Архив
Курси валют
Погода
      youtube @24
      Loading...
      google @24
      RSS ЛЕНТА
      Общий RSS

      Топ новости

      Видео новости

      Ученый, который ввел 40-летнюю военную диктатуру – Антониу де Оливейра Салазар

      Антониу де Оливейра Салазар – премьер-министр Португалии, от которого почти 40 лет зависела судьба страны. 28-метровый каменный Христос будто распростирает руки в направлении Лиссабона – это часть наследства, которое оставил стране после себя бывший семинарист Салазар.

      После Первой мировой одна из старейших европейских стран переживала глубокий кризис. Внешний долг взлетел до заоблачных цифр, экономика приходила в упадок, правительства менялись досрочно, как перчатки не успевая помочь в трудной ситуации. Хаос усиливали протесты.

      Экспортируемые интернационалом идеи "мировой революции" выливались в уличный террор большевиков и анархистов. 16 лет – с 1910 по 1926 – были фактически топтанием страны на месте. Это был провал Первой республики. Социалисты не смогли реализовать популистские лозунги. А благородно написанные реформы так и не смогли дать плодов. Реформаторы погрязли в коррупции и прогнозируемо потеряли поддержку населения. Бессильные споры политиков оборвали военные. Возглавил переворот закаленный службой в африканских колониях генерал Кармона. Одним из первых его решений стало привлечение в Кабмин молодого профессора экономики.

      Читайте также: Ким Чен Ын – любитель аплодисментов, баскетбола и артиллерийской канонады

      Антониу Салазар из бедной и набожной семьи. Родители не могли даже самостоятельно оплатить обучение сына. Его спонсировала состоятельная семья у которой служил его отец. Юношеский радикализм подтолкнул парня из провинциального Санта-Комба-Дау посвятить всю жизнь Богу. Его приняли в семинарию в городе Визеу. И хотя священником он не стал, этот этап стал трамплином к получению образования в престижном университете страны в Коимбре. Оставив теологию Салазар ушел учить экономику и юриспруденцию.

      За несколько лет, уже в роли профессора он начинает предлагать свое видение выхода из кризиса. Именно его модель корпоративного устройства заинтересовала нового правителя страны Антониу Кармона. И он дает доктору экономики работу в правительстве.

      Правда, Коимбривский профессор не рвался менять кафедру на министерский портфель.

      Я реально чувствовал как меня давит и угнетает мысль о том, что надо покинуть университет. И потом я боялся. Я действительно боялся, а вдруг мне не удастся исправить ситуацию. что будут думать обо мне мои студенты?
      – отметил Салазар.

      Салазар взял сутки, чтобы подумать. Всю ночь провел в молитве. Так учили делать перед важным выбором в семинарии. Идти в политику не хотелось. Но и патриотизм подталкивал не сидеть сложа руки.

      Читайте также: Энвер Ходжа – "албанский мясник" и последователь Сталина

      Чтобы воплотить свое видение реформ нужны полномочия. Из часовни Салазар вышел с ультиматумом. Присоединиться к правительству можно, если Кармона позволит ему принимать даже непопулярные решения и отдаст контроль за всеми расходами. Не только министерства экономики. А по всем расходам, включая право ограничивать финансирование других министерств, правительственных чиновников и их инициатив.

      Его фигура устраивала промышленных магнатов, устраивала аристократию и простой люд, подходила для армии и духовенства. Затем он сказал: я не играю в политику, я работаю в правительстве,
      – поделился впечатлениями политолог Жейме Пинту.

      Кармона согласился на все требования кандидата. А сеньор "новый министр экономики" переехал из Коимбре в Лиссабон. Из университета он так и не уволился. Просто оформил академический отпуск, который продолжался до конца жизни.

      Салазар сразу установил жесткий контроль над финансами. Фактически финансовую диктатуру. Обрезал коррупционные схемы и потоки. Сократил расходы правительственных министерств. Это показало, что деньги в стране все-таки есть. За 10 лет Салазар сумел практически погасить международные задолженности. За 5 лет Португалия, ранее закупала хлеб за границей – уже экспортировала свою пшеницу.

      В стране начали работать католические профсоюзы, благодаря финансированию ожил аграрный сектор и состоялась модернизацию армии. Инфляция остановилась. Это был личный триумф Салазара и очевидный успех его политики.

