Британский дипломат и бывший советник по коммуникации министра иностранных дел Украины Кормак Смит встретился в Лондоне с журналистом 24 Канала Даниелем Ткие, чтобы обсудить последние новости геополитики и текущее состояние войны между Россией и Украиной.

Эксперт отметил, что Украина изменяет ход войны ударами по фронту, логистике и российской энергетике, проанализировал влияние украинских ударов на изменения в политике Кремля, позиции Трампа и поддержке Запада. Для объяснения своих тезисов дипломат прибег к очень ярким метафорам о зубцах украинского национального символа – трезубца, – мощно вошедших в тело России и причиняющих ей ощутимую боль.

Мистер Смит убежден, что самым эффективным элементом украинской стратегии являются удары по российскому обществу, заставляющие обычных россиян ощутить реальные последствия войны.

Об этих и других темах читайте в текстовой версии большого и эксклюзивного интервью из Лондона.

Давайте начнем с общей ситуации на войне. Состоялась встреча президента Зеленского с президентом Трампом. Была встреча Зеленского с американскими сенаторами, действительно настроенными продвигать законопроект Линдси Грэма. Президент Украины встретился с недавно назначенным премьер-министром Великобритании Энди Бернемом. Украина, может быть, переломила ход событий на поле боя. На каком этапе этой войны мы сейчас находимся с военной и политической точки зрения?

Позвольте сперва изложить мой анализ этой войны. В нескольких недавних интервью я говорил о том, что определяю как стратегию трезубца Украины. Трезубец – это, очевидно, ваш национальный символ. И я вижу, что в этом году Украина действительно открыла фронты еще в двух направлениях.

Что касается первого фронта (зубца, – 24 Канал), если говорить о линии боевого столкновения, то сейчас, насколько мы можем судить, Украина достигает там значительного преимущества благодаря своему развитию и использованию дронов. И, похоже, разные источники, в частности президент Финляндии Александр Стубб, а также президент Владимир Зеленский, оценивают соотношение потерь от 6 до 8 к 1 в пользу Украины.

Мы знаем, что новоназначенному главнокомандующему Драпатому была поставлена задача выводить из строя или уничтожать по тысяче российских военнослужащих в день. И знаете, для любого иностранца, смотрящего на это со стороны, это может прозвучать очень жестоко. Но это страна, которая борется за свое выживание против геноцидального и кровожадного врага. Да, это звучит жестоко, но это эффективно и необходимо в условиях полномасштабной войны.

Я посмотрел цифры за последние два дня – около полутора тысяч в день. Насчет других армий я разговаривал с бывшим полковником британской армии. Обычно на каждые шесть или семь раненых, по нашим стандартам помощи, госпитализации и медицинского обслуживания в западных странах, мы ожидали бы гибели, пожалуй, только одного. В России большинство из них умирает. Там соотношение либо друг к другу, либо два к одному. Потому что, если говорить прямо, россияне не заботятся о своем собственном народе и не способны о нем позаботиться.

Еще в январе 2022 года я говорил две вещи. Я говорил, что этот кремлевский головорез Путин без угрызений совести будет убивать десятки тысяч мирных жителей, потому что он уже делал это в Алеппо и делал это в Грозном. А что он делал в Мариуполе? Наименьшие оценки – 25 000 мирных жителей, а верхняя оценка – до 100 000.

Второй зубец трезубца – это то, что Украина делает в ближайшем тылу: как она уничтожает российскую логистическую цепь, бензовозы, машины с боеприпасами и какое влияние это оказывает на эвакуацию раненых российских солдат и ротацию их сил. Поэтому солдатам на передовой становится чрезвычайно трудно воевать. Это также должно наносить сокрушительный удар по моральному состоянию россиян.

Насколько я помню, Украина уничтожала около 500 топливозаправщиков и других логистических машин каждый день. Это не может длиться долго, если мы говорим об украинском трезубце и о ближнем тылу.

Но третий зубец трезубца, возможно, самый критический на данный момент. Украина теперь использует собственные дальнобойные дроны и собственную крылатую ракету "Фламинго", которые оказывают разрушительное влияние российской промышленности, особенно нефтегазовому сектору России.

Россию называют "бензоколонкой с ядерным оружием". У них действительно ничего больше нет. По оценкам, до 30% их мощностей по переработке нефти выведены из строя. Мы уже знаем, что в последнее время они были вынуждены импортировать бензин и дизельное топливо из Индии.

И, конечно, недавно мы видели удары по складам Wildberries, которые, безусловно, также используются для распределения военного логистического оборудования. Это, пожалуй, самое важное.

Я считаю, что ключ к победе в этой войне – заставить российский народ почувствовать все ее последствия. Первые четыре года этой войны большинство жителей России были от этого защищены.

Во-первых, из-за контроля Кремля над средствами массовой информации. А во-вторых, значительная часть солдат, которых они отправляют в мясорубку, походит из самых отдаленных уголков Российской Федерации.

