Италия входила в так называемую большую четверку – вместе с Францией, Англией и США. Несмотря на то, что она была наименее мощной из них всех, но имела несоизмеримо большие амбиции. Часть элит мечтала расширить итальянское королевство за счет земель, которые когда-то принадлежали Венецианской республике, особенно восточное побережье Адриатики. Однако, претензии итальянцев оборвал президент Америки Вудро Вильсон.

Читайте також: Як "досконалий політичний хижак" Реджеп Ердоган "покусав" і Трампа, і Путіна

Он был против, поскольку претензии на эти земли выдвигали также сербы и хорваты. К тому же, представители Италии рассорились между собой. Они покидали переговоры, затем снова возвращались. Из-за этого в Средиземноморском бассейне Италия почти ничего не получила, что вызвало волну возмущения в стране. Общество легко подхватило лозунг "искалеченная победа", автором которого был поэт, солдат и романтик –Габриеле д’Аннунцио.


Солдат и романтик Габриеле д’Аннунцио

Габриеле д’Аннунцио был одной из самых заметных фигур Италии конца XIX и начала XX веков. Он был частью ветров перемен, которые творили искусство декаданса. Его призванием было искусство, особенностью – то, как он его видел. Жизнь вращалась вокруг поисков наслаждения, которые он пытался встретить даже на войне.

Габриеле от мамы унаследовал отзывчивость. От отца – вспыльчивый характер и любовь к женщинам. Писать он начал еще в школе. Проба пера имела горький привкус – в иезуитском колледже настороженно встретили поэтические аллегории об "эфирных персах" и "варварский жар поцелуев". Чтобы заявить о себе он даже подает фальшивые объявления в газеты о своей смерти. И вскоре о молодом поэте заговорили в Риме, куда он переехал в поисках работы и устроился корреспондентом в газету.

Данунцио хорошо приняли в художественных кругах Рима. Здесь вышел его первый роман "Наслаждение" в котором страсть и нежность побеждали рутину и политику,
– историк Аннамарии Андреоли.

Свой литературный талант молодой д’Аннунцио подает очень ярко. Тратит все деньги на стильную обувь и роскошные галстуки. Пытается быть похожим на тех, о ком пишет, работая в газете. Работа создает прекрасные условия для раскрытия еще одного таланта Габриэле – умение нравиться женщинам.

Первый его брак, с герцогиней Марией Ардуино Галезе, можно назвать браком по расчету. Благодаря ему Габриеле получит еще один скандал, который придаст ему славы. В погоне за ней и новыми романами, молодой романтик оставил жену. О бесчисленных любовницах поэта стали ходить легенды.


Элеонора Дузе

Среди избранниц Габриеле д’Аннунцио была выдающаяся итальянская актриса мирового класса Элеонора Дузе. Она была воплощением женщины, похожей на героинь из произведений д’Аннунцио – эмансипированная, невротическая натура. Она старалась разоблачать ложь размеренной супружеской жизни, стремясь к свободному выбору и праву на страсть. И помогала погасить большие кредиты. А он пишет о ней свои лучшие драматургические произведения.

Роман распался после того как актриса подловила поэта на измене. Габриеле флиртовал с каждой женщиной на своем пути, а самых богатых – соблазнял. Так было с женой графа Манчини, дочерью бывшего итальянского премьера Алессандро ди Рудине, эпатажной светской дамой маркизой Луизой Казати, пионеркой эротического танца на большой сцене театра Идой Рубинштейн.

Синонимом Габриеле д’Аннунцио была гениальность. Но также, синонимом его был скандал,
– подчеркнул журналист Густаво Бочини Падильйоне.

Лысый, небольшого роста и неприметной фигуры мужчина – он долго оставался секс-символом Италии. Так как давал женщинам то, чего они больше всего хотели: в его обществе они чувствовали себя центром космоса. Он умел убедить кого угодно в чем угодно.

От любовной лирики будущий диктатор перешел к патриотическим пророчествам возрождения славы Древнего Рима в современной Италии. Накануне Первой Мировой он прославляет подвиги итальянцев и призывает использовать войну как шанс на расширение границ. И когда в 1915 королевство решается вступить в Первую Мировую, поэт без колебаний записался в добровольцы.


Габриеле (слева) на фронте Первой Мировой

Войну он также планировал использовать для саморекламы. Он записался в элиту – воздушные войска. Во времена первой мировой трудно было найти что-то круче, чем быть "небесным всадником". После небольших курсов Габриеле в 52 года становится самым взрослым пилотом итальянской авиации. И за ним следила вся Италия. Он вдохновлял солдат, прославляя былое величие Рима и героизм Гарибальди.