      Читайте также: Радован Караджич – психолог, аферист, "боснийский мясник"

      Идеология "Эстадо Ново" – "Новое Государство" – основана на христианской социальной доктрине. Ее объявил в конце XIX века папа Леон XIII в энциклике Рерум Новарум. Это был своего рода ответ на классовую борьбу придуманную Марксом. Церковь давала свое видение развитию справедливого взаимодействия рабочих и работодателей. В корпоративном государстве место политических партий и профсоюзов занимали межклассовые отраслевые объединения. Главная задача которых – не поменяться местами, а в симбиозе работать на результат.

      "Эстадо Ново" опиралось на авторитарную власть одной политической силы. Премьер распустил все партии. Вместо них появилась надпартийная политическая организация – Национальный Союз. Контролировать ситуацию в стране должна была тайная полиция. Ее создали с привлечением немецких инструкторов по Гестапо. В стране популяризировали парамилитарный досуг и привлечение к Португальскому легиону и скаутской организации Португальской молодежи. Главная задача этих организаций сводилась к лозунгу Салазара – "Все для Родины. Ничего от Родины".

      Мы не спорили о Родине и ее истории. Не обсуждали важность семьи и ее нравственность. Не спорили об уважении к труду и обязанности из этого возникают. Но это они заложили фундамент государства и сформировали мир, порядок и единство португальцев. Сильную страну, авторитетную власть и справедливость чиновников. Помогли возродить экономику, патриотизм, корпорационный порядок и колониальную империю,
      – заявил премьер-министр Португалии.

      Позже, после большевистской революции в России, когда Москва начала экспортировать идеи мировой революции, правоцентричные партии Европы приняли схожий подход, как альтернативу красного террора. Помимо общих молитв они имели еще одно задание.

      Он с друзьями часто сопровождал священников или монахинь. Под плащами приходилось носить дубинки. На них часто нападали коммунисты и ребята защищали духовников, – заверил историк Ксавье Буве.

      Когда в соседней Испании вспыхнула гражданская война он долго не думал и в стороне оставаться не собирался. Тем более, Франко также принадлежал к ревностным католикам и пытался воплотить мечту про христианское государство. "Португальский корпус" помогал испанцам биться с "наемниками Коминтерна" и сбросить коммунистический режим. Еще одну услугу Мадриду Салазар сделал через несколько лет. Гитлер и Муссолини пытались втянуть Португалию в Войну на своей стороне. Но из этого ничего не вышло.

      Португалия не вступила во Вторую Мировую по многим причинам. Но главная, похоже, была в том, что Лиссабон не мог ссориться с Великобританией. К тому времени англичане обеспечивали португальцам морской доступ к их колониям в Африке и Индии,
      – прокомментировал историк Уолт Бургойна.

      Объявить нейтралитет страны в "самой мясорубке XX века" Салазару было проще по личным мотивам. Фашизм и нацизм были ему отвратительны так же, как и коммунизм. Все эти парадигмы он считал неприемлемыми из-за их человеконенавистничества. В Лондоне очень обрадовались этому жесту со стороны Лиссабона. Кроме того, союзники получили возможность устроить военные базы на Азорских островах.

      В Битве за Атлантику это были решающие шаги для победы нацистов. С другой стороны – Салазару упрекают в том, что Португалия до конца торговала с Берлином. Продавала необходимый для военно-промышленного комплекса вольфрам. Впрочем, союзником Гитлера его считала разве советская пропаганда. Цивилизованный мир был благодарен Лиссабону за отказ воевать на стороне фашистов. Более того, переговоры Лондона и Вашингтона о нейтралитете Мадрида происходили именно на португальском.

      Читайте также: Иосиф Броз Тито – диктатор, который не подчинился Гитлеру и Сталину

      То, что их не коснулись ужасные последствия Второй Мировой португальцы очень ценили. Огромный мост между Лиссабоном и Алмаде и гигантская статуя Христа были торжественно провозглашены "благодарностью небесам" за то, что их обошла война.

      Послевоенная жизнь мало чем напоминала военную диктатуру. В стране существовала свобода слова и даже была возможна умеренная критика власти. Главный человек страны задавал ритм жизни собственным примером. Жил скромно. В небольшой двухкомнатной квартире. Не пил и не курил. Его часто можно было увидеть в старом потертом костюме. В общем Антонио Салазар не любил публичности. Сдержанный, даже немного нелюдимый премьер не тратился даже на зарубежные поездки. Лишь однажды он побывал в гостях у Франко, с которым до сих пор общался только письмами или через телефон.