А теперь удары по нефтяному сектору напрямую затронули обычных россиян повсюду. Мы видим очереди на заправках и стремительный рост цен на топливо. Но по-настоящему важно то, что удары наносятся по Москве и Санкт-Петербургу.

И только представьте себе эффект примерно месяц назад, когда Кремль принимал Санкт-Петербургский международный экономический форум (ПМЭФ, – 24 Канал) – их версию Давоса, где они пытаются предоставить Российскую Федерацию как крупное государство и инвестиционную возможность.


ПМЭФ – витрина путинизма в дыму от ударов украинских дронов / Скриншот

Участники этой конференции не могли не заметить столбы дыма, когда удары пришлись по нефтеперерабатывающим заводам, а также по судам в сухих доках.

Это действительно бьет по той части российского общества, которую я считаю важнейшей для Путина, – по среднему классу и олигархам, живущим в Москве и Санкт-Петербурге. Они оставались нетронутыми. Их сыновей не призывали и не бросали в мясорубку. Теперь война приходит к ним домой, и стало ясно, что им придется за это платить.

Интервью Кормака Смита – смотрите в формате видео:

И кто же, в конце концов, а мы все этого ждем, повернется против Путина – олигархи из его близкого круга или вышедший на улицы народ?

Я не знаю ответа на этот вопрос. Некоторые из украинцев, которых я очень уважаю, высказывали мне самые разные мнения на эту тему. Перед Рождеством я сказал, что больше всего Путин боится именно российского народа.

Мой хороший друг, опытный дипломат, сказал мне: "Россияне никогда не восстанут. Они крепостные". Угроза исходит от его близкого круга, от олигархов. Но мы на самом деле этого не знаем. Вы как украинец, наверное, понимаете это лучше меня.

Но я абсолютно убежден, что из трех зубцов трезубца, которые Украина сейчас вонзает в тело России, самым эффективным является бьющий по русскому народу и держащий его в постоянном напряжении, потому что в конечном итоге они несут ответственность, и все зависит от российского народа.

Это делает не Путин. Убийства, пытки, изнасилование, похищение детей совершают они. Именно обычные российские граждане в составе вооруженных сил делали это за последние 4,5 года. И именно обычные российские граждане должны заплатить за эту войну и взять на себя ответственность за нее.

Кроме того, существует политическая ответственность самого российского народа. Ведь россияне сами избрали российского диктатора Владимира Путина и поддерживали его правление, выражая ему свою поддержку. Путин и сейчас сохраняет огромную популярность в России.

По опросу, есть определенное снижение, но основной электорат Путина все еще поддерживает его войну. Это факт. К сожалению, такова нынешняя ситуация.

Президент Зеленский говорит, что у Путина сейчас два варианта. Первый – заключить перемирие. Второй – эскалация и возможная мобилизация от 300 до 500 000 россиян. Более того, 30 000 северокорейских военнослужащих могут присоединиться к войне во время его решающего рывка с целью захвата всего Донбасса. Какие возможны варианты для Путина с вашей точки зрения? И чего нам ждать дальше?

Мы вообще не видим от Путина никаких сигналов о том, что он как-то заинтересован в мирных переговорах. В последнее время риторика только усиливается, и все чаще говорят о стратегических целях операции. Мы все чаще слышим старый нарратив о том, что Украина якобы наполнена нацистами и о необходимости ее денацификации.

Путин в последнее время говорит, что он не совсем доволен Трампом и американцами, потому что в Анкоридже в прошлом году, как он считает, была достигнута де-факто договоренность, что американцы заставят Зеленского и вас, украинцев, отдать оставшиеся 20% Донецкой области, то есть этот пояс укреплений. И если кто-то из тех, кто это слушает, сомневается, позвольте мне сказать: этого никогда бы не произошло.

Вы как украинец прекрасно это знаете, ведь этот укрепленный пояс это ворота в Киев и путь к остальной Украине. Кстати, по поводу этой договоренности мы не видели никакого соглашения собственными глазами, но это, кажется, был мирный план из двух пунктов, который выходил из Белого дома. Тогда я описал это так: документ написан в Кремле и переведен на английский в Белом доме, вероятно, с помощью искусственного интеллекта. Это было смешно.

Для меня было очевидно, что Украина никогда бы не пошла на это и просто не могла этого принять. И теперь Путин, судя по его риторике, подтверждает то, что я и многие другие предполагали: де-факто такая договоренность действительно существовала. И он явно недоволен Трампом, потому что считает, что Трамп его подводит.

А Дональд Трамп, как известно, очень непредсказуем. И я думаю, чуть позже мы перейдем к обсуждению недавнего визита президента Зеленского в Белый дом.

Очень тяжело доверять Дональду Трампу. Часто говорят, что на него влияет последний человек, с которым он поговорил. Также говорят, что он любит победителей. И Украина сейчас побеждает.