Во время одного боя его самолет подбили, д’Аннунцио ударился лицом в пулемет и потерял глаз. Вся Италия аплодировала, когда через несколько месяцев он вернулся в строй. Войну Габриеле завершил с большим авторитетом за плечами. Пулемет и бомбы заменила критика. Основной мишенью стали политики, ответственные за провал переговоров с Антантой о новых границах страны.

И тогда произошло чудо. В Фиуме большинство населения составляли итальянцы, но отдавать город Италии никто не собирался. И тогда тда пошли не только националисты, военные, но и люди, которые верили, что победа была искаженной. С Фиуме начиналась своего рода революция, которая должна накрыть всю Италию,
– историк Клавдия Соларис.

Власть короля Виктора Эммануила не верила в авантюру Габриеле д’Аннунцио, хотя о ней говорила вся Италия. Остановить его было невозможно. Он был героем войны и единственное, что могли сделать силовики, которым приказывали остановить легионеров Габриеле – это присоединиться к наступлению. Итак, три итальянские моторные лодки прорвали австро-венгерскую оборону, но когда подошли к вражеским кораблям – вместо того, чтобы запустить торпеды, отправили в сторону австрийцев бутылки, в которых были сообщения с насмешками.

Габриеле д’Аннунцио обожал раздражать врагов. Он знал, что иногда пропаганда имеет эффект лучше бомбы. Чтобы избежать кровопролития, войска Антанты оставили Фиуме. Итальянский гарнизон и население радостно встречали Габриеле д’Аннунцио. А поэт упивался властью и причастностью уже к глобальным изменениям. Выйдя на балкон под овации он поцеловал итальянский флаг, сбросил его вниз и торжественно провозгласил Фиуме итальянским.


Толпа в Фиуме восторженно приветствует Габриеле д’Аннунцио

Но Рим отказался принимать Фиуме, и тогда Габриеле д’Аннунцио пошел вабанк и объявил отдельную Фиумскую Народную Республику, Регенцию Карнаро. И ее признали – правда, только каталонцы и советская Россия. В свою очередь Регенция Карнаро была первой, кто признал государственность большевистской России.

Самого себя Габриеле д’Аннунцио провозглашает диктатором. Он составил конституцию новой республики – в стихах. В ней были как рациональные положения прямой демократии, где право голоса имеют все, так и причудливые, об обязательном музыкальном образовании всех граждан.

В составе его правительства было много странных персон. Например Министр финансов – человек с несколькими судимостями за мошенничество. Министром культуры он назначил своего знакомого Артуро Тосканини, известного тогда дирижера оперы Ла Скала,
– историк Мимми Францинелли.

Эйфорию всеобщей радости дополняли парады, уличные гуляния, длинные патетические речи из президентского дворца. В воздухе витала странная смесь декадентства, анархии и диктатуры. В свободном обращении были наркотики. Особую атмосферу создавало падение табу с многих до сих пор закрытых тем. Свободный секс, легализованная проституция, взрыв феминизма и свобода женщины, которая была немыслима для консервативной Италии.

В декабре 1920 года Антанта и США обязали Италию покончить с самопровозглашенным Фиуме. Взамен Италии обещали экономическую поддержку и щедрые инвестиции. Город начали блокировать с суши и с моря. В ответ на ультиматум Рима Габриеле объявил Италии войну и послал несколько кораблей просто пиратствовать. Ни силы, ни вдохновения обороняться у д’Аннунцио уже не хватало.


Бенито Муссолини посадил в "золотую клетку" Габриеле д’Аннунцио

Регенция Карнаро существовала 15 месяцев. Легионеры в черных рубашках оставили город под гарантии безопасности. Вместе с ними в Италию Габриеле д’Аннунцио привез дух бунтарства и мечты о большой Италии. Но в большую политику он не вернулся. Его посадил в золотую клетку лидер фашистской партии Бенито Муссолини.

На выделенной государством вилле Витториале Габриеле и завершил земную жизнь весной 1938 года. Наследие пестрой жизни поэта, любовника, солдата и политика, героя и диктатора имело огромное влияние на Италию.

Читайте також: Солдат на службі незалежності: як Пілсудський готував антиросійське повстання

Главные символы Регенции Карнаро перекочевали к националистической партии Муссолини. В конце 20-х Черные рубашки стали основой парамилитарных отрядов благодаря которым дуче пришел к власти. Кроме того, воины Габриеле д’Аннунцио научили фашистов здороваться. Муссолини, а за ним и Гитлер, подхватили жест римских легионеров, который поднял из забвения именно диктатор-искусствовед Габриеле д’Аннунцио.