министр Индии Моди приезжал на встречу к Путину. Тогда он ему сказал, что не время для войны. Похоже, именно тогда Путин ему пообещал, что не будет террора граждан. Мол, "мы там повоюем, но мы не будем стрелять по всей территории Украины". Это также могло повлиять, что он нарушил свои обещания.

Я думаю, что есть много оснований, чтобы на Россию не обращать внимания. Это одна из них – то, что вы говорите. Ввиду того, какая религия – индуизм, буддизм – доминируют в Индии. Это несколько иное, чем шаманизм, к которому имеет отношение господин Путин. Там, где культ мертвых.

Так что, безусловно, для Индии нет смысла поддерживать даже в экзистенциальном смысле Российскую Федерацию. Это очевидно.

Но я более прагматично на это смотрю. Я смотрю исключительно через призму математики, экономики. То есть понятно, что Россия – это не мощная экономика. Понятно, что Россия сегодня постепенно деградирует, максимально деградирует. Разумеется, Россия будет вынуждена продавать только примитивные энергоносители, то есть не будет никакого технологического продукта.

Так что с этой страной нет смысла стратегически о чем-то договариваться. Ты эти энергоносители в любом случае купишь на рынке. Это нормально. Ты будешь платить ту цену, которую нужно, и получать их. Да, ты можешь воспользоваться определенным временем – Индия воспользовалась этим – когда можно дисконтную цену получить. Ну все, нормально, воспользовались.

Но с точки зрения математики нет смысла сотрудничать с аутсайдерами. Ибо они будут наносить вред твоей репутации, твоей способности работать с более высокотехнологичными цивилизациями. За счет того, что ты общаешься с этим людоненавистническим государством.

Но в это же время они тебе не могут предложить ничего технологичного. То есть нет никакого смысла сотрудничать с Россией в любых измерениях. Я об этом, кстати, представителям других стран постоянно говорю: смотрите, вы же учитывайте, как будет дальше.

У вас есть Российская Федерация, которая накопила даже плохое оружие. Много, да, большое количество. Но это советское оружие. Они вас обманывали, когда рассказывали, что у них такой мощный военно-промышленный комплекс. У них такая просто сверхсовременная техника "аналогов нет" – "Арматы", "Сарматы", "Посейдоны" и т.д.

Как выяснилось, ничего нет. И все российское оружие крайне неудачно. Зачем вам с ней сотрудничать? Чтобы брать нефть? Вы и так возьмете нефть на рынке.

Напротив, если вы будете игнорировать какие-то политические тренды возле Российской Федерации, то нефть будет стоить гораздо дешевле. Намного. Все, что производит или добывает Российская Федерация, это дешево может быть, если вы перестанете подыгрывать их политическим этим интригам.

Не будет интриг – не будет цены дорогой. Не будет газа по 2 тысячи долларов за 2 тысячи кубометров. И мы это объясняем. Как раз все это и привело к тому, что этот монстр нарастал. Потому что другие страны велись на то, что Россия обещала дешевую газовую монополию. Вы себе такое как представляете?

Да, на короткое время будет дешевый газ. Дешевый, потому что они заходят и вытесняют все, что можно, все другие альтернативы. Но дешевых монополий не бывает – это аксиома. Дешевые монополии приводят к войне или резкому удорожанию той или иной цены, с чем сегодня Европа и столкнулась. Поэтому давайте делать выводы. Индия показывает совершенно верное направление этого мышления.

Еще несколько слов по Китаю. Мы помним о начале войны, помним о том, что тогда ходили слухи, что Китай сказал, мол, пока Олимпиада продолжается, нельзя начинать военные действия. Такое говорили тогда. Путин не дождался Паралимпиады и пошел на Украину войной.

Теперь говорят о том, что Китай выдвинул такой ультиматум России, что если она до 15 ноября "что-то не сделает", чтобы закончить эту войну, то на G20 ее не хотят видеть. Вопрос в том, действительно ли Китай ставит такие ультиматумы России? И что будет тут делать Путин?