За последние шесть месяцев Украина, похоже, оказалась не просто в выигрышной позиции, а действует на опережение в том, что я только что описал как три зубца трезубца, которые вонзаются в тело России. Кроме того, благодаря передовой в мировом масштабе экспертизе в области дронов, которую Украина развила на Ближнем Востоке, странах Персидского залива и на Западе, мы начинаем понимать, что на самом деле Украина нужна нам самим.

Причем Западу и всему блоку НАТО, в целом, Украина нужна не только из-за технологий беспилотников. Хотя вам, безусловно, есть что предложить всем нам. Но, по моему мнению, и я вынесу это на обсуждение, хотя кто-то может со мной не согласиться, – пожалуйста – Украина сегодня, возможно, самая боеспособная и смертоносная армия в мире. Лучше Израиля, лучше Америки, лучше любого другого члена НАТО.

Конечно, когда вы Америка, у вас есть колоссальное финансовое и технологическое преимущество. Можно бомбить с высоты 15 километров и запускать крылатые ракеты типа "Томагавков" на 1000 километров, так что они залетают прямо в окно. Перехватить их невероятно сложно, практически невозможно из-за очень высокого уровня малозаметности.

Но есть причина, почему Трамп ни за что не введет сухопутные войска в Иран. Потому что как только ты вводишь сухопутные войска и вступаешь в ближний бой один на один, силы начинают выравниваться. И как только Дональд Трамп отправит туда сухопутные войска, в США потечет поток гробов с телами погибших.

Но возвращаясь в Украину: Украина уже в течение 12 лет фактически с 2014-го года доказывает, насколько вы крепки, как умеете воевать, насколько вы знаете цену свободе и готовы платить за нее. Многие давали Киеву всего 72 часа. Мне посчастливилось познакомиться с человеком, воевавшим в битве за Гостомель. И таких историй множество. У меня есть еще один друг, сражавшийся до последнего патрона во время обороны Мариуполя. Его взяли в плен, и 9 месяцев он подвергался пыткам. В конце концов, его удалось извлечь в рамках обмена.

Когда слушаешь эти истории, понимаешь, что в украинском народе есть что-то совершенно особенное и непохожее на других. Вы не сверхлюди. Вы такие же люди, как и я, потому что вы кровоточите, скорбите и умираете.

И я всегда цитирую своего очень хорошего друга Алексея Макеева. Мы говорили через FaceTime, и тогда он был в Брюсселе. Ему было очень тяжело, потому что его семья оставалась в Украине, и он сказал мне слова, которые я никогда не забуду. Не знаю, был ли он первым, кто сказал, но от него я услышал это впервые. Он сказал: "Ярмарок, все очень просто. Если Россия перестанет воевать, войны не будет. А если мы перестанем воевать, не станет Украины".

Я думаю, что подавляющее большинство украинцев понимают это предельно ясно.

Я не думаю, что в этом году он пойдет на переговоры. А мобилизация? Есть очень высокая вероятность того, что он пойдет на мобилизацию. Конечно, это огромный риск, ведь прибегая к мобилизации, он сам подставляет свой народ под последствия войны, которую ведет Украина. Так что, думаю, здесь кроется колоссальный риск.

Решится ли он мобилизовать сыновей обеспеченного среднего класса из Санкт-Петербурга и Москвы, с которыми, как выразился мой друг, у Путина существует негласный пакт: если их маленький царь защищает их и позволяет им жить хорошей жизнью, они не будут лезть в политику? Именно так мне описывали несколько моих близких украинских друзей. рискнет ли он нарушить то негласное соглашение, которое у него есть с более влиятельным средним классом и олигархами над ними?

И еще одна вещь, которую мы должны помнить: эта война для Путина абсолютно экзистенциальна, потому что если он завершит ее чем-то, что не сможет оказать как победу, это станет концом не только для него как президента. Это, вероятно, станет концом его жизни. И я имею в виду, что он загнан в угол, а это очень и очень опасно, потому что он пойдет на риск и, я думаю, станет еще более непредсказуемым.

Главный урок для нас, на Западе, состоит в том, что мы должны извлечь пользу из наших ошибок последних 4,5 года, которые заключались в отступлении перед его угрозами или размахиванием ядерным оружием. Мой друг в Гааге, украинский дипломат, рассказывал мне два года назад, что в Министерстве иностранных дел Украины насчитали более 100 случаев, когда Путин размахивал ядерным оружием. И, к сожалению, каждый раз мы отступали.

И он блефовал. Вы так не думаете?

Думаю, да. Он продолжает пытаться блефовать, но, похоже, администрация Трампа на это не ведется. И это меня безумно раздражает.

Позвольте мне рассказать две истории о том, почему это меня так злит. Первая произошла более 4 лет назад, в первые дни, вероятно, где-то в апреле. Я участвовал вместе с несколькими людьми в кампании поддержки. Тогда многие говорили о необходимости закрыть небо над Украиной.

