В чем заключается беспрецедентность убийства медика Николая Илина с позывным "Эстонец" и зачем о нем нужно говорить – читайте в материале 24 канала.

Обратите внимание Очередное доказательство цинизма, лживости и бесчеловечности боевиков, – Зеленский об убийстве медика

Эта история началась с того, что офицер 35-й отдельной бригады морской пехоты ВСУ во время выполнения боевого задания подорвался на взрывном устройстве.

Как рассказал командир бригады полковник Николай Палас, по приказу комбата 13 июля группа разведывала подходы к позициям. Во время доразведки, командир взвода наткнулся на неизвестное взрывное устройство. Устройство сработало. Командир взвода погиб на месте.

Чтобы получить возможность забрать тело погибшего, украинские военные запросили режим тишины через посредство СММ ОБСЕ. Это процедура, к которой прибегают обе стороны, когда должны забрать тела своих погибших.

Группа получила подтверждение режима "Тишина" и отправилась на эвакуацию тела погибшего. В нее входили 9 человек: представители Украины в СЦКК, группа разминирования, группа сопровождения и медик. Все они были в белых касках с опознавательными знаками.

Но к телу они не дошли несколько метров – попали в засаду. По группе открыли огонь на поражение с трех сторон.

"Группа отошла, но военный медик поспешил на помощь раненому. В этот момент противник снова начал обстрел из гранатометов различных систем и крупнокалиберных пулеметов. В результате вражеского огня военный медик погиб, один военнослужащий был ранен, а еще один – получил боевое травмирование", – сообщили в штабе ООС.

Представители боевиков "ДНР" утверждают, что военные подорвались на минах. После этого украинская сторона якобы открыла огонь в направлении Зайцевого.

Также важно Убийство украинского медика на Донбассе: прокуратура начала расследование

Впоследствии стало известно, что тело командира взвода, на эвакуацию которого отправилась группа, забрали боевики и вернули его только 15 июля. Пока неизвестна судьба раненого военного (для которого вовремя оказана медицинская помощь – это вопрос жизни) и тела погибшего медика. По последней известной информации, они до сих пор находятся в месте обстрела, продолжаются переговоры со Специальной мониторинговой миссией ОБСЕ по эвакуации.

Потому что это – не просто история очередной трагической гибели украинских военнослужащих на войне. Это – грубое нарушение правил ведения войны. И это уже – нарушение международного гуманитарного права, за которое привлекают к ответственности.

Международное гуманитарное право признает, что если между кем-то начался вооруженный конфликт, то его стороны могут применять силу, чтобы его решить. Но запрещает применять силу чрезмерно, чтобы не наносить лишних страданий и не устраивать ненужные повреждений, которые на достижение законной цели вооруженного конфликта никак не влияют.

Балансируя на компромиссе между гуманностью и военной целесообразностью, создавались правила ведения войны, соблюдение которых требуют от участников вооруженных конфликтов во всем мире. Независимо от того, признают они сами свое участие или нет. Есть вооруженный конфликт – автоматически применяется международное гуманитарное право – и любые лица должны привлекаться к уголовной ответственности за его нарушение. Все это довольно подробно прописано в Женевских конвенциях.

Так вот ситуация с убийством военного медика под Зайцевым – это военное преступление, что определяет Первая Женевская конвенция.

Более того, ситуация с убийством военного медика под Зайцевым – самый грубый случай такого хрестоматийного военного преступления, совершенного на поле боя, за последнее время.

Сразу по нескольким причинам. Во-первых, из-за вероломства. Ты создаешь у противника уверенность, что он будет иметь право на защиту и обманываешь это доверие – это запрещенный метод ведения войны. Подтвердить режим "тишина", а затем устроить засаду, накрыв эвакуационную группу огнем – обман доверия и вероломство.

Во-вторых, из-за убийства медика, который имел на себе опознавательные знаки. Потому что медикам на поле боя гарантируется защита.

В-третьих, из-за лишения украинских военных возможности забрать раненых и тела погибших.

Все что касается медиков, раненых и погибших – это тематика Первой Женевской конвенции. Это – классические военные преступления, хрестоматийные,
– объяснил 24 каналу вице-президент Украинской ассоциации международного права Николай Гнатовский.

За такие преступления предусмотрена двойная ответственность:

  • на уровне международной ответственности России, которая контролирует вооруженные формирования на Донбассе;
  • на уровне индивида, которого привлекают к уголовной ответственности за непосредственное совершение преступления.

Преследования конкретных бойцов, совершивших военное преступление, должно происходить на национальном уровне. И оно уже началось. Прокуратура Донецкой области начала досудебное расследование гибели военного медика. Дело открыли по фактам нарушения законов и обычаев войны и умышленного убийства, совершенного "представителями незаконных вооруженных формирований Российской Федерации".

Прокуроры видят в действиях представителей НВФ РФ признаки вероломства, что прямо запрещено статьей 37 Дополнительного протокола к Женевским конвенциям от 12 августа 1949 года. Это третий зарегистрированный факт вероломства после Иловайской трагедии и обороны Донецкого аэропорта,
– сообщает Офис генпрокурора.

Что касается международной ответственности для государства-агрессора, то претензии к государству нужно выдвигать по дипломатическим каналам. Как заявил глава МИД Дмитрий Кулеба, дипломаты над этим уже работают.

Буду лично поднимать этот вопрос. Ответ будет максимально жестким. Мы привлечем всех наших партнеров. Эта ситуация получит огласку,
– заявил глава МИД.

По его словам, "с юридической точки зрения в этом убийстве есть признаки военного преступления, а с моральной точки зрения речь идет ни о чем другом, как об акте варварства".

Потому что оно – очередной пазл в общей картине российской агрессии против Украины, которую сейчас изучает Международный уголовный суд.

Он должен определить уровень вовлеченности России в войну на Донбассе, предъявить обвинение лицам (вероятнее всего – топ-чиновникам), совершивших наиболее серьезные преступления против международного права и привлечь их к ответственности.

Вся картина, которую сейчас изучает Офис Прокурора МУС, состоит из огромного количества случаев возможного совершения военных преступлений и преступлений против человечности. Вероятно, вероломное убийство украинского военного медика может стать одним из эпизодов в обвинении российских руководителей вооруженных сил, воюющих с Украиной на Донбассе.

Обратите внимание Убийство военного медика на Донбассе: детали подлой засады боевиков

"Скоро, возможно даже до конца этого года Офис Прокурора МУС окончательно решит просить Палату предварительного производства о разрешении начать официальное расследование у палаты предварительного производства. В конце концов дело все же перейдет к стадии выдвижения конкретных обвинений, для чего понадобится еще несколько лет", – сказал Гнатовский.