Я не очень люблю конспирологию и такие теории заговора. Я вернусь к концепции, которую мы только что обсудили. Это концепция, что каждая страна должна смотреть в стратегическую перспективу. У России нет никакой стратегической перспективы. Я имею в виду, что в сотрудничестве с Россией или ее поддержке нет стратегической перспективы. Это невыгодно в любых смыслах.

Россия в любом случае проигрывает, Россия в любом случае будет государством, приходящим в упадок. Россия в любом случае не прибавляет стоимости ни одному мировому проекту.

Я не хочу отдельно говорить о Китае, об Индии или о других цивилизациях, имеющих большую историческую перспективу. Для мощных цивилизаций нет никакого смысла равняться на Россию, что-то от нее ждать, вести с ней какие-то разговоры. Сегодня это нужно понимать.

Наоборот, если у вас есть возможность забрать ряд их ресурсов, заберите ряд их способностей. Я имею в виду – купите по дисконтной цене. Это понятно. Но не делайте на них ставку. Это невыгодно, прежде всего, для великих цивилизаций, к которым относится и китайская. Это невыгодно.

Выгодно наоборот – делать ставку на победителей, на людей, готовых до конца стоять за определенные ценности. Ты можешь эти ценности не разделять, но уважать ту волю, которую демонстрирует Украина. Ты должен понимать, что с Украиной перспективно.

Не хочешь поддерживать материально, участвовать как-нибудь в экономике Украины – не поддерживай. Но точно не делай ставку на проигравшего такой стране, как Украина. Это ведь очевидные вещи. Мне казалось, что для этого достаточно интеллекта, который есть у таких великих цивилизаций, как китайская.

Давайте подождем немного. И мне кажется, что Китай, равно как Индия, будет постепенно делать правильные шаги.

Тогда давайте уже не о них, а о нас. Я имею в виду о "Рамштайне", о G8 и о НАТО. Потому что Рамштайн у нас длится второй день, и вчера ходили слухи, будто решение о ATACMS одобрено.

Я к такому отношусь осторожно, чтобы не сорвать переговорный процесс. У меня вообще на этот счет есть личные правила:

  • Первое – государства, которые нам что-то передают и говорят об этом публично, они должны об этом сказать первыми. Это важно – страна должна чувствовать, что она нам помогает.
  • Второе – переговоры сложные, мы уже имеем определенные результаты передачи нам систем ПВО и MLRS дополнительно от других стран. Но пакетно об этом должны сказать по результатам "Рамштайна". Когда все закончится, выйдет представитель делегации, в частности, г-н Резников, который все по позициям расскажет, согласовав это с партнерами.

Это правила, это прозрачность, это говорит о том, на каком уровне находится Украина. Мы не занимаемся какими-либо теневыми сделками, мы прозрачны и осознаем то, как нам помогают партнеры и мы готовы дать им право "первого слова".

"Рамштайн" очень положительный, это совсем другой тип. Концептуально все приняли решение о том, что Россия должна проиграть. Как это будет происходить? Это будет тяжело, ведь у России еще есть определенные военные способности, та же мобилизация.


Заседание "Рамштайн" / Фото Минобороны Украины

Будет тяжело, но у Украины нет другого варианта, кроме как дойти до своих границ. И это, наконец, в полном объеме понимают наши партнеры. Я понимаю, что они иногда будут вспоминать переговоры, дипломатический процесс, но есть объективная реальность.

7 месяцев назад мы кричали, чтобы нам закрыли небо над Украиной, и теперь через 8 месяцев мы говорим о том, что это могут сделать.

Мы в войну, а здесь взрослеешь гораздо быстрее, чем все окружающие. Если бы они с первого дня видели то, что и мы с первого дня лично видели: глаза и слезы детей, сидящих в подвалах, наши города, возможно, было бы иначе. Мы уже давно взрослые в этой войне, а другие доходят до этого.

На днях прошла первая встреча министров обороны НАТО. Там уже присутствовали представители Швеции и Финляндии, а также министр обороны Украины Алексей Резников. Он там сказал, что мы де-факто в НАТО.