Я появился на телевидении и спорил с мужем по имени лорд Даннатт (британский барон и генерал в отставке, – 24 Канал). У него хорошая позиция в отношении Украины, но все же более 4 лет назад я спорил с лордом Даннаттом по поводу бесполетной зоны, и он выступал против нее.

Лорд Даннатт сказал мне, что традиционно у россиян порог применения ядерного оружия ниже, чем у нас. И потому, мол, лучше пусть погибнут десятки тысяч украинцев, чем сотни тысяч наших граждан. Возможно, лорд Даннатт и изменил свою позицию, но именно такова она была более 4 лет назад, когда он в прямом эфире спорил со мной о введении бесполетной зоны.

Это был один бывший генерал, а другого я процитирую. Это было несколькими месяцами позже. Кажется, в июне 2022 года. Уэсли Кларк, бывший американский четырехзвездочный генерал и верховный главнокомандующий Объединенными вооруженными силами НАТО в Европе, выступая на форуме по безопасности в Киеве, заявил три вещи.

Я прослушал все его выступление на панельной дискуссии и выделил три тезиса, потому что я всегда выделяю три ключевых мнения. Итак, какие три ключевых вещи он сказал? Он сказал: "Дайте Украине все необходимое вооружение, включая F-16 и А-10". А-10 – это знаменитый штурмовик Oryx. Украина так и не получила А-10, а поставок F-16 пришлось ждать еще 2 или 3 года.

Он сказал: "Не оставляйте Владимиру Путину пути к отступлению". И третье, что он заявил: "Не позволяйте запугать себя его ядерными угрозами".

Уэсли Кларк видел это еще тогда, и я считаю себя маленьким человеком. Но именно это и вызывает возмущение, когда я вспоминаю то, о чем мы говорили еще 4,5 года назад.

Теперь, оглядываясь назад, я понимаю, что Джо Байден и Джейк Салливан, его советник по национальной безопасности, должны ответить за очень многое. Они давали Украине слишком мало и слишком поздно, да еще с жесткими ограничениями. И было очевидно, что они опасались поражения России.

Я бы гораздо охотнее прислушался к бывшему генералу Бену Ходжесу, который, цитируя других, говорил: "Мы не можем предотвратить распад Российской Федерации, если именно к этому все идет. Все, что мы можем сделать, – использовать все наши возможности, чтобы подготовиться к этому".

Нужно сказать, что Запад все же сплотился. Когда Дональд Трамп пришел на второй президентский срок, я тогда сказал, что это единственное хорошо, что может из этого выйти. Это заставит остальную часть Запада активнее поддержать Украину. Так в конце концов и произошло, в частности, из-за увеличения оборонных расходов стран НАТО и других подобных шагов.

Но, по-моему, мы все равно действовали слишком медленно.

Я всегда буду говорить, что мы можем делать больше и быстрее. И, думаю, нам все время проявить твердость, потому что если мы допустим поражение Украины, то этот волк уже окажется у наших дверей.

Четыре года тому назад я начал объяснять людям, что есть две причины поддерживать Украину. Первая, очевидная, моральная. В европейской стране совершается геноцид. И это длится с 2022 года. Потом в 2023 и ежегодно не прекращается.

Но есть и вторая причина. Если вам все равно – а, к сожалению, слишком многим на Западе безразлично, потому что они поглощены своей жизнью, – они не понимают, насколько им посчастливилось жить в безопасности и больше беспокоятся о стоимости жизни, ценах на бензин и других проблемах. Им нужно понять, что эта война движется к ним. Более того, она уже пришла к ним.

В прошлом году российские агенты совершили поджог дома нашего премьер-министра. Те, кто следил за этим, когда появились эти истории об украинских наемниках, сразу видели в этом почерк Кремля. Прошел еще год, прежде чем их осудили, а во время судебного процесса стали известны все подробности, и мы были правы.

Так что гибридная война против нас на Западе уже давно продолжается, и против Британии тоже. Нам пора проснуться. Мы делаем недостаточно.

Фраза "столько, сколько нужно" меня раздражает. Во-первых, лидеры должны прямо заявить: "Мы будем поддерживать Украину к ее победе". И единственный мировой лидер, от которого я слышал такое заявление, – это Марк Карни из Канады, бывший глава Банка Англии. Он действительно сказал это.

И Марк Карни, по моему скромному мнению, постепенно становится своеобразным лидером демократического мира, особенно на фоне возможного отсутствия Соединенных Штатов в этой роли. Но все больше наших лидеров, в частности Энди Бернема, должны понять это послание. И им нужно сказать: "Мы сделаем так, чтобы Украина победила", – и они должны быть готовы следовать этому на практике.