      Сеньор Доктор – как его называли еще со времен университета в Коимбре – хоть и оставил семинарию, жил фактически как целибатарий. Хотя ценил компанию и внимание женщин, он так никогда не женился. Зао бескомпромиссный антикоммунизм и неприятие любой "левой" идеологии ему досталась репутация "фашиста". Особенно про "португальского фюрера" распинались в Москве.

      Отмечали, что противников режима Салазар отправлял в лагеря смерти на острове Сантьяго. Там был единственный концентрационный лагерь. В Таррафале в течение всего пол-столетнего существования умерли 32 заключенных. Это важно для сравнения салазаризма и кровавой жатвы советских коммунистов, которые перебили почти 20 миллионов человек.

      Салазаризм был правой диктатурой, которую возглавлял гражданский. И она была более демократичной, чем режим Франко в Испании, не говоря о том, что это была более демократическая власть чем в Советском Союзе,
      – отметил историк Яцек Бартизел.

      Заслугой Салазара было присоединение Португалии к локомотиву изменений Западного Мира – НАТО, МВФ и Всемирного Банка. С другой стороны он не уловил знаков времени. Эпоха колониальных империй после Второй Мировой стремительно заканчивалась. До 50-х наличие заморских территорий было чем-то привычным для стран Старого Света. Но Африка и Средняя Азия просыпались и требовали независимости. Англичане оставляли Индию и Пакистан, Французы Индокитай.

      Португальцы держались за Гоа, Мозамбик, Гвинею Бисау и Анголу. Первой потерей стала индийская колония. Салазар отказался обменять или продать провинцию индусам.

      Мы не будем торговать землей, которая веками была в единстве с Португалией. Не будем разменивать нашу историю и наших святых,
      – прокомментировал Антониу Салазар.

      Индусы атаковали небольшие гарнизоны португальцев, которым не хватило поддержки местного населения и были вынуждены сложить оружие. Далее обострились революционные патриотические настроения в Африканских колониях.

      Гвинея, Мозамбик и Ангола – разбросанные по карте "черного континента" – высасывали теперь гораздо больше денег. Экономика проседала бешеными темпами. Финансирование на развитие промышленности, образования и медицины приходилось раз за разом урезать. Главной задачей родителей в тогдашней Португалии стало отмазывание детей призывного возраста от военкоматов.

      Премьеру все труднее было находить мотивацию, чтобы объяснить необходимость проливать кровь за чуждые территории. Мир изменился. Постколониализм переходил на экономические рычаги вместо автоматов армии. Давние партнеры – Англия и Испания – молча наблюдали, как Португалия лишалась крови на нескольких фронтах в колониальных войнах.

      В 1968-м карьеру Антонио Салазара оборвал несчастный случай. 79-тилетний премьер упал с кресла. Шататься на стульях была его давняя привычка и сейчас именно от нее зависела жизнь главного португальца. Кресло перекинулось не удержав веса мужчины. Через несколько дней врачи диагностировали тяжелый инсульт. На работу он больше не вернулся.

      Читайте также: Крах диктатора Бенито Муссолини: последние дни перед казнью

      Его обязанности перешли одному из соратников – Марчелло Каэтано. А чтобы реабилитацию ничего не сорвало – перед главой правительства разыграли театр. Почти два года он продолжал получать визиты так, будто он все еще был премьер-министром. Подписывал фейковые документы, получал изготовленные на заказ псевдогазеты. Этот фарс прекратился в 1970, когда его сердце остановилось.

      Через 4 года состоялась мирная революция гвоздик, война в колониях завершилась, а новая власть пыталась вычеркнуть имя "сеньора доктора" из истории. В частности переименовали его любимое детище подвесной мост между Лиссабоном и Алмаде. А еще через 40 лет, в 2007 Антонио Оливейра де Салазар получил первое место в национальном опросе "Великие Португальцы" и земляки назвали его самым выдающимся португальцем всех времен.

      powered by lun.ua
      Если Вы обнаружили ошибку на этой странице, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter
      Комментарии
      Больше новостей

      Читай новости даже без интернета

      Скачать

      Читай новости даже без интернета

      Залиште відгук