Это даже не оговаривается. Я не понимаю, кто еще может сомневаться в этом. Мы быстро перешли на стандарт натовского оружия, используем его, наши ребята тренируются, чтобы эффективно управлять практически всеми видами стандарта НАТО.

Далее мы переходим на правила и типы ведения войны, практикуемые странами НАТО. То есть, мы готовы к тому, чтобы быть обязательным членом Альянса. Подчеркну – обязательным, потому что опыта современной и интенсивной войны, который имеет наша армия, нет больше ни у кого.

Кроме того, украинская армия доказала, что она абсолютно современна и эффективно проводит маневренно-оборонную тактику, эффективно контрнаступает и использует все высокотехнологичные вооружения, включая спутниковые системы наведения.

Поэтому мне кажется, что для Европы крайне позитивно иметь Украину в НАТО, это повысит уровень безопасности в Европе и боеспособность Альянса. И наши партнеры понимают это.

Но здесь вопрос не в том, примут ли нас в НАТО или нет – это не обсуждается, мы точно там будем, это будет короткий срок, когда мы вступим в Альянс. Просто партнеры привыкли к определенным правилам. Это Россия может все нарушить и сказать, что она хочет так поступать. А партнеры хотят соблюдать эти правила. Поэтому мы понимаем, почему они прямо не говорят, что Украина будет членом НАТО.

Кстати, на днях была фантастическая статья господина Борреля, где четко расставлены акценты. Он взял на себя определенную ответственность за то, чего они не делали до начала войны. И он говорит о том, что правила нужно менять. Поэтому я считаю, что правило о вступлении в НАТО для Украины тоже изменится, потому что мы доказываем, что имеем право пройти немного быстрее этот процесс, заплатив за это фантастическую цену.

Мы же едва ли не единственная страна, которая говорит, что за нас не надо вступаться, дайте оружие и мы сами все сделаем. Поэтому мы очень выгодная страна НАТО.

Я бы не сказал о выгодности, нам помогают партнеры. Но Украина – это уже взрослая история. Мы будем платить и делать все сами. Мы сможем это сделать, потому что мы себя знаем. И даже если у нас ничего не будет, мы будем умирать, но дойдем до конца.

Вот Лиз Трасс заговорила об экономическом НАТО. Что подразумевается и мы уже де-факто в нем?

Нет, это пока начальные разговоры. Надо понять, что это будет и как это выглядит, потому что украинская экономика разрушена существенно, а это отражается и на Евросоюзе и других странах.

Поэтому нужно продумать более действенные и быстрые модели, чтобы компенсировать не только то, что разрушено, но и экономику – то есть перекрывать определенные отрасли, которые больше всего страдают от войны. То есть, нужно быть более оперативными в принятии решений и менее бюрократизированными. Вот об этом говорит госпожа Трасс.


Лиз Трасс / Фото Твиттер Лиз Трасс

Напоследок спрошу о G8. Потому что мы на это не обращали внимания, но после того, как Зеленский выступил на саммите и призвал лидеров присоединиться к работе над гарантиями безопасности для Украины, все начали говорить о том, что G8, похоже, восстанавливается, правда, место России заняла Украина.

Украина сегодня меняет принципы глобальной политики и является абсолютным инициатором нового порядка. Украина закладывает форматы нового типа двусторонних и многосторонних отношений и основы нового типа защиты свободы как ключевой ценности.

Главное, что Украина возвращает мировое сообщество к пониманию, что международное право крайне важно и его нужно соблюдать. Это все дает основания полагать, что Украина сегодня является абсолютным лидером с точки зрения генерации нового типа мирового порядка и многие страны это признают.

Безусловно, после войны могут произойти определенные изменения. Но сегодня Украина является инициатором фундаментальной трансформации мировой политической, безопасной и экономической системы. Это очень круто для Украины, потому что мы теперь навсегда будем вписаны в мировые учебники и мировую историю.

А еще Украина возвращает свои территории. В частности, в Херсонской области за последний месяц освобождены 75 населенных пунктов.

Украина вернет свое в полном объеме.