А учитывая, что Владимир Путин становится все более непредсказуемым, неуступчивым и загнанным в угол, Западу и всем нам придется сделать гораздо больше. Нам придется честно говорить с людьми, что нам нужно будет увеличить расходы на оборону, если мы хотим в долгосрочной перспективе сохранить демократический и очень высокий уровень жизни.

Тот образ жизни, который я, будучи 63-летним человеком, всю жизнь воспринимал как должное.

Прожив два года в Украине, я по-настоящему прозрел и понял, насколько мне и еще 500 миллионам людей на Западе повезло. Мы даже не осознавали, насколько благополучна была наша жизнь с самого рождения.

Видите ли вы изменение позиции США в отношении Украины? Стал ли Трамп сейчас более проукраинским? Есть еще одно интересное высказывание и еще одна тема для обсуждения. Джей Ди Вэнс отсутствовал на встрече с президентом Зеленским, но присутствовал на встрече с Нетаньяху. Что вы думаете об этом?

Относительно Венса. Я этого на самом деле не знал, но речь идет о том же Вэнсе, который только месяц назад заявил, что главным достижением нынешней администрации президента считает прекращение помощи Украине.

Это отвратительный человек, презирающий Украину. Давайте больше не будем говорить о Джей Ди Вэнсе.

Что касается возможного смещения позиции в пользу Украины, то, похоже, такое смещение действительно есть. Но давайте внесем ясность и разберемся, что произошло за последние несколько дней.

Во-первых, отлично, что, судя по всему, соглашение о предоставлении Украине права производить и разрабатывать ракеты Patriot по лицензии находится на финальной стадии согласования. Важно помнить, что судя по тому, что я вижу, вероятно, понадобится около года, прежде чем первая такая ракета сойдет с конвейера и сможет защищать Киев и другие украинские города.

Во-вторых, практически нет никаких свидетельств того, что Белый дом или Пентагон готовится закрыть этот пробел в промежуточный период. Мы знаем, что Украине крайне не хватает систем ПВО Patriot. А это, по сути, единственная система, способная перехватывать некоторые гиперзвуковые баллистические ракеты, применяемые Россией.

Это хорошая новость, но на нее понадобится время, и насколько я понимаю, около года. Мы знаем, насколько украинцы технически сильны и готовы. Может быть, вы найдете способ сделать это быстрее, если американцы помогут. Я отлично помню, как в первый раз были поставлены комплексы Patriot. Тогда я слышал рассказ о том, что американские инструкторы были буквально поражены тем, как быстро украинцы овладевали их использованием.

Второй момент: Дональд Трамп непредсказуем. На него часто влияет последний человек, с которым он поговорил. И он менялся, много раз менял позицию. И даже если нельзя сказать, что он полностью на стороне Украины, все же он стал относиться к Украине более позитивно.


Трамп любит победителей / Фото – Офис президента Украины

И не забывайте, что ожидания от этой встречи были очень низкими. Исходной точкой для оценки этой встречи была ужасная встреча в феврале. Я был в отпуске в Испании. Мне позвонили по радио, и я сразу вышел в эфир из своего номера, чтобы прокомментировать произошедшее. Сейчас ситуация лучше, чем была тогда.

Есть такое представление, что Дональд Трамп любит победителей, и, похоже, это действительно так, точнее, тех, кого он сам считает победителями. У него есть победители и проигравшие. И, очевидно, благодаря тому, что Украина делает на поле боя, я постоянно повторяю свою идею с трезубцем.

Кстати, у меня есть друг в Киеве, его зовут Пол Нейланд и он ирландец. Я позаимствовал эту идею из статьи Пола, которую он опубликовал примерно два месяца назад, где описал то, что Украина начала делать, как три острия трезубца. Поэтому я отдаю должное Полу – если он сейчас это слушает, а если нет, я пошлю ему это видео.

Но это хороший способ понять, что происходит. Это сочетание всех этих факторов и опыта, который Украина уже накопила в области дроновых технологий. И я также сказал и готов спорить с кем-либо, кто не согласится, что Украина является самой эффективной и боеспособной силой в мире.

НАТО, особенно в ситуации, когда мы не можем быть уверены в поддержке Америки, и остается вопрос, станет ли США в защиту, если будет задействована пятая статья, требует Украины ради будущей безопасности Европы и того, что я называю демократическим миром. В этот мир я включаю Канаду, Австралию, Новую Зеландию, а также Японию, Южную Корею и еще несколько дружественных стран.

Нам нужна Украина по многим причинам. Возможно, Трамп начинает видеть, что у Украины есть значительный потенциал, а в отношениях с Трампом все всегда сводится к взаимной выгоде. Но, к сожалению, мы уже убедились, что в случае с Трампом нельзя ни на что заранее рассчитывать.

Мы знаем, что было утверждено финансирование в размере 400 миллионов долларов и что президент Зеленский очень хотел ускорить его получение. Однако на данный момент ответ таков: эти деньги не будут предоставлены раньше 2029 года. На мой взгляд, речь идет о минимизации вреда. Не было явных негативных моментов.

И еще один важный пункт – этот замечательный законопроект, недавно переименованный в законопроект Грэма о санкциях. Да, появились новости, что демократы и республиканцы проголосовали за то, чтобы продолжить работу над этим законопроектом.

Да, республиканцы и демократы проголосовали за продолжение работы. Насколько я помню, 88 голосов против 12. 82 или 88.

86. Почти угадали. Огромная двухпартийная поддержка. И насколько я понимаю, его примут уже в сентябре. Дальше решение по администрации Трампа – применять эти полномочия или нет.

Но это Дональд Трамп, никогда по-настоящему не предпринимавший серьезных шагов против Путина. Так что даже если это хорошая новость, все равно остается большой вопрос. И оно возвращает нас к главному: действительно ли Трамп будет действовать?

Если бы он пошел на это и ввел возможные санкции до 500% против таких стран, как Индия, это могло нанести российской экономике сокрушительный удар и вместе с ней серьезно ослабить Россию. Большой вопрос: готов ли Трамп на это?

Мне кажется, гораздо важнее другое: этот законопроект обеспечил двухпартийную поддержку. И независимо от того, что Дональд Трамп решит с ним сделать, использует ли его возможности в полной мере или нет, я считаю, что сама эта поддержка обеих партий и фокус в Украине будет иметь огромное значение.

И, как показывают опросы, среди сторонников Республиканской партии уровень поддержки Украины даже выше, чем среди сторонников Демократической партии. Потому что традиционно и у меня есть друзья из украинской диаспоры. Их родители были украинскими беженцами после войны. Сами они родились в США, ходили в украинскую субботнюю школу и участвовали во всем таком. Они тесно связаны с украинской культурой и идентичностью.

Некоторые вернулись жить в Украину, и они всегда говорили мне, что традиционно их украинская община голосовала за республиканцев. Рональд Рейган был для них героем, потому что они считали, что он помог свергнуть Советский Союз и коммунизм.

Так что все сложно. Да, в общем-то это хороший результат, но нужно добавлять контекст. Не следует слишком увлекаться, но, похоже, ничего плохого не произошло. США все еще предоставляют очень важные военные разведывательные данные. И также есть программа PURL, по которой европейцы закупают вооружение.

Энди Бернем, новый премьер-министр Великобритании, недавно встретился с президентом Украины Владимиром Зеленским, и были приняты некоторые интересные решения, в частности, позволить Украине получить права интеллектуальной собственности на производство систем радиоэлектронной борьбы, разработанных в Великобритании, а также другие решения. Каково ваше мнение об этой встрече и визите президента Зеленского? И еще один вопрос: как далеко может зайти Энди Бернем в поддержке Украины?

В первую очередь я рад, что первым иностранным лидером, которого Энди Бернем принимал в Великобритании, стал президент Зеленский.

Энди Бернем – пятый британский премьер-министр, с которым имеет дело Владимир Зеленский. Первым был Борис Джонсон. Затем Лиз Трасс. Она была у власти около полутора месяцев. Затем был Риши Сунак. Затем был Кир Стармер, теперь Энди Бернем.


Бернем и Зеленский быстро нашли общий язык / Фото – Офис президента Украины

Пройдя через все это, я, конечно, ирландец, но сейчас уже почти британский ирландец.

Я живу здесь 40 лет. Я очень горжусь поддержкой, которую предоставила Великобритания. Мои друзья из военной и дипломатической сфер говорят, что Великобритания – один из главных друзей Украины не только из-за помощи, которую она оказывает, но и из-за того, как за кулисами убеждает других помогать.

И меня очень радует, что Энди Бернем продолжает этот курс. Он очень четко выразил свою позицию словами, и я ему верю. А его министр финансов Джон Гили, ранее бывший министром обороны и ушедший в отставку из-за вопроса о том, что Великобритания недостаточно тратит на оборону, – это очень обнадеживающе.

Меня спросили, договорятся ли эти двое. Судя по тому, как они взаимодействуют, я думаю, что да, хотя точно сказать не могу. Думаю, между ними сложатся очень хорошие отношения. Хотя и у Кира Стармера был очень хороший контакт с ним, и, возможно, Стармер не получает той похвалы, которой заслуживает, не только за поддержку Украины, но и за другие действия. Но это уже другая тема.

Что касается Великобритании и ее внутренней политики, я вспомнил Джона Гили, который сейчас занимает должность министра финансов. Джон Гили недавно ушел в отставку в знак протеста, поскольку правительство отказалось полностью финансировать оборону в соответствии с рекомендациями стратегического обзора обороны. Теперь он министр финансов и контролирует бюджет, а вместо него у нас малоизвестный Уэс Стритинг, который, надо признать, был достаточно компетентным министром здравоохранения, но не имеет никакого опыта в сфере обороны, и сейчас он министр обороны.

Есть мнение, что приход человека из другой среды, который сможет стряхнуть Министерство обороны, не обязательно плохо. Поэтому, я думаю, нам нужно подождать и дать Энди Бернему шанс. Дать шанс его министру обороны, а также министру финансов.

Проблема в том, что Энди Бернему, если говорить о внутренней политике, достается очень тяжелая ситуация. Только в оборонном бюджете есть дыра в 5 миллиардов фунтов в год. В настоящее время страна тратит 350 миллиардов фунтов в год на социальное обеспечение. Это превышает поступление от подоходного налога.

Даже бывший глава НАТО лорд Робертсон, автор прошлогоднего стратегического обзора обороны, несколько месяцев назад прямо заявил: "Мы не можем позволить себе тратить такую сумму на социальные выплаты – 350 миллиардов фунтов в год – и при этом не обеспечивать должную оборону". Мы уже сбились из числа, сколько высокопоставленных действующих военных, действующих дипломатов, бывших дипломатов – не только из Великобритании, но и других стран – заявили, что нам нужно быть готовыми к войне с Россией до конца десятилетия.

Так что касается Энди Бернема: сегодня лишь его восьмой день в должности премьер-министра. У него огромные затруднения с поиском денег. Для лейбористского премьера самая сложная задача – разобраться с расходами на социальное обеспечение.


Кормак Смит поддерживает Украину, но констатирует, что Запад делает недостаточно / Фото – фейсбук дипломата

На мой взгляд, его главная задача – сократить расходы на социальное обеспечение и обеспечить оборону страны. Ему нужно сократить социальные расходы, чтобы высвободить средства и прежде всего направить их на оборону. Первая задача любого правительства – оборона страны.

Он говорит все правильное и обещает это сделать. У меня лично нет своего политического лагеря. Как эмигрант я колеблющийся избиратель. Он мой премьер-министр, и я желаю ему успеха, потому что страна не может позволить себе еще 2,5 года плохого управления.

По сути, за последние 16 лет разные правительства оставили нам серьезные внутренние проблемы. Так что Энди Бернем вообще говорит правильные вещи, хоть и не всегда.

Он повторил раздражающую меня фразу: "Мы будем поддерживать Украину столько, сколько нужно". Это нарратив Байдена. И тут мне приходится сдерживаться, чтоб не начать ругаться и не употреблять резкие изречения. Фраза "столько, сколько нужно" меня раздражает.

Когда я сидел до полуночи с коллегами и друзьями, мы просто говорили о том, как это было расти в Советском Союзе. Даже в 2016 году Украина уже воевала с Россией, поскольку эта война началась еще в 2014 году.

Знаете, несколько лет назад я разговаривал с Екатериной Ющенко, бывшей первой леди Украины. Мне удалось познакомиться с ней и Виктором [Ющенко]. Екатерина сказала мне 4 года назад: "Нет, Кормак, эта война началась в 2005 году, когда они попытались убить моего мужа", потому что Виктор Ющенко был, пожалуй, первым президентом, который действительно открыто заявил: "Мы идем на Запад, потому что этого хочет украинский народ".

И это очень быстро было подмечено Путиным и людьми в Кремле. Мы получили так много предупреждений об этом. Да, сейчас мы делаем больше, и я этому очень рад. Мы уже отошли от этих нелепых ограничений, когда Украине запрещали использовать дальнобойное оружие для ударов по целям на территории России. Теперь, по сути, Украина говорит: "Спасибо, мы сами разработаем такое оружие".

Небольшое уточнение по Украине. Вы только что упомянули о возможностях. Украина будет производить баллистическую ракету. И мы впервые увидели видео или фото этой ракеты в ходе испытаний. Как это может изменить ситуацию для России? Может быть, вы могли бы рассказать об этом подробнее?

Ракета "Фламинго", похоже, уже введена в эксплуатацию. Первой ракетой, которую Великобритания фактически передала Украине, была Storm Shadow. Storm Shadow – это действительно впечатляющая система вооружения. У нее боеголовка весом пол тонны и дальность около 500 км. В "Фламинго" боеголовка весом более тонны, а ракета имеет дальность 3000 километров.


Даниэль Ткие и Кормак Смит / Фото – фейсбук дипломата

Но я вернусь к прошлому году, когда ходили разговоры о возможной передаче Украине ракет Tomahawk. Я никогда не думал, что Трамп передаст Tomahawk, и я был прав.

Что касается разницы с Tomahawk, я не военный, но у меня есть друзья, которые служат, и я много учусь от них. Разница с Tomahawk в том, что это очень малозаметная ракета. Ее очень тяжело обнаружить и сбить. И мне говорили, что она может попасть в маленькое окно с расстояния около 2000 км. Я говорил с людьми, которые видели это в боевых условиях.

Так что если Украина разработает нечто похожее на Tomahawk, это станет для Путина и Кремля еще одной серьезной проблемой. Мы уже видели, что Украина делает из "Фламинго" и разными дальнобойными беспилотниками.

Итак, судя по тому, что вы мне говорите, я так понимаю, что все пока держится в секрете, и Украина разрабатывает что-то еще более совершенное и смертоносное, чем то, что имеет сейчас. Возможно, сопоставимо с тем, что она хотела бы получить от Америки, но не может.

И следует сказать, что мир не должен сомневаться в технологических возможностях украинцев.

Небольшой урок истории: более 90% ученых, работавших в космической программе СССР, были из Украины. И я всегда вспоминаю, как будучи министром имел честь работать с Павлом Климкиным, когда он был министром иностранных дел.

Однажды я разговаривал с ним и спросил, как он пришел в дипломатию. Потому что перед поездкой в Украину я изучил информацию о нем и увидел, что у него есть степень магистра по математике и физике. Он являлся ракетным инженером.

И он сказал: в последние годы существования Советского Союза это была очень востребованная профессия. Но после обретения независимости он решил перейти в дипломатию. И по моему опыту работы с ним в течение двух лет Украине очень повезло с этим человеком. Поэтому я понял, что у Украины есть невероятные технологические возможности. Это у вас в ДНК.

Как я уже сказал, я стараюсь быть реалистом. Людям нужно понимать: украинцы не супермен и не супергерои. Они такие же, как мы, могут быть ранены, страдать и умирать. И у меня нет ни одного друга в Украине, который бы никого не потерял. А многие потеряли сразу нескольких близких из-за этой войны, не говоря уже обо всех других трудностях.

Но есть стойкость, закаленная страшными испытаниями, по которым люди прошли за последние 100 лет. Именно Украина понесла наибольшие потери во Второй мировой. За 6 лет до того, как Гитлер уничтожил 6 миллионов евреев в Холокосте, Сталин во время Голодомора обрек насмерть от 4 до 7 миллионов украинцев. За этим последовала чистка украинской интеллигенции, когда было уничтожено около полумиллиона человек.

Украине было очень тяжело. И вы очень отличаетесь от россиян. И это один из главных мифов – будто между вами нет разницы.

Первое, что я понял об украинцах: вы стремитесь к свободе и демократии. Уже в первые недели по приезде я заметил, что все, с кем я разговаривал, говорили о свободе. А потом, конечно, я увидел этот замечательный баннер с видом на Майдан. Там была изображена разорванная цепь. Надпись гласила: "Свобода - наша религия". И это о многом говорило.

С Павлом Климкиным я встретился только через три недели, потому что он был в командировке. И когда у меня прошла первая личная встреча с ним, мы разговаривали почти два часа. Я помню и уверен, он не будет против, если я это расскажу. Ближе к концу встречи я сказал: "Послушайте, есть один вопрос, который я задаю всем лидерам, с которыми встречаюсь. За что вы хотите, чтобы вас запомнили?"

Он долго думал и сказал: "Хороший вопрос". А потом снова заговорил со мной о свободе. Что она значит для него? Как он понимает, что она означает для народа и для государства. И я понял, что свобода и связанная с ней идея демократии – это то, что, на мой взгляд, глубоко заложено в Украине.

Но вы можете исправить меня, если я ошибаюсь, и нам нужно, чтобы вы напоминали нам об этом. Мы ведь забыли ценность свободы. Мы воспринимаем ее как должное.

А в России, я сам там не был, но судя по моим исследованиям и разговорам с людьми, там не похоже на традицию стремления к свободе, на настоящую жажду свободы. Они скорее стремятся к сильному лидеру, который будет их защищать.

Недавно я задумался: какое одно из главных преимуществ украинцев россиянам? Россияне думают, что понимают украинцев, но это не так. Они совсем вас не понимают, потому что считают вас такими же, как они. Они думали, что их встретят как освободителей, несмотря на то, что они разрушили такие русскоязычные города как Мариуполь.

Павел Климкин однажды сказал мне, когда мы вместе готовили презентацию: "Я родился в Курске, закончил один из ведущих университетов Москвы. Моим родным был русский"…

Он сказал: "Я хорошо понимаю менталитет россиян, но в Украине мы совсем другие. И большинство украинцев, которых я знаю, многие говорят на русском как родном языке, прекрасно понимают русский менталитет и одновременно осознают, что они отличаются". То есть вы понимаете россиян, а они вас нет. Это ваше преимущество.

Но это подводит меня к другому мнению. С конца 2016 я постоянно говорю: мы недостаточно ценим Украину. Западу следует смотреть на Россию глазами Украины, а также глазами других стран Восточной Европы, таких как страны Балтии, Польша и другие. Потому что именно вы действительно понимаете Россию и русский менталитет.

Это именно то, что я понял, когда я жил в Украине. Именно до этого я и пришел.

Это интервью было сокращено и исправлено для лучшего понимания аудиторией.